Ни в чьей байке находиться не хочу

Я всё живу, как распашу
Карманы я своих нескромных чувств.
Мой путь-стезя - мой верный груз,
Что валит спину над покоем
Нескладных мыслей всех моих,
Что были те всегда со мной,
Где я себе - сам альтруист,
Такой отважный и непокорный.
И силу дал себе понять:
Где моя трусость и пороки?
Отважно, смело отводить
Всё не решил те вздорные позоры.
И жизнь дала мне всё понять:
Где я - паскуда, где задорный?
Что уж-то мне-то прикреплять,
А может, и кому-то вовсе нужный,
Где глупо выгляжу среди людей?
Себя я очень так люблю,
Что я себя, так к огорчению,
Пускать вовсюда не даю.
Я как ворона, быть хочу.
Чтобы светило ярко солнце,
И где-то я среди грачей
Один ворчу, не зная толка.
Где моя припесь - мой ротак,
Слюной оставлю след безцветно,
Чтобы не знали те всегда
О моей искренней живой могиле где-то.
Могиле чувств; Руки берёт,
Со скрежетом отводит в оба.
Писать хочу, изложив грусть,
Где грусть мне - то, что выразить довольно.
Не зная иных других чувств,
Пока я ощущаю себя гнусным,
Я смело причислять могу
Меня - в одну, к другим - другого.
И знаю я себя во всём.
Что будет завтра - я не знаю,
Я только предположить могу,
Что это будет столь напрасно.
А может, нет, а может, тот,
Мой мозг, душа опустит слово.
И я смогу, я наберусь
И свои силы применю законно.
Где стану всё же я смелей,
И стану, вовсе поднимусь с колена.
Просить не буду я прощенья,
А буду выставлять себя для всех.
Где моё творчество - другим порука,
Где образ мой - тщеславный князь,
Но править - вовсе не моя натура,
Могу лишь только указать.
На слабость, вопли тех, иных,
На слово других - в общем слове.
И вот я опущусь в тех силах вовсе
И стану снова я собой.