игрушки

игрушки

Играются с любовью,
Обманом лезут на пьедестал.
Их заезженная пленка,
Пластинка идеальная —
Складна, но таких я не встречала.

Они из иллюзий состоят для дамы,
И свое джентльменство взвешивают.
Ему есть цена, осуждают продажных,
Желают, чтоб каждый заплатил за себя.

А кто с жаждой наживы, развадилы, кидалы,
Тебя как человека взвешивают бумажкой.
Успех, квартира, тачка, этикетка —
Каждому своя конфетка,
Каждый в этой схеме марионетка.

Деньги, деньги, мани-мани,
всех мы судим по карману.

Цена, цена, ты должен, ты должна,
Всему есть цена...
Ты должен, и ты должна,
платить везде, всем, всегда.
Цена, цена, ты должен, ты должна.

Удобненько и ладно, оправдываем себя складно,
Осуждаем меркантильных,
А сами довольны, когда за них заплатили.
Я видела глаза усталых,
Тех, кто счастье не мерил бумажкой.

Они довольны были теплой обнимашкой,
Рай в шалаше, ведь любит Машка.
А теперь заплаканные, голодные мамашки,
Теперь тянуться всё за рюмашкой: ай, алкашка.
И не дождёсть алиментов Машка...

И где тут справедливый суд?
Тот, кто ничего не может дать,
Обвиняет в цинизме тех, кому дают,
Не поднимая уровня своего успеха.
Ему все лень, да примитивнее схему,
Он невиновен, что его кто-то банальным инструментом сделал.
Под судом те, кто смотрят в завтра,
Лишь бы было сыто дитё и ладно.

Они все помнят и страдали этим, кстати,
Не пожелают голодной жизни матери.
Выбирают жизнь получше, обзывают продажной.
А продажная конечно — вау,
Она, конечно, лучше многих мяу-мяу.
В хорошей обертке именно такую он захочет только,
Именно о такой он, конечно, мечтает.
Но угостить лишь может чашечкой чая,
А кто оплатит красивые счета ей?
Кто будет завтра надежным плечом?

За комфорт боролись, платили неоднократно,
Желают, чтоб у него было красиво,
Но за это сами они не заплатили.

Цена, цена, ты должен, ты должна,
всему цена.
Ты должен, и ты должна,
платить везде, всем, всегда.
Цена, цена, ты должен, ты должна.