ДК ТС 1968 3-4-1 И кто бы мог предположить

   
И кто бы мог предположить
Что городок и то, что строим,
Исчезнет в прошлом, словно Троя,
Когда еще мы будем живы.
И грустно видеть в интернете
Следы исчезновений эти.
Так Иультин, поселок с ГОКом,
Уж канул в лету раньше срока…
Теперь приставка «город- призрак»
Для «льдинки длинной» - парадиза,
Для видевших его и знавших,
Воочию, во дне вчерашнем.

Есть перевод другой, он «льдинке» не соперник,
И перевод идет от «длинных перьев»
(то жилы кварца сопку приодели),
Так сопки обозначила природа,
Что отразилось в языке народа,
Водившего сюда стада оленей,
Туда, где длинные на сопке «перья»,
Издалека подобно бакенам, белеют.
Но в памяти не тает «льдинка»,
В «долине смерти» Иультина.

Название «долина смерти»
Изустно прижилось в народе,
Никто не смог его природу
В кипящей будней круговерти,
Произнесенном мимоходом,
Никто не смог его природу,
Нам популярно объяснить,
В том прерывалась связи нить
С историей того народа,
Кто мог в долине этой жить,
Кому название служить
Могло пометкой от природы
Иль новый быт, индустриальный,
Причиной стал того названия?
 
Для нас загадкой оставалось,
Никто из местных не решался
Разгадку дать, и было шансов
Тогда у нас к разгадке мало.
Эгвекинот, мыс Шмидта, зимник
Для нас тогда слова пустые,
Без должной смысловой нагрузки.
Но как-то раз после погрузки,
Мешков цемента на машину.
Мы путь обратный до объекта,
От склада скоротать решили.
Момент прогулки, случай редкий.
Из нашей практики, где скорость
Важней прогулок пустяковых,
Путь оптимальный выбран нами…
Короче был дорожной трассы,
И избавлял от пыльной тряски
Болтаться в кузове с мешками
Путь через холм чуток извилист,
Натоптанный до нас другими…….
И тут мы враз остановились,
Картину странную увидев.

Нас в ступор вид ее поверг:
Следы незнаемой культуры-
Куски торчащей арматуры,
Табличка с номером поверх.
То новой признаки культуры-
Не крест, а столбик арматуры,
Был ими склон помечен весь
И этих столбиков не счесть.
Средь безымянных, одиночка-
Шпиль- пирамидка из металла,
Табличка с ФИО, датой точной,
Возможно, кто из персонала
Из обитателей по найму,
Тех, охранявших, с номерами.
Чьи холмики могил просели,
И только арматуры столбик
Обозначал примерный контур
Границ прямоугольной формы.
Из сотен тех зэка, тянувших
Путь от поселка к Амгуэме,
Молва прошла, что богу душу
Отдали все, кто были в теме…
Вслед за дорогой будет рудник
Кайло, лопата, тачка… трудник
Три тачки в смену – день за два
Тем засчитается, кто сдюжит
Три тачки выкатить наружу,
Такие цифры нам назвал

В рассказе про историю поселка
Официальный представитель ГОКа,
Рассказ, в формате лекции, недолгий.
По времени был ограничен строго.
Нас Солженицына рассказы просветили-
Иван Денисович «дня одного» герой.
Про политических мы лектора спросили
Уж не они ли связаны с горой?
Мы получали утвердительный ответ
Здесь политических и не было, и нет,
А начинатели, ручных проходов в гору.
Зэка-бытовики, все с пятилетним сроком,
Они стояли у истоков
Ручного освоения горы в ту пору.
Внутри горы, без трудотерапии,
Сидели главари, они руководили…
За них другие отрабатывали норму.
Вольнонаемные позднее появились,
Когда условия труда переменились
На смену тачкам вагонетки
По рельсовой скользили ветке
До ГОКа, где из вырученной груды
Готовят концентрат для металлургов.
Его-то и везли в Эгвекинот
А там перегружали в пароход …
.
Вернемся к топонимике, однако,
«Долина смерти», смысл какой названия?
Кому я только не названивал,
Никто не смог назвать разгадку…

И интернет, хранитель разных версий,
Многообразием не сильно блещет,
И многое, спокойно взвесив,
Отбросить можно как поношенные вещи.
Придет пора и про движенье к цели,
Когда в стране подобные «Дальстрои»,
Где труд зэка - основа строек,
Историк по достоинству оценит.
Разложит все по полочкам и подведет итоги
И станет все понятным многим…

Итак, сошлось, суровый край и быт
Мор заключенных на дорожной тверди,
Где каждый оцифрован и забыт,
В название легло «долина смерти».

октябрь 2025 – январь 2026