Ода, по случаю похвальной речи судьи

Гренвилл Меллен.
И снова — глас Божий!
Как он разносится!
Над освящённой землёй,
С распущенными локонами,
На её мраморном челе
И на вуали — в слезах! — появляется скорбь!
Этот наказ свыше —
Зов горна,
Прозвучавший в небе и на земле
Его безрадостным падением,
Вновь провозглашающий: «Ты умрёшь»,
Возвещает о тщетности многолетних мечтаний человека!
Мы не прикрываем чело его могильных
Амбиций — Мы собираем сейчас не только храбрецов!
Но тот, кто достиг более высокой участи человека.
Хороший без вины виноватый — и благородно великий.
Скипетр был его собственным,
взятым с небес.
Он восседал на более священном троне,
чем королевский.
Он восседал в венце бессмертной Справедливости,
а вокруг него, подобно солнечному свету, сияла Истина!
Его жизнь стала
Гордой летописью для всей земли,
Человек еще мог появиться на свет,
Обладая ангельской силой!
Его смерть, которая, как "трава", сегодня
облачает его в славу — и тление!
О! пусть дух его склонится,
над его одром
пусть вся империя склонится,
с молитвой и слезами!
— Да будет ему реквием — глубокий и долгий —
сердце нации — его могила!
ПЕСНЯ О ГОРЕ МАЛЬЧИКА.

ОТ НЕМЦА.

И. Маклеллан-младший

Я — горный отрок!
Я взираю на сотню залов.
Здесь восходит его первый луч,
Здесь задерживаются его угасающие лучи, —
Я — горный отрок!
Вот он, горный источник,
поток холодной воды —
И в знойный полдень я окунаю
в его волны свои пылающие губы.
Я — сын гор!
Когда сверкают ужасные молнии,
вспыхивая в полуночном небе,
я преклоняю колени на скалистом утёсе,
отвечая на каждый раскат грома.
Я — сын гор!
Когда быстро-звонный колокол
зовёт к оружию в каждой лощине,
я стою в строю,
широко размахивая своим горным жезлом
и пою свою горную песню!