Политзеку

Я как ты перешел за ленту,
Ростил сад на щербатой луне.
Заточил эго в серую клетку,
Сжег все смыслы в седом огне.
Издыхает слов нить на бумаге,
Конвоир дышит словно шарпей,
И хрипя всё твердит бедолаге,
Распорядок его бренных дней.

Закрывая глаза, представляю,
Спит собака в ногах, торшер,
Стелит весны и дарит лентяю,
И песочный закатов эклер,
И бурлящих лесов водопады.
Или чувствую рядом нерв,
Юной девы. Проснулся. Обнял.
Только сумрака душный тлен.

Взор цепного усталого пса,
В нём кипело синее море,
Ветер в белые дул паруса,
Пели оды любовные зори.
Всё пожухло листвой октября,
Обломалось и облако шрама,
Разделило судьбу гнездаря,
И заснула на крыше храма.
Душа.

Легионом роятся здесь звуки,
Но поёт лишь одна тишина.
Перекроены прошлого думы,
И давно сошла сажа с лица.
Став мишенью натянутых луков,
Все же жаждет рассвета судьба.
В ожидании надменных стуков,
Когда дверь отопрется скрипя.

То ли явь, то ли сон, то ли новь,
Может грот, может дом, может топь,
Утро каждое на глазах соль.
Ветки гнутся, ломает боль,
Хлебом черным её прими,
Гордо флагом её вознеси.
Чтобы мы отсюда ушли,
Распахнув крылья падшей души.

Янв. 2026