Кикимора

Сказка в частях.

1
Как-то раз одной зимой
Тенью ветки небольшой,
Будто лёгоньким плащом
Приукрывшись поздно днём,
Средь покрытой снегом хвОи,
Виден лес где в полном сборе,
Аккурат под Новый год,
Белка суд себе ведёт,
Что запасов много съела
И дупло обледенело.
Лапки сложит и вздохнёт,
Холод, голод ведь идёт!
Леший старый, он далёко!
Не летит к нему сорока.
Не помощник он теперь.
Каждый ходит к нему зверь!
Проще шишек ей нарвать.
Семена с них обобрать.
Как-никак, а всё ж еда.
Стала очень уж худа!
Да и шишек спелых мало!
Много где она искала!
Их другие обрывают.
Тоже сильно голодают!
Экономить пищу надо,
А она тому не рада!
Скушать б ей чего другого,
Где же взять гриба какого,
Яблок сочный иль орех?!
Ей сейчас не до потех!
Ветка хвойная блестит.
Белка вниз с неё глядит.
У клестов гнездо пустое.
Ель их видно на просторе.
Здесь одна она такая
Превысокая густая.
Солнце стало вниз сбегать.
Их же рядом не видать.
Значит где-то задержались.
Ищут корм, не возвращались.
И синичье вон дупло
Сильно снегом занесло.
Значит также все живут.
И соседи весну ждут.
Всю печаль в миг обуяла.
Шишка с дерева упала,
А за ней — ещё, другая.
Та и та была пустая.
Покачала головой
И пошла к себе домой.
Ужин, завтрак ей найдётся,
Ну а там искать придётся.
"Что кидаешься, соседка?
Больно очень! Как ты метко! —
Снизу лось ей говорит,
Бьёт копытом, чуть пыхтит.
Обижается и злится:
"Что ж в дупле-то не сидится?!"
Белка встала, оглянулась
И невольно усмехнулась:
"То была не я, а ёлка!
Много значит в шишках толка!
Чёрство ей кору ломал,
Ветки сильно объедал,
А валёжник обходил.
Кто, скажи, о том просил?
Дева, знаешь, молодая!
Вдруг засохнет?! Ель такая!"
"Я ведь лось! Мне ей питаться!" —
Стал сохатый вомущаться —
Шишки чистишь, вон — пустые!
Были б ели прегустые!
Семена сама б не ела,
А грибов запас имела!"
Белка с лосем всё бранились,
Рассудить они решились,
Кто здесь прав, кто виноват.
Был на всё у всех свой взгляд.
Недалече, средь сугробов,
Вполовину под землёй,
Под невидимым покровом,
Щепной дом стоял с смолой.
Там Кикимора вставала,
КОсмы в косы заплела.
Она долго продремала,
Но теперь уж не спала.
Надо лес сходить проведать.
Чем зверьё сейчас живёт?
Может кто без разрешенья
Ёлку пилит, к ним идёт?
С ними рядом — деревенька.
Любят люди заходить.
Не спросивши дозволенья,
Свой порядок наводить.
Кто охотится, кто бродит —
Спать медведям не даёт —
Надевает резво лыжи,
В лес негаданно ползёт.
Не найдётся, ну ни дня им
Без проказников-людей,
Что пугают, не подумав,
Диких пО лесу зверей.
Затянула пояс туже.
Платье белое блестит.
Серый взгляд очей суровых
В стёкла омута глядит.
Локон к локону все пряди.
Ровно зелень кос легла.
На макушке в превысокий
Их в пучок она свила.
Башмачки с ней заметайки.
Прячут сами лёгкий след.
Снег не страшен: не утонет!
Где же взять каких ей бед?!
Не увидят, не заметят.
Только лишь она дыхнёт,
Станет тут же невидимкой.
По делам своим пойдёт.
Заглянула снова в омут.
Видит ссору и молчит.
Как помочь же лосю с белкой,
Долго думает сидит.
Наконец она решила
В Новый год поколдовать,
Лесу нужно в сих проблемах
Как-то быстро помогать!
"Всё само восстановляйся!
Жизнью прежнею живи!
В мир наш с радостью лесной ты
В две секунды приходи!
Воле срок сей до апреля,
До подснежников поры,
А затем даю отмену!
Быт навеянный бери" —
Раза три так повторяла,
Волшебство своё плела,
Час Кикимора в заботах
Тут о лесе провела.
Руки грозно разводила
И ходила цифрой пять,
Чтоб проблемы никакие
Никому не создавать.
Будто молнии по дому
Расходились по углам.
Светом магия сияла,
По её бежа рукам.
Так ступало мирно время.
Шло своим всё чередом.
Взять большой, да хоть и малый
Тут у зверя разный дом.
Будь то мышка, соболь, белка,
Иль какой в норе сурок.
Каждый жил себе старался
Просто напросто как мог.

2
Всё темнее тень спадает
С веток вниз и снег мерцает.
В лес пролИлся чуть закат
Жёлто-розовым вразлад.
Краски ссорились, братались.
В дружбе доброй улыбались.
Разбежались кто куда.
Глядь-поглядь — и ночь легла.
Веял ветер над землёй —
Дед Мороз ступал ногой.
Звёзды в небе раскидал,
Всем подарки раздавал.
Как он встретил медвежат,
Убаюкал. Спят лежат.
Зайчик в норке чуть подмёрз —
Сделал снежный он занос,
Будто пухом принакрыл.
Зайка счастлив очень был.
Сразу сделалось теплее,
В спальне лучше, веселее!
В ветках дуба векового,
Не обхватишь ствол такого,
Грозен вид его и строг,
Сильный, мощный и высок,
Три вороны спать ложились,
В гнёздах тихо копошились.
Дед Мороз им мох подал,
Сам когда-то собирал.
Птицы стали мирно спать.
Дед пошёл вперёд опять.
Стукнет посохом разок —
Лисам будет пирожок,
Стукнет два и три — конфеты,
А четыре — и котлеты.
Никого не забывал,
Даже волка угощал.
Ходит-бродит, ветры водит,
Вьюгу, дождик и пургу —
Ценит каждого слугу.
Хлопьев снега где добавить,
Где — развеять и убавить,
Всё расчистить где велит
И рябинки шевелИт.
Птичкам ягодки спадут.
Сделал завтрак он им тут.
Утром встанут, поедят.
И трудиться полетят.

3
Дед Мороз степенно шёл.
Дятла пёстрого нашёл.
Тот большим всегла считался.
Так средь птиц и назывался.
"Здравствуй, дедушка! Мы ждали!
Вы в каких лесах бывали?
И далече Вам идти?
Вы давно в своём пути?
Может быть, Вас проводить?
Как-то чем-то пособить?" —
Птичка шустрая взлетела.
С кедра в сосенки присела,
Крылышки сложила
Чуть головку наклонила.
"Здрав бывай и ты, мой друг!
Рад увидеться я вдруг!
Служишь правдой и душой.
Поделюсь сейчас с тобой.
Раз — декабрь, два — январь,
Третий месяц есть февраль.
Правлю зимними часами,
Занимаюсь в них делами.
Дом родной мой — Оймякон!
Полюс холода всё ж он!
И могу я возвращаться
В миг любой и прогуляться,
Посидеть и посмотреть,
Что мне сделать, как суметь.
Так везде и успеваю.
Вспять минуты обращаю,
Но закрыто то для вас,
От любых чужих уж глаз.
Сотни тысят отменял,
День прошедший повторял.
Шар Земной весь посетил.
Не устал, а полон сил!
В каждом городе имею
По сторожке для гостей.
Мчу в часах секундой к ней.
По часам могу ходить,
Сквозь пространство,
Чтоб прибыть.
Среди звёзд лежат пути.
Просто мне и там пройти.
Ветры разных всех широт
В земли их дают проход.
Точно, быстро пропускают.
Всё же дети ожидают!
Ныне в планах погостить.
Лес прекрасен! Здесь побыть!
А затем - к себе домой,
В Оймякон преледяной.
Почему сидишь грустишь,
Пёстрый дятел, что не спишь?"

4
"Рад бы я сейчас поспать.
Только где чего клевать?
На желудок препустой
Не идёт мне сон ночной.
В хвойных ветках пихты, ели
Шишек мало: облетели.
В них семян давно уж нет.
Многим нужен был обед!
Кедры, сосны в снегу белом.
Занят был сегодня делом.
Целый день здесь пролетал,
Шишки спелые искал.
Поклевать-то находил,
Сытым всё же не ходил!
Взгляд голодный сердце рвёт.
Мышка, белка или клёст —
Как увижу, понимаю.
Свой кусок я разделяю.
Нужно всех нам уважать.
В голод, холод помогать!
В юность давнюю мою
Так почти спасли семью.
С нами хлеб свой разделяли,
Кто чем мог все угощали!" —
Дятел голову подня'л.
Иней с крыльев он сдувал.
Раз встряхнёт и два встряхнёт —
Машет крыльями. Чихнёт.
А затем тут как взлетит:
"Дед Мороз, суров наш быт!"
"Вижу, вижу! Да, дела! —
Посох сжал он до бела.
Взгляд прищурил. — Так и быть!
Нужно всем вам пособить!"
Дед Мороз звезды коснулся
Вскинул посох, улыбнулся.
Светлый луч с него — на снег.
"Время знает ровный бег!
Мать моя, к тебе взываем,
И Зимой все величаем!
Ты мудра себе сполна.
Красотой своей видна.
Лишь одной тебе всё знать,
Как природой управлять!
Гнев смягчи сейчас ты свой!
Покружися над землёй!
Дети все мы здесь твои!
Одну милость подари!
Сделай нам всем одолженье,
Дай на то своё веленье!
Дня до первого весны,
Умножались чтоб плоды!
Чтоб ничто не погибало,
Вдвое быстро возрастало!
Пусть зверьё в лесу живёт!
Радость в каждый дом придёт!" —
Добрый дед замолвил слово.
Лучик света сходит снова.
Ставит посох в рыхлый снег.
Он волшебник в долгий век.
Луч, стремясь, летит всё в высь.
Ярко в небе! Оглядись!
Среди всполохов огней —
Образ девичьих очей!
Прояснилась вся Зима,
Что добра ко всем, умна!
Стройный стан ее стоит.
Дева вниз на всех глядит:
"Знаю ваши я печали.
Да и вы уж всё сказали!
Нужно нам самим трудиться!
Вешать нос... Так не годится!
Как бы ни было нам сложно,
Знайте Вы, что всё возможно!
Тем не менее могу!
Дам возможность вам одну!
Явью просьбе вашей быть!
Мир сумейте сохранить!
До апреля чёткий срок.
Вам всем выучить урок!
Всё с Весной обговорили!
Вам помочь с сестрой решили."
Молвив слово, растворилась.
Вся сияньем озарилась.

5
Быстро ночь с земли сошла.
Зорька новая взошла.
Светлый день свой стелет след.
И никто не ждал уж бед.
Низко над кустом летала,
Завтрак так сова искала.
Мышка бегала полёвка.
Хороша была чертовка!
Приземлилась и поймала!
Кушать хищница желала!
Две секунды — оживилась!
И полёвка повторилась!
Обе мышки запищали.
За бугром они пропали.
Сова села и упала.
Что такое?! То не знала!
Испугалась, улетела,
Но о том не загалдела.
Что позориться, ворчать?!
Ей б сначала доказать!
Волк решил в лесу бродить,
Зайца к празднику добыть.
И ему была удача!
Двух поймал себе в придачу.
Те сидели на опушке.
Видел он одни лишь ушки.
Изловчился. Прыг да скок!
Укусил разок-разок.
Быстро съел, живот погладил.
Их четыре! Будто вспятил!
Зайки как-то оживились
И зачем-то повторились!
За сосною разбежались,
Где-то весело смеялись.
Ускакали, не глядели.
"Это как они сумели?!"
Волк же тоже промолчал.
Что случилось не болтал.
Снегири, клесты летали.
Рвали шишки, очищали.
Семена клевали бойко.
В миг — растут! И да, их столько,
Что и не было сначала!
Новость пО лесу бежала.
Сей секрет не сохранили.
Как-то слухи распустили.
Чудо дивное случилось.
С ними что-то приключилось.
То Кикимора не знала.
Просто в сосенках гуляла.
И нежданно так наткнулась
На Оленей, усмехнулась.
Штук их триста насчитала.
"Как их много прибежало! —
Молча думала она. —
Ай, да Леший, старина!
От охотников спасает,
В чаще леса укрывает!"
Стала дальше наблюдать.
Негде им совсем ступать!
Молодняк ворчит, пыхтит.
Видно, сердится стоит.
"Долго нам ещё ютиться?
Дело это не годится! —
Молвят задние в начало. —
Нам стоять так не пристало!"
Те спокойно отвечают:
"Путь нам зайцы преграждают!
Не пройти и не прогнать!
Много их, не сосчитать!
Нужно ждать, когда уйдут!
Нам прохода не дают!"
"Ты олень иль заяц сам?
Дай копытом по ушам!" —
Голос громче подают,
Но другие, в бой идут.
И число их возрастало.
Штук шестьсот уж насчитала.
Тут Кикимора осела.
В шоке сильном побелела.
Встала быстро и пошла.
"Ну и Леший! Вот дела!"
Ничего не понимала,
Шла вперёд и вспоминала,
Как олени враждовали
И числом всё пребывали!
Как увидела волков,
То лишилась она слов.
К ним охотник заходил.
Тройку взял и подстрелил.
"Было три, а стало шесть!
Это что же чья-то месть?
О'жил каждый из троих,
Повторился, чуть затих
И далече побежал,
Вой протяжный свой пода'л.
Видно, новой стае быть!
Людям лучше не ходить,
Не бродить по их лесам!
Стыд какой, позор и срам!
Вдруг про то они прознают?!
Что же будет?! Пропадают!
Им не станет ведь покоя!
Что же это?! Что такое?!
Каждый станет нос совать,
Любопытно наблюдать!
Иль ещё на что решатся!?
Станут грубо насмехаться!" —
Испугалась! Будто байки!
Вдаль несутся заметайки.
И не верится самой,
Что она тому виной
Быть могла... И как сумела?!
Колдовское знает дело!
Препустилась к Бабке Ёжке.
Думать надо не немножко.
Будет так им глухомань!
Хоть возьми и плачь ты встань!

6
Лес меж тем густел, мрачнел.
Никому не стало дел.
Все смотрели, наблюдали,
В тихом шоке пребывали.
Серой тенью путь стелил,
Мо'рок по' лесу бродил.
И дорожки разветвлялись,
Странно как-то изгибались,
В елях, соснах убегали,
Долго в зарослях петляли,
У оврагов прерывались,
Чтоб в ловушку Вы попались.
Планы рушил и пугал,
Мо'рок с толку всех сбивал.
Навь работу проверяла,
Недоделки исправляла.
Зло, конечно, ощущали,
Их при этом не видали.
Ведь невидимыми были!
Молча пакости творили!
Небо тьмою пропитать,
Вздумал Мо'рок полетать.
Как-то раз он захотел,
Всё ж на месте не сидел!
Мгла осела над землёй.
День царит она деньской,
Ночью тоже не спадает,
В небо звёзды не пускает.
Средь деревьев погулял.
Зло и здесь поколдовал.
Ветки крон соприкасались —
Ели, сосны повторялись.
Тяжесть шишек лапы гнёт —
В елях стон и плач идёт.
Треск, шуршанье, с ними — боль!
"Ты вздохнуть хоть мне позволь! -
Каждый куст, велик иль мал,
Словно п'од нос причитал.
Странно всё тут повторялось,
Бесконтрольно умножалось.
Навь довольно рядом ходит.
Так порядок свой наводит.
Зайцы сотнями сидели,
Стадным воем волки пели.
Ни один, ни два, ни пять.
Их число не сосчитать.
Быстро всё возобновлялось.
Средь оленей земь терялась.
Так вплотную и лежали.
Куда деться им не знали.
Кто ругался, кто молчал.
Здесь покой не наступал.
Все забыли про уют.
Стонут, плачут, что-то ждут!
Дом зверюшек поменялся.
Будто кто-то насмехался,
Не'кто вредный и плохой.
И откуда он такой
Им на головы свалился,
Вот зачем же появился?!

7
В быт лесной пришёл разлад.
Вредно все вокруг глядят.
Беспорядок тут царит,
Кто за что им зло творит?!
Лес стоит совсем густой!
Не ступить нигде ногой!
Лишь бочком, да всё ползком.
Неудобный вовсе дом.
Хоть ты птица, хоть лиса
Взгядом ищешь небеса.
Лучик света не видать.
Стал здесь каждый
Зверь страдать.
Но Кикимора держалась,
Потихоньку пробиралась.
Ветви платье в клочьи рвут
И ступить ей не дают.
С каждым часом путь сложнее,
Лес дремучей и темнее.
Изгибается, присядет,
Проползёт она, привстанет,
Отряхнёт прилипший снег.
Стал ползком давно уж бег.
Где кого-то задевает,
Извиняться начинает.
Где споткнётся, там вздохнёт.
Бремя трудное несёт.
Незаметно как-то ели
Расступились, поредели.
Дом в сугробах, тонкий лёд.
Баба Ёжка здесь живёт.
Всё Зима прошлась, сковала,
Путь к избушке указала.
Курьи ножки стоят смирно,
Ведь в сапожках они — дивно!
У окна ворчит хозяйка.
Вот подумай, угадайка!
Смотрит в даль себе, кряхтит.
И куда она глядит?!
Неужели ожидала?!
Как же быстро всё узнала!
Вот тебе и домоседка!
Знать, колдует и нередко!

8
Но оставим их сейчас.
В день другой, прошедший час,
В место давнее большое
Мы войдём совсем в иное.
То реальность, но не эта.
Много солнца в ней и света.
Коли дождик же пройдёт,
Сразу птица запоёт.
Здесь цветущая поляна
Запах трав подарит пряных,
Чуть в низинах тает снег.
У него недолгий век.
Здесь — пролески, медуница
И ромашек вереница,
Одуванчики сбежались,
Споря краской, улыбались.
Ландыш стройный, хорошавый
И подснежник очень справный
Будто острыми клинками
Машут резво лепестками.
Здесь пройтись — всё удивляет.
Травы стебли поднимают,
А далече снег лежит
И в ручьях вода бежит.
Бугорок за бугорочком.
Зелень низкая на кочках,
Чуть подальше — высока.
И из сруба тут изба.
В ней Весна свой быт ведёт.
Среди бабочек живёт.
С птичкой малой и жучком
Прибирает резво дом.
Кушать завтраки готовит.
С солнцем утром танцы водит.
Шутки быстро отпускает,
И трудиться убегает.
Облетает Землю сверху.
Ей видней, куда прийти.
Где, когда настало время
Свет, тепло в дома нести.

9
Служат гномики при ней:
Солнцегрейка — сто идей;
Замерзайка холод веет;
Оживляйка зелень стелет,
Первый цвет садам даёт;
Умножайка спор ведёт,
Станет быстро с ним расти,
Нежно всё везде цвести;
Заливайка дождик льёт,
Гром и молнии несёт.
Каждый много что творит —
Волшебство в простор летит —
Когда нужно — помогает,
Плечо друга подставляет.
Вместе ладится их дело.
Край любой Весна пресмело,
Прекрасиво украшает,
Миг её лишь наступает.
Ну, а что мы с ней сейчас?!
Нужно ль вспомнить лишний раз
Нам печёночниц цветки,
Благородных лепестки,
Али ве'трениц полянки,
Коль нарушены порядки?!
Темень — лес. Стеной большой
Путь закрыт в него любой.
И Зима везде царит,
Погодить Весне велит.

10
Покосилась вниз избёнка.
Как отпрянул лес в сторонку.
Наклонилась Бабка Ёжка:
"А, пришла ко мне в сторожку!"
И стоит уж на крыльце:
"Вижу страх я на лице!
Ужас, горечь обуяли.
Здесь, Кикимора, бывали
Дед Мороз с Зимой-красой.
Ворожили над землёй!"
С хитрецой суровой ей
Равной нет и не посмей
Ты в колдунье сомневаться:
Мстит старушка! И пытаться
Возражать ей смысла нет!
Враг её — потом обед,
Пакость тоже насылать
Ей совсем не привыкать!
И живым себе уйдёшь,
Тоже сложно заживёшь!
То хитрит, а то зарует,
Но прекрасно ведь колдует!
И совет её сгодится!
Подойти же кто решится?!
Гостья ближе подступает,
Про себя же размышляет:
"Нам сейчас не враждовать?
И не станет прогонять?
Час пресложный, очень важный!
День для леса очень страшный!
В ссоре вовсе не бывали.
И поможет кто едвали.
Нужно с ней поговорить,
И решу затем как быть!"

11
"Здравствуй, бабушка! Беда!
И такого никогда,
Никогда не приключалось!
Ты, прости, что я примчалась!
Душа мечется, болит!
Видишь, он какой стоит?" —
В чащу леса гостья машет,
Ждёт хозяйка, что ей скажет.
"Да, да, да! И я видала —
Тут руками замахала —
Дед Мороз, змеёныш старый,
Добрый он, хороший малый!
Зиму в лес к нам пригласил.
Умножать он всё решил!
И устои все попрал!
Вот спалю его, нахал!" —
Бабка Ёжка ножкой топчет.
Рукой волосы всклокочет.
Голос злобный и скрипит.
Волос чёрный теребит.
Раз, другой и продолжает:
"Эта невидаль витает
По его большой вине!
Заходи давай ко мне!" —
Дверь тихонько открывает
И в проход Яга хромает.
Ступа рядом и метла.
Печка тёплая бела.
Стены — брёвна, лавки, стол.
Видно, долгий разговор
Им обеим предстоит.
Чай из липы, хлеб лежит.
Масло — рядом на столе.
"Видно сложно будет мне
Позже бабке заплатить.
За добро добро вершить!"
И Кикимора молчала,
Осторожно наблюдала.

12
Бабка шар большой берёт,
Убирает в свой комод,
И затем же говорит:
"Чай простынет, ждёт стоит.
Так что внутрь проходи!
А о деле — погоди!
Нужно думать, когда сыт!
Твой живот давно урчит!"
И Кикимора забылась,
Посмотреть она решилась,
Как живёт себе Яга.
"Хата очень уж чиста!
Половицы не скрипят,
Хоть старинные лежат!
Домотканные дорожки
Согревают быстро ножки.
Ни пылинки, ни соринки!
Как сошла изба с картинки!
И ручник сверкает белый!
Воздух тёплый и не прелый!" —
Гостья всё тут подмечает.
И невольно восклицает:
"Полка к полочке висит!
И горшок на ней стоит!
Всё начищено, блистает,
Ваш порядок восхищает!
И ухват Вы свой убрали!
Верно, в дом кого-то ждали?" —
Расхрабрилась, оживилась,
Всем Кикимора дивилась.
"Милка-девица, тебя!
Как иначе-то? Нельзя!
И, признаться, я скучаю!
Вот сижу и начищаю!
Дети в лес не забредают!
Верно, люди охраняют!
Ни пошутишь, ни спугнёшь!
Так в заботах и живёшь!
Леший — друг! Порой и тот
Охраняет смертных род!
Взрослый — редко себе бродит!
Лес попортит, да уходит! —
Баба Ёжка в так кивает,
Речью пылкою стреляет,
Головой своей качает,
И затем же продолжает —
Что об этом говорить?
Время — чай с тобой нам пить!"

13
Посидели, помолчали.
Ели-пили, не скучали.
Чёрный котик песни пел,
Возле печки он сидел.
А до этого — всё спал,
Даже носа не казал!
Утаил свою лежанку
Под невидимой охранкой.
И проблему разбирать,
Ведьмы — дальше рассуждать,
Приосанившись, решились.
Обе к правде так стремились?!
"Значит, то вина Мороза? —
Вопрошает. — Вот угроза! —
Громко пальцами стучать
По столешнице, сверкать
Грозным взглядом начала
Вся Кикимора бела.
"Угу, и ещё он улыбался!
Умножать всё собирался!
Он с Зимой поговорил
И об этом попросил!
С Умножайкой дружбу водят,
Нам бедлам в лесу наводят!
Есть при них и Оживляка!
Отпустила их хозяйка!
Так Весна нам подсобила:
О "добре" Зима молила!
Сёстры кровные они.
В шар мой лучше посмотри! —
Быстрым шагом и — комод
Отворяет. — На же вот!"
Шар Яга свой подаёт,
Приоткрыв едва чуть рот.
Будто слабо она дышит.
Вспыхнул он тут,
(Может, слышит?)
В сизом пламене огней
Образ встал все знают чей,
А за ним — второй, другой.
Льются речи их рекой!
Дед Мороз там и Зима,
И картина вся ясна.

14
"Ах, дружочек-пирожочек!
Лес таит немало кочек!
Есть здесь рытвины, ухабы!
Пострадаешь... Кабы... Кабы!
За проделки все ответишь!
Сам того ты не заметишь!
Будешь знать, как портить лес!
В глушь ты зря сюда полез! —
Платье гордо поправляет,
Так Кикимора мечтает
Расплатиться, наказать,
Как Мороза поучать."
"Одобряю, одобряю!
Я порядок соблюдаю!
Нужен лесу, нам — уют!
Звери добрые живут!
Негодяи в дом пришли!
Мы беду от них нашли!
Все невинно пострадали!
А виновны ль мы?! Едва ли!
То, что было, знаем сами!
Искупили то делами!" —
Бабка Ёжка речь ведёт.
Кто же знает, правда ль, врёт?!
И платок перевязала.
Вдруг она тут с места встала.
"Засиделась я, устала!
Ни согнись, ни разогнись!
Раз-другой не повернись!
Дочка, старой слишком стала!
Я не то чего сказала?" —
Рот беззубый свой открыла,
Так Яга сейчас спросила.
"Ничего, во всём Вы правы!
Вовсе нет ему управы!
Это точно мы исправим!
Быт вернуть наш мы заставим! —
Гостья в гневе кнут схватила. —
Вместе мы большая сила!"
"Я б, конечно, помогала,
Но пресильно оплошала!
Стала старой и седой!
В цвете лет ты, я — в покой!" —
И слезу Яга пустила.
Вот зачем так поступила?!
Распростились, обнимались.
Лес спасать так собирались?!

15
Шла Кикимора далече.
Всё готовилась ко встрече.
Кедр высокий обхватила:
"Есть в тебе большая сила!
Видишь кроной ты высокой
С старины своей глубокой,
Что и как где происходит,
Враг какой и друг где ходит!
Поделись сейчас со мной!
Брат ты будешь мне родной!
Подари свои мне знанья!
Сам назначишь час свиданья!
Я в заботах помогу!
В тот же миг к тебе приду!" —
Слабо очень, но шептала,
Ведь Кикимора желала
Все проблемы разрешить,
Жизнью прежнею зажить.
Волос выдрала тихонько,
Привязала, но легОнько
К ветке тонкой, небольшой.
Слышит голос над собой:
"Вот орешек самый малый,
Но храни его! Он бравый
Воин знаний, твой солдат!
И помочь он будет рад!
Дружбу вашу не разбить!
И умей его хранить!"
Ветка Кедра опустилась,
Над карманом наклонилась.
И Орешек покатился,
В человечка превратился.
Сам в кармашек забежал.
Крепко он его держал.
"Ты не бойся, не сорвусь!
Я и сам в нём прикреплюсь!
Величать меня Егорка!
Дальше будут три пригорка!
Самый первый пропусти,
У второго — посмотри,
Слушай, думай, уважай,
Суд суровый не включай!
А за третьим — как пойдёт!
Знай, что гость тебя там ждёт!
Стань ты видимой ему
И поймёшь, что почему! —
Говорил и улыбался,
В волшебстве практиковался. —
В невидимку превращаяйся!
Быть незримой ты старайся!
Рано видеть всем тебя!
То пока никак нельзя!"
Наш Егорка оглянулся,
К ветке Кедра потянулся.
Тот иголку сверху дал,
Им успехов пожелал!
"Помни всё, чему учил! —
Друг Кикиморе грозил —
Коли станешь ошибаться,
Буду я колоть, кусаться!"
И хозяйка согласилась.
С Кедром попросту простилась.
В путь с Егоркой зашагала,
Знай себе она молчала.
А орешек то шутил,
То престрогим с нею был.
Шли вперёд и не скучали,
Где-то мысли их витали.
Мо'рок путал их, пугал,
Но успеха в том не знал.
В чаще тёмной и густой,
В сонме птиц, зверей с тобой,
Проползали как могли.
К месту первому дошли.

16
На пригорке выли волки.
Ни побегать, ни ступать!
Как устали в этой чаще
Норы лапами копать!
Раскопаешь — заметает,
Засыпается землёй!
Сверху снег опять мерцает.
Что им делать всей семьёй?!
Лоси спорили, ворчали,
Утверждали, что сломать
Ветки надо пребольшие.
Неба вовсе не видать!
Ну, а вдруг же перестанут,
Брать они опять расти?!
Им, должно быть, докучает!
Как в мороз воды найти?!
Кто-то скажет: "Здесь получше!
Ты не трогай, убегай!"
Драку оба начинают!
Отвернись, не помогай!
Ветки, топая, ломают.
За одну — уж две торчат.
Всех в бока они пихают.
Пуще прежнего кричат!
Спорят птицы, спорят звери.
Кто в проблеме виноват?
Кто-то плачет, кто-то злится,
А другие же молчат!
"С Богом дальше продвигайся!
Место это оставляй!
И ни в чём не сомневайся!
Очи сердца открывай!" —
Так Егорка в ухо шепчет
И в карман к себе бежит.
А Кикимора вздыхает,
Очень громко говорит:
"Знамо всё, беда лихая
Топчет нам порог, метая
Козни, распри прямо в дом,
Но управу мы найдём!
Супостата одолеть —
Нужно будет попотеть!
Важный бой всем предстоит!
Не роптать судьба велит!
Чтобы в деле сим помочь,
Чувства нужно превозмочь,
Волю сжать свою в кулак!
Мы исправим, что не так!
Вы не ссорьтесь, не ругайтесь!
Сидя ждать меня пытайтесь!
Явь и навь войдут в свой бой!
В сердце вы всегда со мной!
Вас иду я защищать,
Колдовство всё убирать!"
Только речь она сказала,
И невидимость вся спала.
Стали звери обвинять,
Птицы — шишки вниз кидать,
Что она де виновата,
Предстоит и ей расплата!
Было чуть не забодали,
И её не покусали.
Синячками обошлась.
Дальше грустно поплелась.
Час-другой — и заживут,
Сами быстро пропадут,
Но душа её страдает,
Взор обида застилает!
Вспоминает свои речи
И сутулит сильно плечи.
Что ж она там не молчала?!
Спину редко, но чесала!
Ведь Егорка не забылся,
Наказал её, сердился!
А Кикимора чесалась,
Перед другом извинялась.

17
Снова тихо, чуть дыхнула,
И в невидимость шагнула.
Их с Егоркой не слыхать,
Всё ж умеют колдовать!
Наш учитель возмущался,
Наставлять её старался,
А Кикимора внимала,
Трудно пО лесу ступала.
Хоть и полдень, света мало!
В чаще тёмной выбирала,
Где, куда и как шагать,
Холмик малый отыскать.
Он теперича второй.
Отдохнула под сосной.
Пригляделась: вон овраг,
Рядом — горка. "Даже так! —
В удивлении сказала. —
Вовсе я не ожидала!"
На плече сидел Егорка.
Хмыкал весело он только,
А затем серьёзным стал,
Палец кверху свой поднЯл:
"Проявись и покажись!
Навь, уйди, с землёй простись,
В край неведомый ступай,
Где родная ты, прощай!"
Щёлкнул пальцами он раз —
Солнце светит вниз на нас!
Всюду радостно, светло!
До чего же хорошо!
Щёлкнул два — и лес как был!
Хоровод большой водил,
Дед Мороз там улыбался,
Песни пел, шутил, смеялся.
Зайка, соболь, белка, волк,
Воробей, сова и в толк
Не могла тут взять никак
Всё как надо, аль не так,
В удивлении стояла
Здесь Кикимора молчала.
Как-то резко онемела,
Просто в спины им глядела.
Звери пели, танцевали.
Кушать только пожелали,
Всё само тут появилось.
И Кикимора дивилась.
"Как мне это понимать?
Сразу мог расколдовать?" —
Тут хозяйка выступает,
Возмущаться начинает.
"Как бы так, давно помог!
Мо'рок рядом, возле ног.
В полночь навь в права войдёт.
Тьма меж елей проползёт.
А пока спеши внимай!
Много дел ещё, давай!" —
Только он ей так сказал,
В свой кармашек забежал,
Просто сел, вперёд глядит,
Почему-то он молчит.
"Это всё, что нужно знать?
Чем их радость пояснять?
Мне поведай, как плясали,
Тут при мо'роке гуляли?
Птицы, звери веселятся
И не думают бояться,
Их подарки здесь лежат,
И об этом говорят." —
Взгляд она на них бросает,
А Егорка продолжает.

18
Их оставим разговор.
К Бабе Ёжке мы во двор,
Даже в дом сейчас зайдём,
На минутку отойдём...
В день прошедший,
В час минувший,
В свете времени потухший,
Разжигая уголёк,
Свет его почти поблёк.
Ветром веял над землёй,
Дед Мороз ступал ногой
По тропинкам и полям,
Разным, разным всем лесам.
Был он сразу и везде,
Свет дарил любой звезде.
Каждый в доме его ждал
(Важный гость идёт!), мечтал.
Много вкусного желала,
В этот миг всё хлопотала,
Бабка Ёжка суетилась,
Возле печки потрудилась.
Истопила, убралась,
Щи варила, чуть смеясь,
Пирожочков напекла,
Скатерть тонкую взяла,
Постелила на столе,
Полетала на метле,
Дом пренежно украшала,
Всей душой она мечтала!
Дед здесь должен проходить!
Вдруг заглянет погостить?!
У окна порой стояла
И гостинцев так желала!
Хоть грешки порой бывали,
Все ли их тут замечали?!
И нередко зло прощают,
Хоть кого-то обижают!
Втайне красилась, ждала,
Баба Ёжка так цвела!
Наконец Мороз идёт!
Вьюга след его метёт
Снегом белым по земле.
Взгляд суровый он Яге
Молча грозно подарил.
Мимо шёл, не погостил!
Баба Ёжка оскорбилась,
Сильно-сильно рассердилась.
Шар взяла свой и - смотреть,
Шёл куда он поглядеть?!

19
Так в мгновеньях наблюда,
Слёзки вредно вытирала:
"Ну, держись ты, старый дед!
Обещаю много бед,
Много ссоры и раздора,
Темой станешь разговора!
Будут хаять, порицать!
И тебе не сдобровать!
Ворон, подь сюда скорей,
Ты из чаши здесь отпей!
Славы горестной напой,
Отомстим ему с тобой!
Будто карканье ворон,
Зло летит со всех сторон!
Явь кривится, навь течёт!
Так обман в наш мир идёт!
Мо'рок с навью двуедины.
Вместе мы непобедимы.
Каждый видит, но не то,
И не знает он за что!
Станет явью навь презлая,
Прячет всё, собой меняя,
Умножает, возрожает,
Что ей надо отменяет!
Память сложится о том,
Дымом едким с каждым днём
Будет славу исправлять,
И Морозу то не знать!
Там, где он, всё есть, как есть!
В том заложена вся месть!
С ним другим не поделиться,
Все забудут, что творится!
А когда же он уйдёт,
Всё наве'рх опять всплывёт!
Навь весь лес наш поменяет,
Что ей нужно умножает,
Что потребно возродит!
Навь одна над всем царит!
Станет всем пусть очень худо,
Ненавидят здесь друг друга!
На поклон ко мне придут!
Меня ценят, очень ждут!"
Время даром не теряла.
Баба Ёжка колдовала,
Ворожила, ворожила
И руками разводила.
Ворон рядом помогал.
Воду пил, над ней летал,
Каркал много и сидел.
Он ослушаться не смел.
Воду в окна поплескала,
"Север", "юг" она шептала —
"С ними — запад и восток!
Сам придёшь ты на порог!"
И спокойно заперлась,
А проблема началась!

20
Дятел помнил встречу в вечер,
Как Мороз с ним говорил.
Умножаться... просьбы этой
Он Морозу не простил!
Навь презлая затмевала
Зёрна истины, добра,
Правду в памяти стирала,
Вот такой она была!
Потерялся в самом важном,
Добрый дятел наш забыл.
Дед Мороз для них иной же
Дар у Мамы попросил:
"<...> Только кушать пожелают,
Пусть приходит вкусный пир,
Чтоб в лесу царили радость,
Счастье, искренность и мир! <...>"
Навь всё больше исправляла,
То, что есть и что прошло.
Словно в серой поволоке
Бытие в свой сон ушло.

21
Бабка радостно плясала,
Пущей гордости не знала,
Всё плясала, подпевала,
Будто жизнь пошла сначала,
Словно ведьма молодая,
А не старая, седая:
"Эх, пойдём теперь гулять,
С Змей Горынычем летать!
Всем врагам я отомстила,
Никого здесь не забыла!
Эх да Ох, да Ой-ё-ёй!
Дед Мороз ко мне одной
Станет первой приходить,
Чтоб подарки подарить!
Расквиталась, проучила!
У меня большая сила!"
Руки — влево, руки — вправо:
"Есть на них моя управа!"
То присядет, то привстанет,
Шар опять она достанет.
Вспоминает: "Как я Вас
Наказала в этот раз!
И Кикимора бывала,
Ничего не замечала!
Я на шар слегка дыхнула,
Сизой магией пахнула.
Ну а та не замечает!
Себя ведьмой называет!"
Бабка радостно плясала,
Дело делать забывала.
Ни жалела, ни страдала,
Каждый миг свой прожигала.
Есть, попить ей, отдыхать,
Просто так поколдовать
Всё хотелось и желалось,
А заклятье ослаблялось.
Путы зла к ней возвращались.
И проблемой воплощались,
То одной, а то второй.
Жизнь ведь создана такой!
Мы берём, что отдаём,
Всё вернётся, хоть не ждём!
Исключенья — да, бывают,
Но не часто наступают!
Чары дома ослабели,
Кто ходил тут, не глядели.
Мог любой сюда прийти,
В дом без спроса взять зайти.

22
Бабка Ёжка веселилась,
А Кикимора дивилась.
Как же тут не удивляться,
Когда звери веселятся?
Кто-то в мо'роке страдает,
Кто-то песни запевает
А зачинщик, добр и мил.
И откуда столько сил?!
Он всю Землю обошёл,
Танцевать сюда пришёл!
"Много нужно рассказать.
Стало время поджимать.
Да и жизнь сейчас такая...
Прямо скажем: не простая.
Трудно нынче доверять.
Это нужно показать!" —
Так Егорка говорил
И руками разводил.
Дунул раз, ещё, другой.
Вихрем стало над землёй,
Закружилось, замелькало,
Всё в пространстве пребывало,
Где нет холода, тепла,
Жизнь по-своему текла,
Пребывало в реках снов,
В водопадах, но из слов,
Из ведений и мечты.
Там — что было знаешь ты;
В осознание идёт,
Не сокрыто то, что ждёт.
Там известно всё былое,
Все ответы на готове.
Почва соткана добром,
С честной совестью пройдём,
А иначе — утопать,
Мир захочет воспитать
И отпустит лишь потом,
Когда честно заживём!
Здесь Кикимора ступала.
О случившемся узнала.
Тут вина Яги понятна!
Стало очень неприятно!
Ведь она ей доверяла,
А та мо'рок насылала,
Навь превредную на них!
Окружило зло всех их!
Даже лес не пожалела!
Нет, найти б с умом ей дело!
Птицам, зверю помогать!
А она всех — обижать!
Лишь Егорка вдохновлял,
В лес родной затем позвал.

23
Так они и воротились,
Путь продолжить устремились.
И Кикимора уж знала,
С кем в свой путь она шагала.
В день старинный лет былых,
Средь деревьев молодых
Леший стройный молодой
Начал путь служебный свой.
С Кедром долго говорил,
Он смеялся и шутил,
И в подарок Кедру дал
Дар большой, чтоб колдовал.
Тот стремился помогать,
Дар по делу применять.
Так и вышло в этот год.
Дед Мороз вперёд идёт,
Зло струится здесь отвратно!
Странно всё и непонятно!
Что, откуда?! И давно!
А ему не всё равно!
Не расспросишь: лишь молчат,
"Леший — дальше" все твердят!
(Час минувший вспоминаем,
О прошедшем рассуждаем.)
И решил его спросить:
"Может, в жизни пособить?"
В мыслях шёл, слегка споткнулся.
Быстро встал он, оглянулся,
Перед Кедром извинился,
Как-то взял разговорился.
Друг ветвистый не молчал,
Бабу Ёжку обличал:
"<...> Леший наш мудрей Яги!
Поспешай к нему, беги!"
Дед Мороз благодарил,
Влаги дал ему и сил.

24
Долго шёл себе вперёд.
Ветром он везде пройдет!
Всех гостинцем угощал,
Птицам, зверю помогал!
Радость каждому дарил,
Всем подарки приносил,
В хороводах песни пел
И со всеми веселел.
И как мог всё торопился,
Встретить Лешего стремился.
Чтоб порядок навести,
Надо бы скорей прийти!
В этот самый сложный час
Пробирался в битый раз
Парень, молодец к ним в лес,
Посмотреть больших чудес,
Если трудно, то помочь!
Пусть хоть день течёт иль ночь!
Людям нужно охранять
Лес родной, чтоб процветать!
Парень Васька поклонился,
Посмотрел, не удивился:
Из деревни приезжал,
По дрова к ним прибывал.
Уезжал себе ни с чем.
Люд смеялся: "Ты зачем
В лес опять идёшь-бредёшь?
Шишек что ли наберёшь?
По дрова ступай в другой,
Новый редкий, не густой!"
"Я пустым не возвращаюсь,
Я природой наслаждаюсь!" —
Отвечает Васька тут.
"Да-да-да! Дела не ждут!
В лес берёшь топор с собой.
Что, боишься волк какой
Прибежит тебя сожрать.
Тощий, хилый. — Что с тя взять?
Поплюётся, убежит.
Сам прикормит прибежит.
Сделай ты ему наказ,
Чтоб и нам пожрать припас!
Всю деревню угостишь.
Что ты встал, чего молчишь?
Иль боишься, что сопрёшь
Вдруг полешко? Не допрёшь!
Сани ты не отягчаешь,
Ведь пустым к нам приезжаешь!
Кроме ложки поднимать,
Те зачем чего таскать?
Иль чтоб девок не возить?
Топором им пригрозить?
Что бросаются, дерутся?
В чувствах искренних клянутся?" —
Снова с юмором спросили.
"Вы, друзья, меня взбесили!" —
Показал Васёк топор.
Смеха сильный был напор.
Весь народ не удержался.
Все, кто видел, потешался!
Парень так и уходил.
Вспомнил всё, как он шутил.
По'дал громкий, сильный глас,
Не до шуток же сейчас:
"Здрав бывай, лесной народ!
Здравствуй лес, что здесь растёт!
Вам хозяин, я желаю
Быть здоровым, к Вам взываю!
Леший, друг Вы наш большой,
Побеседуйте со мной!
Вам дары свои кладу,
В Вас я верю, очень жду!"
Хлеб и соль кладёт на снег,
С чем пришёл он, человек.
И на лыжах отошёл.
Пень плюгавенький нашёл.
Присмотрелся-присмотрелся:
Это Леший! Огляделся!
Мрачный лес растёт кругом,
День стоит, но сумрак в нём.
Леший ходит и зевает,
Взгляды в сторону бросает.
Потянулся раз-другой
И встряхнул он бородой.
Чуть-чуть кости разминает,
И в улыбке расцветает.
Щепкой нос, глаза — сучочки,
Из коры большие щёчки,
Ротик — тёмненькой корой.
И стоит сам небольшой!
Будто гномик, но опрятный!
С виду добрый и приятный!
Ручки-ножки — деревяшки,
А по форме-то — кругля'шки,
Но живые как у нас!
Видел он его лишь раз,
Да и то из далека!
Личность очень велика!
"Здравствуй, молодец и ты!
Вижу, помыслы чисты'.
Мы за дар благодарим!
Тоже щедро наградим!
Дело вот сейчас какое.
Не сказать, что б непростое,
Да и сложным не назвать!
Станешь в этом помогать?" —
Леший мудро тут глядит.
Дальше слово говорит:
"Много нужно рассказать.
Проще это показать!"
Так ступни его коснулся
Длинной палкой, покачнулся.
Будто сзади подтолкнули.
Силы зла уж всё смекнули.
Васька вздрогнул, обернулся.
И обратно повернулся.
Понял что он здесь к чему.
"Нужен здесь ты потому,
Что единство лишь спасёт!
Нас к победе приведёт!
Сила первая есть ты,
Жизнь текущая, мечты!
Явь несёшь всем, человек!
Вместе наш предолог век!
Ссора всех же погубляет,
Лес и Мир ваш разрушает.
Если дружно мы живём,
Всем гармонию несём!
Сила к нам придёт вторая,
То — Кикимора, незлая.
Между явью-волшебством
Лес хранит она, как дом.
Ну, а третья — Дед Мороз!
Волшебство он в Мир принёс,
Радость, праздник и уют!
И везде его все ждут!
А четвёртая же — я!
Вместе мы — одна семья!
Тут пригорок есть заветный,
Малый он и неприметный.
Силу ж он таит большую,
Для единства — золотую —
Кладезь знаний бытия!
Без него никак нельзя!
Чтобы их не подменить,
Стали мы его хранить!
Что мне скажешь?
В лес пойдёшь?
Коли так, судьбу найдёшь!" —
Улыбается старик,
Но лукаво он глядит.
"Да, согласен! Как же быть?!
В лес-то надо всем ходить! —
Васька дальше добавляет
И плечами пожимает. —
Как же птица, зверь какой?
Это дом его родной!
Нужно лес нам брать спасать
И проблему исправлять!"
"Вот и сладилось у нас! —
Леший щурит левый глаз. —
Тропкой тайной мы пройдем,
Вместе с ветром путь найдём.
А теперь хватай ладонь!
Сильно слишком ты не тронь!"
Парень слушал и молчал,
Руку быстро его взял.
Ветер кверху их подня'л
И невидимость наслал.
К месту быстро долетели,
Даже лес не поглядели.
На пригорке — белый снег.
Не ходил здесь человек,
Зверь и птица не ступали.
Ветви ели защищали
От внимания гостей.
Смотришь так, хоть б и ничей,
А весь спрятан и укрыт,
Ель широкая стоит,
Отойдешь же — ель как ель!
В колдовство вот не поверь!

25
Распыхтелась, волновалась,
Шла Кикимора, старалась,
В платье беленьком была,
И невидимость сняла.
А Егорка наставлял,
О пригорке рассказал.
В это самое мгновенье
Стало падать настроенье.
Баба Ёжка завертелась.
Ей в избушке не сиделось,
Не лежалось, не спалось.
"Кабы что-то не стряслось,
Чую: будет оййй-беда!
Навь бежит ко мне сюда.
Голос воет и зовёт,
Миг, ещё — она придёт!" —
Подошла Яга к окну,
Выясняет что к чему,
Только думает, кряхтит.
Навь на лавке уж сидит.
"А стучаться не учили?
Что в лесу там натворили?
На заветном я пригорке
Слышу, чую чьи-то то'лки!
Как такое допустили?
Вы добро-то пропустили!" —
Прямо тычет пальцем в тень.
Ей видна Навь, ночь иль день.
"Пыл, хозяйка, поубавь!
Лучше силы мне прибавь!
Значит плохо колдовала,
Раз пред ними спассовала!
И не я, а ты сама,
Ведь дремуча же весьма!
Я и так могу пожить,
Силы взять твои испить!
Есть добро иль нет его,
Мне, поверь тут, всё равно!
Знай, питаюсь от тебя!
Помнишь ты вчера себя?
Нашу связь не разорвать!
Разве шкурку твою снять?
И живу-то в двух мирах:
Здесь, в своём, увы и ах!
Попитаюсь и уйду!
Путь сама себе найду!
А пока я б согласилась!
И в избушке поселилась!
Ну, а ты ступай давай!
Лес другой есть, вспоминай!" —
Ногти смотрит, Навь смеётся!
Наглость эта удаётся!
"Что ты сделаешь со мной?
Даже в хате здесь одной,
Вовсе, Ёжка, не бываешь!
Рушу чары... Ан... не знаешь! —
Навь прицыкнула. — Итак,
Что предложишь, что и как?"
Баба Ёжка понимает,
Что и слова не вставляет.
Да и рада бы прервать,
Стала речь вдруг пропадать!
"Ах, мерзавка, ах нахалка!
И метлы своей нежалко!" —
Бабка Ёжка выступает,
Навь метлой в чём есть гоняет.
Та берётся хохотать.
И её уж не видать!
"Вот наделала я дел!
Учинила беспредел!
Вот в обиде разошлась,
Чуть и жизнь не прервалась!" —
В мыслях бабка сожалела,
Только с ужамом глядела,
Как избушки дверь открылась.
Так лететь она решилась
Перед всеми извиняться!
Ей пора бы исправляться!
Села в ступу и — вперед!
Важный час, и он не ждёт.

26
Машет сильно так метлой,
Будто враг летит стрелой
Прямо быстро ей во след,
Обещая много бед.
Стала вьюга подниматься.
Так-то вот метлой махаться!
Путь почти ей не видать!
Холод начал обжигать!
Глазки щурит, носом водит.
Запах правильно приводит.
Дед Мороз же — тут как тут:
"Здесь, Яга, тебя не ждут!
Сеешь всюду зло, раздор.
Вот тебе наш приговор. —
Ставит посох. — Встанем в круг,
Все друзья мы здесь вокруг.
В хоровод волшебный свой
Мы пойдём за лес больной,
Все печали его снять
И виновных наказать!"
Бабка Ёжка прерывает,
О прощенье умоляет,
Обещает исправляться,
Ну хотя бы попытаться!
И Василий не смолчал:
"Каждый много испытал!
Все ошибки допускаем,
И обидчивы бываем!
Доброта порой сурова,
Но в раскаяньи готова
Помогать и утешать,
Добрый шанс, надежду дать!
Может нам её простить,
Как, друзья, нам с нею быть?"
И Кикимора встревает:
"В жизни всякое бывает!"
Леший тоже тут скрипит:
"Честно бабка говорит!
Виновата-виновата!
В ней самой — ведь ей расплата!
Пожалела, пострадала!
И вину свою признала!
Дед Мороз, готов простить?
Будем с нею в мире жить?"
Дед Мороз тут весь зарделся.
К бабке чуть-чуть пригляделся:
"Да ведь я давно простил!
Лес спасал, что было сил!
Да и сам я мог зайти,
Ей подарок принести!
Нужно нам уметь прощать,
Да, с умом, но мир ковать!
Всем, греха чего таить,
Нам в ладу — учиться жить!"
Так на том и порешили.
Бабе Ёжке всё простили.
Мо'рок, навь они прогнали,
Всё, что нужно прошептали:
"Навь уходит, мо'рок — с ней!
Солнце свет на землю лей,
Месяц — ночью, с ним — звезда!
Будет так теперь всегда!
Зло уходит, пропадает!
Снег всю землю очищает!
Все наветы исчезают,
Козни след не оставляют!
Станет их как не бывало,
К нам чтоб счастье прибывало!
Лес могучий, величавый,
Каждый добрый умный бравый!"
Злой топор войны зарыли,
Бабку в круг свой пригласили.
В силу общую вплетали,
Чем с рожденья обладали,
Лес от нави очищали,
С нею мо'рок прогоняли
Бабка Ёжка, Дед Мороз,
Леший старый, не замёрз,
Кладезь знаний поднимал,
Васька им его держал.
А Кикимора водила,
Силы их объединила.
И при том она шептала,
Как и все тут колдовала.
Волшебство везде кружилось,
Зло развеялось, разбилось.
Лес таким стал, как и был.
Небо лучик озарил.

27
Вместе с бледною зарёй
К ним Зима идёт с Весной.
Две сестры вперёд ступали,
В небе тучки раздвигали.
"Здравствуй, матушка Зима!
Здравствуй, красная Весна!" —
Леший первый говорит,
Поклонился и молчит.
Постояли, поклонились
Остальные, ободрились.
Поздоровались — и ждать,
Стали просто наблюдать.
Вместе сёстры к ним пришли,
Может, вести принесли?!
На Весну Зима взглянула,
Ей слегка она кивнула.
"Много Вы преодолели,
Как одна семья сумели
Быт наладить, всё понять,
Повиниться, осознать!
Всё простить, чтоб вместе быть!
Только так и нужно жить!
Сильно очень постарались,
Вместе счастья добивались!
Много вы наотменяли,
Дар же мой не потеряли!
Коли кушать кто захочет,
Всё получит, не хлопочет!
До апреля вам гулять,
Можно просто отдыхать!
И Весна совсем согласна.
Будет пусть
Всё здесь прекрасно!" —
Зима долго говорила,
Волшебство своё вершила.
Каждый, был кто на пригорке,
Кроме мудрого Егорки,
Научился посещать
Мир, где знанья добывать
Можно просто в реках снов,
В водопадах, но из слов.
Там Кикимора бывала,
И она не подозревала.
Только Леший догадался,
Старый хитро улыбался.
Дар пречудный удивит
Всех, кто здесь в толпе стоит.
Будет позже всё, потом,
В новой сказке, как-то днём,
Летом знойным иль зимой,
Поглядим ещё с тобой,
А пока пригорок ждёт.
Разговор Мороз ведёт
Вместе с доброю Зимой.
Их послушаем с тобой.

28
"К нам ты, матушка, добра,
Презадорна, весела!
Все тебя благодарим,
Милость ценим, хоть молчим!" —
Дед Мороз тут начинает.
А Зима же прерывает,
На Кикимору глядела
И чуток повеселела.
"Ты о внученьке мечтал,
Хоть б и названной, искал
Средь лесов, домов людей.
Вижу, выбор встал на ней?" —
Головой Зима кивает.
Дед Мороз ей отвечает:
"Поначалу враждовали,
Что случилось, мы не знали,
А потом я разобрался." —
Дед Мороз Зиме признался.
Он в ответ слегка кивает.
"Да, хотел бы!" — продолжает.
И Кикимора раскрылась,
Речью длинной разразилась.
"Как отец он мне родной!
Добрый мудрый заводной!
Внучкой стать его б хотела,
Но сказать о том не смела. —
Так она сейчас призналась
И на месте потопталась. —
Когда после помирились,
Вместе с ним разговорились.
Всё общались и общались,
И дружить мы собирались.
За заботой мне такой
Стал почти он как родной.
Захотелось помогать,
Чем могу я, с ним играть.
Вспоминала, вспоминала
И Кикимора мечтала.
"Хорошо, тому и быть!
Внучкой будешь его слыть! —
Тонкой палочкой взмахнула,
На Кикимору дыхнула,
Облик в небе показала
И волшебница сказала:
"Будто снег ты вся бела,
И душой своей светла.
Станут просто величать,
Все Снегурочкою звать!
Имя это принимай,
Для людей оно, решай,
Как в лесу ты будешь зваться,
С кем и как, когда общаться!"
"Но на этом уж не всё! —
Чуть схватила за плечо,
Зиму к Лесу повернула
И Весна на всех взглянула.
Волшебство своё вплетала,
И она заворковала. —
Волос будет золотой,
Солнце прямо над тобой,
Солнце рядом и в душе,
Смех заливистый везде
Людям дарит свет, тепло,
Всем с тобою хорошо!
За красу, румянец твой
Будет суженный с тобой!
Всем деви'ца хороша!
Пусть поёт у всех душа!"

29
Леший, Васька, Дед Мороз,
Бабы Ёжки хмурый нос
И Снегурочка молчали,
Всё о встрече вспоминали,
Каждый — под своим углом,
И прикинул, что по чём.
Леший парню показал
Кладезь знаний, что лежал
Возле старой пышной ели.
Снизу шишечки висели
Прямиком почти над ним,
Сердцем знаний дорогим.
Леший парню расказал,
Как он место охранял,
Кладезь как слегка поднять
И зачем им колдовать.
Кладезь знаний камнем был,
Мудрость древнюю любил,
Звёздной пылью напитался,
С первой магией общался,
Что когда-то здесь витала,
Но потом её не стало.
А когда пришла другая,
Всё собой она меняя,
Тоже с ним взяла сдружилась,
Долго в воздухе кружилась.
Волшебство народа их —
Пламень сильный, он не стих
С глубины седых веков,
Нет ему совсем оков.
Станут камень поднимать,
Хороводом колдовать.
Сила в нём вся расколится,
В лес она вдруг заструится.
Его нужно придержать,
Чтобы мощь быстрей поднять.
Ниц враги тогда падут,
Вечный сон в земле найдут.
Только кончили шептаться,
Стал тут ветер подниматься.
Налетал и налетал,
Гость сюда к ним прибывал.
Дед Мороз на земь спустился,
Перед ними извинился,
О подарках рассказал,
Что он видел, где летал,
И пресильно возмущался,
Бабе Ёжке удивлялся.
Злодеяний столько много!
Не берёт её тревога!
О злодействах не жалеет,
Обижаться как-то смеет!
Возмущался, возмущался —
На Кикимору нарвался.
Как ни странно отдыхала,
Тут на корточках молчала.
Силы вместе собирала,
Дух она свой укрепляла,
Чтобы лес освобождать,
Им потом поколдовать.
Стала делать замечанья,
Плохо мол де до свиданья
Так до встречи говорить,
Сам попробовал бы жить
Постоянно здесь один,
Стал бы тоже нелюдим.
Каждый спорил, убеждал
И уступку потом дал.
И решили наказать!
Бабку нужно воспитать,
Чтоб она всё осознала,
В Мире знаний побывала!
Тут сама она примчалась,
Баба Ёжка извинялась.

30
Вспоминала Бабка Ёжка.
Как же было ей неловко,
Как же страшно сразу стало,
Вот она бы опоздала!
Будто пчёлы мысли — в рой,
Прочь ушёл её покой!
Думы жалили, кусали,
Ей пощады не давали!
А потом — приободрилась,
Вдруг взяла со всем смирилась.
Как-никак всё обошлось,
Горевать ей не пришлось.
Восстановлен лес теперь.
В дом она откроет дверь,
Чай с гостями станет пить,
Честно, дружно в мире жить.
А Василий — засмущался.
Девой нежной восхищался,
Незаметно он глядел,
К ней душою прикипел.
Как добра и не спесива,
Как Снегурочка красива!
Как старалась, сколько шла!
Тоже лес она спасла!
Привести в свою светлицу,
Захотел домой деви'цу,
Обвенчаться, с нею жить
И детей своих растить.
Он всему тут удивлялся,
Лесом сильно восхищался.
Как тут егерем не стать,
Лес такой не охранять?!
С Лешим тихо говорили,
И вопрос сей разрешили.

31
С гостьей зимнею простились.
Ей с Весною поклонились.
Долго их благодарили,
А затем уж проводили.
Превесёлою гурьбой
Все пошли к Яге домой,
Чай попить и отдохнуть
И на лес чуть-чуть взглянуть.
В небе звёдочки сияли,
Месяц яркий окружали.
Снег под ножками хрустит.
Пихта, ель, сосна стоит
Гордо стройно величаво,
Не ворчит ей кто-то справа,
Да и слева не кряхтят.
Звери ночью мирно спят.
Тёплым белым покрывалом
Снег лежал повсюду рядом:
На деревьях, на земле,
Даже в ступе, на метле.
Баба Ёжка отпустила,
Их в избушку проводила,
А сама вперёд ступала
И друзей же развлекала.
Много пела и шутила,
Про тропинки не забыла.
Все лежали так, как надо,
А Яга тому и рада!
И не нужно проверять:
Всё и так самим видать!
Наступил в лесу уют!
Как же долго его ждут!
А теперь сказать же — ждали!
До утра все мирно спали.
Баба Ёжка похвалилась,
Быстро в дом свой воротилась,
И призналась в том друзьям,
Что колдует там и сям
Малость самую она,
Ведь душой своей бодра,
Просто так уж не лежит,
Дело делает сидит.

32
Гости дома с Бабкой Ёжкой,
Чай попили, но немножко.
Посидели, помолчали.
И рассказ Её внимали:
"Не всегда такой была я.
То — сейчас...  Почти седая!
А когда-то же цвела,
Как Снегурочка жила!
По лесам своим ходила
И людей чуть-чуть лечила,
Зверю, птице помогала,
Счастье личное искала.
И Кикиморой звалась!
Что по делать?! — Родилась
Я такою, как она!
Рвёт мне душу старина!
Супостаты оболгали,
Имидж в корень поменяли!
Так решилась отомстить,
Имя взять себе сменить,
И душа моя черствела,
Боль занозой в ней сидела.
Стала сильно я другой!
Будьте крепкими душой!
Стоит нам за счастье драться,
А не просто так сдаваться,
И уметь порой прощать,
Нам судьбу свою ковать!"
Тут Снегурочки коснулась,
Ей невольно улыбнулась.
Ну, а та в ответ кивнула,
Чай чуть-чуть свой отхлебнула.
"Леший к Вам хотел зайти,
Чтоб шиповник принести,
И просил с собой слетать,
Корень правды отыскать.
Нужно нам де прорастить
И в лесу здесь посадить! —
Вспоминает, замечает,
Ей Снегурка отвечает. —
Уж забыла, вы простите!
Правда, честно извините!"
Баба Ёжка отмахнулась,
На секунду отвернулась.
А Мороз здесь говорит:
"Ай, душа моя болит! —
Головой своей качает,
Руку к сердцу прижимает. —
Стало быть, ты не рвала?
И Кикиморой была?"
Он слегка, но прослезился!
"А я помнил, не забылся!
И любовь моя жива,
Знай, что это не слова!"
Баба Ёжка повернулась
И в ответ лишь улыбнулась.
Слёзки в глазках вытирает,
И она душой страдает.
Дед Мороз стал замуж звать,
А она ему — кивать.
Тут Василий не смолчал,
Он Снегурочку позвал
Чуть в сторонку и признался,
Жить с ней в мире обещался.
И Снегурочка зарделась.
Тоже к парню пригляделась.
Быстро свадьбы две сыграли,
До Крещения гуляли.
Стали семьями дружить,
В гости к людям приходить.
До сих пор молва гуляет,
Свадьбы эти вспоминает.
Кто-то шутит, что де ложь!
Как на деле разберёшь?!
В лес приходят — шутят, лгут,
Может правду нам несут?!

33
Дядьки к лесу добирались,
Как-то раз, они смеялись,
Из деревни своей шли,
Разговор такой вели.
Первый еле говорит:
"Васька умный наш, на вид,
А на деле он больной
Или лодырь пребольшой!
Прибегает, запыхался,
Как в заправду удивлялся!
Лес мол чёрный и густой,
Не пройти нигде ногой!
Ель срубаешь, прирастает,
Зверь стоит ногой пинает
Хворост старый и сухой!
Чудик, видно, он большой!"
А второй же отвечает:
"Новый год ведь!
Всё бывает!
Станем сказки мы слагать,
Детям в праздник излагать!"

--
Посвящаю своим родителям.