Мятежный дух Пандемония

«Мятежный дух Пандемония»

Сверкнула бездна, раскололось небо,
Денница пал, как выжженная нить.
Он жаждал власти, хлеба или гнева,
Но лишь сумел восстать, творца гневить.

Михаил, чья сталь не знает тени,
Низверг его в базальтовый провал,
Где в пламени, склонив свои колени,
Мятежный дух в оковах завывал.

Сними металл! — кричал он брату в горе,
— Стань мне союзником, отринь небесный гнёт!
Свобода — в бездне, рабство — в Божьем взоре,
Там лишь застой, здесь — пламенный полет!

Пусть я в цепях, пусть плоть горит в огне,
Но помни, брат, пророчество моё:
Уж лучше быть владыкой в глубине,
Чем в Рае подпирать чужое бытиё!

Прошли века. В забытых лабиринтах,
Где стражи Света вечный несли пост,
Раздался звон — не в гимнах и молитвах,
А в скрежете костей и павших звёзд.

Клинок сверкнул — Люцифер поднял руку,
Тьма потекла, как жидкий антрацит.
Ударил страж, готовя брату муку,
Но падший ангел яростью омыт.

Удар! Паррирование! Сноп искр небесных!
Денницы меч пробил доспех златой.
В бою динамика движений бестелесных,
И страж повержен каменной плитой.

Собрались те, чьи имена — проклятье,
В чертогах Пандемония, во тьме.
Люцифер сел на трон, отринув платья,
В короне из грехов, в стальной броне.

Мой Князь, все легионы жаждут боя!
Мухи войны жужжат в ушах миров.
Гордыней их накроем, как волною,
Ложь прорастёт в садах святых основ.

Я — беспощаден! Вскрою их границы,
Пусть захлебнутся в собственной крови!
Казна полна, и куплены страницы
Судеб тех душ, что предали любви.

Мечи в кузницах Ада закалились,
Они прорежут ангельский доспех.
Их страсти в Эдоме давно сплотились,
Похоть — наш путь, наш главный в жизни грех.

Идет брат на брата в кровавых объятьях,
Смывая следы золотого венца.
Война будет длиться, пока светит солнце,
Пока Луна прячет тени в лесах.

Победа — лишь блик, что ум будоражит,
Застывший в холодных, стальных небесах.
И кто из них прав — история скажет,
Когда догорит этой вечности прах.