Как девчонок домой забирали

    775 год н.э. Ну утер я соплю. Ту самую во всю щёку. И глядь мои подъехали на конях. У одного сбруя царская. У второго комзол короткий аж бисерит глаза. Стекляный бисер любовь его расшивала. Я Конюху взял под уздцы коня и говорю: Твою-то как звать? Покажи, аль я не ошибусь! Девушка-краснянка. Поёт тоненьким голосом. Лебяжьего пуха слаще. -Ух, задам я перцу понажовщине. Москва полыхает, сундуки тащут. Тать, разор и полыха. Я икону в зубы и говорю, завози в город. И поскакали мы, я на телеге на коленях стоя с моим портретом. Всю Москву разорили сабльезубы, а девчонок мы своих вернули. Мою хан в каганат увел, выкрасил. А бабье показала, где моя крашенка. Я хану так и заказал: что мою жену в обряд церковный нарядил и сказал, что она богомольная мною наказана монастырем, за это икону расписали в церкви. Что сжечь хотел, пожалел. И выкуп за неё не назначили. А дома себе еще двух восточных бастрючат воспитал. Лихие были скакуны оба. А икона им.Казанской Божией матери называется. Вот те и смута. Только я не смутьян!
    И девчонок мы всех себе вернули. Слёз было море, когда рожать заставили. А на Руси что кому положили, то в дом несли. Балы кончились.
    А под алые зарева пожарищ снег пошёл. Так мы и встретились все и из Москвы уехали. Стрельцы, Селезни и Пушкари позже появились. Давнёхонько дело было.