Зимний путь к крылатой мечте

Настоящая зима, с морозной пылью на губах,
Дорога — скользкая платформа, светится в ночи.
Повороты, как загадки, остроумны и тихи,
По краям — болотный вздох в ледяные бастионы.
А над ними — кедры-стражи в инее, как в парче,
Под серпом холодной луны, огромной и зловещей.
Она режет синеву, бросая призрачный плащ
На мой путь, где каждый метр — преодоление и новая радость.

Осторожность — мой штурман. Шёпот: «Тише, плавней, на чеку…
Не смотри по сторонам, где трясина спит во льдах».
А в груди — тревоги птица бьётся о ребра машин,
И хочу я проехать болото, что дышит, как зверь, впотьмах.
Этот участок — словно испытанье на прочность души,
Где темнота ведёт свой диалог с узкой гранью пути.

И вдруг — в снежной пелене, как мираж, рождается свет.
Аэропорт. Оазис. Зал, где времени иное русло.
Здесь сплелись в торжественный аккорд, в единый строй:
Просвещенья ясный стяг и доблести святая сила.
Здесь стоят они — Победители, чей взгляд спокоен и глубок.
Не в бою — в сражении умов добыт их тихий триумф.
И звучит для них, и в них, и сквозь них — Вальс Победы.
Не в колонках — в сердце, где такт диктует не метроном, а смех.

«Дети, получите гран-при — не пластинку, а весь мир!»
На двадцати пяти страницах — город будущих времён.
В нём идеи, как фонтаны, бьют из белых площадей,
И танцует на арене, в блеске «Ледниковых дней»,
Сирена машин — не вой, а гимн стальных движений.
И ревёт мотор, взмывая в срок, точней любых часов,
Неся в себе заряд улыбок, доброты и слов.

И среди всех — Учитель. Тот, кто важнее всех систем.
Кто нашёл незримый ключ к потаённым дверцам тем.
Он дорогу отыскал сквозь метель, туман и тьму,
Чтоб сказать: «Взлетает тот, кто верит в путь, не в пустоту».
И его спокойный взгляд — тот самый, долгожданный свет,
Что затмил собой и лунный серп, и зимний бред.

А дорога остаётся позади — лишь памяти рельеф.
Кедры-великаны спят. Болото стынет в вечном сне.
И летит в ночи самолёт, роняя звёздный след,
Унося в руках не груз — а завтрашний рассвет.