Серебряный хрусталь души из тысячи узоров

Я видела, как людям, которые меня окружали,
было больно и плохо, слёзы застывали на их глазах,
и никто не касался их души и сердца,
чтобы осветить тёмные уголки их души.
Они были рядом со мной и плакали,
открывая свои кровоточащие раны,
которые были на поверхности их души, и они загнивали.

Пока чистый свет не пролился на их боль.
И каждый из них носил свою внутреннюю боль внутри себя каждый день,
не подавая виду при свете дня.
Их боль была пропитана их сердцем,
которую я чувствовала на расстоянии
в серебре их разбитого хрусталя.
Осколки их души были рассыпаны повсюду.
Собирая свои осколки и склеивая каждую свою трещину,

стального сердца, прочного и непробиваемого,
которое успело стать холодным и почти замерзающим на холоде,
не подавая признаков жизни,
когда-то застывших и холодных чувств.
В холоде горит огонь,
темнота и мрак живут в холоде огня внутри,
что не отпускает и крепко держит
за каждый шрам и боль,
спрятанные внутри разбитого сердца.
Хрусталь, что был разбит на части,
стал прочным, холодным и нерушимым металлом.

Тем, что они не открывают внутри,
но прочно держат внутри себя каждый день, —
механическая защита,
как способ выжить от разрушающей боли,
закрывает и ожесточает своё сердце изнутри,
пропитанное той болью,
которую каждый из них носит, как старые раны у себя под сердцем,
что убивают изнутри.
Очищение не приходит безболезненно,
но когда оно наступает,
тысячи разбитых сердец,
что когда-то разбились в одно касание,

в хрустале разбитого сердца,
склеенного слезами нежного ангела,
который касался их сердца каждый день
через слова других людей,
что согревали их в моменты темноты и боли,
соберутся в один красивый хрусталь души,
в один красивый и неповторимый узор
из серебра их души, склеенного вместе,
в один красивый и неповторимый узор их души.

Где по каждой линии, как по гравировке,
тысячи дорог осветят всю линию
и поведут тебя по этой дороге жизни.

Открывая тысячи дверей, ты войдёшь в одну,
и тысячи дорог откроются перед тобой
одна за другой.
Как в чистом красивом зеркале,
ты увидишь своё самое красивое
и ясное отражение своей души
в серебряном хрустале души из тысячи узоров,
сплетённого вместе,
останутся жить внутри тебя,
склеивая каждую рану и трещину,
пропитавшую болью светом внутри тебя.

Она станет мягким светом и дорогой
для тех, кто однажды пойдёт за тобой
и с кем однажды ваши дороги встретятся
на одной линии жизни,
оставаясь до конца жизни
сопутствующими тебе по одной истории твоей жизни,
где тысячи глав будут расписаны
сотней рук людей,
чьим жизням ещё только предстоит
соприкоснуться с твоим внутренним миром
и остаться в нём до конца.

И тех, кто однажды так сильно засомневается,
чтобы погрузиться в свой мрак души,
оставаясь гнить в темноте,
смешанной из своих слёз и боли,

на их открытые раны упадёт
нежный, красивый, мягкий хрустальный свет их души,
как в нежном красивом серебряном закате солнца,
ярко отражённом во всех бликах лучей
в сияющих глазах,
где волны, как серебряные слёзы,
скатываются с их глаз,
пропитанных болью, со слезами на глазах.

Яркий нежный золотой свет
останется с ними до конца,
как нежные старые кровоточащие раны
забирают яркие солнечные лучи
и нежно обволакиваются лунным светом ночью,
забирая всю их боль и раны,
превращая их в свет их души.