Отцы и дети

Если б юность шальная умела
Понимать язык седины,
Верить песням, что спеть им успели,
И читать с наслажденьем стихи.

Если б старость могла без раздумья
Сбросить грузы накопленных лет,
Чтоб дыханье, как прежде, жгло сердце,
Зажигая в душе яркий свет.

Но стоят они, как преграда, —
Ураган и седая гора.
Юность мечется, жаждет похода,
Ну а старость корнями вросла.

А меж ними — река бурной жизни,
Бесконечный живой разговор:
Старость — водная гладь без волнений,
Юность — яростный пенный напор.

Если б юность ценила советы,
Пригасив лишь чуть-чуть свой пожар,
Оступилась бы в сотни раз меньше
И не тратила б попросту жар.

Если б старость дала волю чувствам,
Вспомнив ветер в лицо и азарт,
Увидала, что в каждой дороге
Есть начало — не только финал.

Но так трудно им слышать друг друга
Сквозь года, через шум, через вой.
Юность вечно рвётся из круга,
Старость стала себе же норой.

И звучит, не смолкая навеки,
Тот закон, что сжигает до тла:
Если б молодость знала, шальная,
Если б мудрая старость могла…