Три стихии

Как укрыть от живущих истину, оболгать и в поганом вымарать,
из героя создать чудовище, из добра злое диво вылепить.
Слух пусти, что однажды кровушка пролилась от зубов игольчатых, под крылами погасло солнышко и сожгло города дыхание…

Вглубь веков затерялась сказочка про дракона, про змея гадкого, а зовут-то его Горынычем да боятся и люд, и нелюди.
Только правду ли в чаше подали али ложь на меду замешана?
Расскажу вам одну историю… а судить по концовке станете.

Меж мирами - любовь, согласие да мосты - переходы быстрые. И хранят те мосты три воина - дух Огня, дух Земли, дух Воздуха.
Нет вокруг ни войны-сражения, ни болезни-беды, ни горестей. Супостаты давненько вымерли и во мраке сокрыты души их.
Людям жить на земле так радостно, так легко под охраной троицы, что забылись уже страдания, только счастье порхает бабочкой.
Три стихии, три духа-воина, охранители каждый разного: дух Земли за живых отвествует, дух Огня - за тепло подземное, небеса же хранит дух Воздуха.
Сто веков меж миров согласие, сто веков длилось мирно, только вот…

Мрак, лелея злых душ остаточки, замешал на туманах скверное, Навь призвал на работу подлую и слепили они Чудовище…  Многоликое зло-исчадие, что сосёт из живого кровушку, иссушает равнины славные, гор хребты изломав, уродует. Жизнь увидев, отнять старается.
Победить же сие уродище не смогли ни мечи, ни магия. Как изгнать то, что плоть бесплотная? Как убить то, что смерть бессмертная? Часть себя вместо жизни вплавила Навь-изнанка, а Мрак - безумие.

И пошли меж мирами трещины, полетели мостов осколочки. Боль укутала липким ужасом, растерзала когтями горестей.
И накрыли туманы серые, морок сполз удушая патокой, запах тлена сгущался приторный, заражая миры безумием - войн, болезней, обманов, подлостей на людей решето просыпало. Стали чахнуть миры прекрасные, исчезать, становиться мёртвыми…

Вышел воин Земли: побоище принесло только горы новые, не исправил дух-воин злобное, маловато и сил, и времени.
Дух Огня захватил меч лавовый и давай бить-рубить губителя! Иступился лишь меч о скверное да из сил дух-воитель выбился…
Должен Воздух помочь управиться с супостатом, с туманом гнилостным! Только густ запах серы с трупным-то, побежден дух-хранитель Воздуха…

Навь стянула во тьму воителей - дух Земли, дух Огня, дух Воздуха - в бездне мрака отныне скованы.
Мрак накинул на Явь сеть смертную и накрыло миры отчаянье…
Потускнело тут ясно солнышко, измельчали озера синие, побежали по тверди трещины - сушь пошла собирать дань страшную.

Только что это вдруг за отзвуки, словно бой под землей нешуточный? Меж мирами возникла трещина, из под навьей руки ввысь вырвались три огромных змеи - три воина - закрутились узлом спасительным и явился, не видан ранее, дух-хранитель единый в троице…
Три стихии сплелись для славного - род людской из под Мрака вызволить.
Гордый Змей извергал столб огненный, рассекал неба выси крыльями, а когда опустился на земь он - задрожала земля от силушки.

Три главы, три начала, силы три - кто посмеет чинить обиды-то?
Вот и Мрак побежден, и Навь бежит, и повержено их Чудовище…

Стал на страже миров Горыныч Змей - принесенные клятвы спаяны в охранителя мира славного, три души - Правде суть служение.

Навь и Мрак только если смирятся, то из лета зима появится, изо льда выйдет короб пламенный, а из лжи зародится истина.
Распустили наветы злобные, что мол зол и поган Горыныч-то, жрёт людей и конца не ведает, города жжёт огнём - лишь пепел там…
Не прошло и ста лет - за слухами потянулись и те, кто «видели», как убил-растерзал Змей гадостный. Три главы - ни стыда, ни совести.

Стали гнать отовсюду воинов, что свободу свою пожертвовав стали вместе единой сущностью, духа три завязав в трёхглавости.
Позабыли людишки жертвенность и подняли мечи на Воина… Только сила не в мести слабому, не в боях с дураком беспамятным.
Он укрылся в чащобах сумрачных, в буреломы, во глубь болотную. Ждёт, когда род людской опомнится, сбросит с плеч покрывало лживое. Перестанет кидать проклятия в тех, кто жизнь им свою пожертвовал, за обиду не стал испрашивать, не просил ни колен, ни почестей.

Рассказала вам быль иль сказочку?   
Вы судите по сердцу чуткому - коль сильнее забилось - верите, нет - так нет, не берусь ответствовать и вбивать силой веру-истину.
Горек мёд из глубин истории: то Яга - бабка-ведьма злобная, то Горыныч - губитель пакостный, извести род людской пытается. Коль не стал правду Змей доказывать, не пристало и мне, сказителю.
Я налью в чашу дня историю… пить ли вам? Мне сие неведомо.