Шли пятеро вечернею тропою

Шли пятеро протоптанной тропою,
В окрашенный багрянностью закат,
Посадки лес сгущал пути листвою,
Приказ идущих выполнить солдат

Занять рубеж на дальнем перекрёстке,
Где больше суток замолчала связь,
С отрядом небольшой и смелой горстки,
Что также выполнять пошли приказ

Упало солнце краем за "открытку"
Гектара переплавленной земли,
Шли тише, понимая, будет пытка:
Бежать, что сил в чернеющей пыли

Лишь двое по-геройски вглубь сорвались,
Как затрещал кассетою прилёт,
Зудящей стаей взвились "камикадзе",
Открытку "обстригать" стал пулемёт

Назад, назад, кричал вдогонку третий,
Четвёртый впопыхах водил прицел,
Пространство "рыли" бешено кассеты,
Так парни гибли в шквалистом свинце

Засунул "обезбол" обратно пятый
Прискорбно опустив на миг глаза,
Два первых были лучшие ребята,
Из всех, кого когда он, где-то знал

Как жизнь нелепа мысль его мелькнула,
Мы утром ранним вместе пили чай,
И Ванька печку ладил мультитулом,
А Санька взвод гитаре обучал

Мы накрепко одним мотивом спелись,
Гурьбою в блиндаже одном срослись,
А, что теперь? Дымка лишь вьётся серость
От братских тел, оборвана чья жизнь

Ложись! Вернул реальность третий
Под мины вражьей мощный взрыв,
Пятый упал, успеть не смог ответить,
Его четвёртый полностью накрыл

Да, тот четвёртый, что в отцы годился,
Кряхтел под вечер и у входа спал,
А днём украдкой, что есть сил молился,
Юнца спасая, жизнь свою отдал

Отец! Кричал сквозь взрывы пятый,
Очнись, родной! Ответь, что ещё жив!
Молчал отец осколками распятый
На корни дуба голову сложив 

Молчала рация, по ней пытался третий,
Хоть фразой, хоть сигналом  довести,
Что не пройти, что трое уже "двести"
И всё летит, зудит, гремит, свистит...

Связь заглушили, враг всё сделал сразу
Два НАТОвских прибора подключив,
Истошно русским не давая спасу,
Ни встать, ни сесть, ни к тылу проскочить

И двое на земле сухой лежали,
Кто третий - его справа посекло,
Минуты жизни крупно дорожали...
Себя "пятёрка" вспомнил босиком

С тех лет, когда о счастье только помнил,
Бегущим лугом мятным по росе,
К церквушке светлой с Троицы иконой,
Где не боялся быть один совсем

Зерном с посева накормив голубок,
Погладив спину старого кота,
Забыв, что ночью больно резал зубик
Малец счастливым утро коротал

На лавке, под раскидистой берёзой,
Под долгий колокольный перезвон
Смотрел он вдаль, куда стремились грёзы -
Там длился необъятный небосклон...

За ноздри сладким запахом с кадила
Сквозь щели окон и дверной проём
В лучах с церквушки благодать сходила
Переплетаясь со слепым дождём

Хотелось жить, дышать сильней хотелось,
Хотелось разобраться почему
Он ощущает целостность и целость
И так ему здесь ладно одному

Довольненький, пытливою ручонкой
Он дверь с натугой долго открывал,
Туда, где свет лампадки, да свечонки
Светили в алтаря резной овал

Почтенный старец с бородой седою
Недвижимый молился тихо вслух,
Крестясь худою сильною рукою,
Призвав Святой Бессмертный Божий Дух

Слово "бессмертный" удивляло кроху,
Ему хотелось до конца понять,
Когда - бессмертный, сколь же это много?
Если ему тем летом будет пять

Потом малого матушка отыщет,
Расцеловавши нежное лицо
И грезится за тысячею тыща
Счастливых дней, которым нет концов

И грезится, что будет ещё лучше,
И выше, ещё выше облака,
И каждый новый день - счастливый случай,
Счастье с рассветом, счастье на закат

И грезится, что скоро, уже скоро
Он будет сам большой и сможет всё,
Как, например, везти корабль морем
Или по небу быстрый самолёт

Он будет добрый, он любить всех будет,
Он дом большой построит для друзей
И славная из всех подобных судеб
Ему ему уже готова на земле

И жизнь прожив на радость без остатка
Он может и не будет умирать,
Так думал малый просыпаясь сладко,
Когда отметить чаял полных пять

Сейчас же смерти зло земной, постылой
Пронзала юный, добрый, смелый стан,
Глаз синих приоткрыть уже не в силах
Лежал, убитый минами пацан

Считай в могиле братской все лежали,
Все пятеро, весь маленький отряд,
Солнце расшиблось в западные дали,
Потоком ярким жёгся сонм плеяд

Свет падал или к верху поднимался
От тел геройских, что на бой пошли,
Эфир искрился, будто танцем вальса
Играл пригорком стреляной земли

И дивно так в медовом райском свете,
Как-будто из миров других он льёт
И души отрываясь от планеты
Уходят в незабвенный счастья порт...

Идут, идут, идут, уходят мерно,
Большие все, любовью той полны,
Что подвигом горела благоверным
Жизнь не жалеть в ристалище войны

Не жаловать себя за нас с тобою,
За то, чтоб дальше жил русский народ,
Бессмертна память доблестных героев,
Бессмертен вечной славы ратный плод.

Р. S.
...Шли пятеро протоптанной тропою,
В окрашенный багрянностью закат,
Чтобы сегодня небо голубое
Над ширью русской простирало плат*...