Как я влюбился

    Я возвращался с армии домой. Да, так точно, только отслужил. Какая тогда была Советская армия. Обмундирование?! что вы говорите. Круп не было и чая тоже ни. Но мы не роптали. Голод не тётка, как говорится кипяточком закусишь и сахар кусковой. В обед в субботу раз в неделю - тушенка. Ах, какая была тушенка. Фашисту такая и не снилась! Кушаешь, а перед тобой богоматерь живая встаёт и крестит тебя, чтобы ты не погиб. Вот так и жили, что-то где, где-то там. Я не мародерствовал, а просил. В тех деревнях, где стояли. Воровал курей только один раз в жизни, да и то для командира. За что получил от комиссара нагоняй. И больше так не делал. А суп мы сварили на все отделение знатный. Оказался петух ко мне в мешок попал!
    Ну на станции подошла ко мне девушка: А вы не знаете поезда до такой-то станции? "Да, это ж мой, грохнуло меня в голове. Я пощупал сердце, что творилось, даже не понял. Ничего не слышно, вспомнил контузию". -А вы подойдите к начальнику поезда. Он вам подскажет лучший для вас вагон. -А вы едете?, спросила она. Ух ты, бойкая. -Да, я остаюсь. Она отошла. "Бёдра там ладно, они у всех есть. Ноги, грудь, скромное платье возможно. Но коса тугая черная как смоль коса ниже груди, туго перевязана. Вся прибрана, подумал я. Погладил свои белокурые волосы: "и тут я такой блондин. Ну, конечно, сразу сладится!" Я затянул рюкзак походный отвернулся. Стал искать двери в вагон чтобы открывались. "Интересно, не забоится меня ишака? А я бы ей Русь показал! И тут я утонул. Река Ворона и коса её как моё воронёное крылышко от моей реки. Заволновался, привидилась мать, крестила. Я ей, да ты что, я не предам. Не возьму, пусть сама сначала скажет. Огонь в партках." Я улыбнулся, достал папиросу.
    А она ко мне: я наверное с вами поеду. Командир сказал, выбирай любой вагон, но осторожнее, тут мародёры. -Я не из этих. -Знаем мы вас кто таких разберёт! Матушка, а пошло по-нашему. Я закрыл вагон. Мгновенно потемнело. -Ой, сказала она, - свет. -А сейчас открою. Отдыхай. Поезд тронулся и мы поехали.