Алфавит

Она посмотрела на неё почти с любовью. Поправила прядь волос, которая сдвинулась на лоб и провела тыльной стороной ладони по открытой щеке. Растушовка была идеальной, руку профессионала было видно сразу. И губы – такие полные, как с картинки, и яркие, как всегда. «Гэ – Галина»,- сказала она себе. Пришлось закрыть шторы, чтобы ничего не помешало. Она начала убираться. Сначала убрала со стола: собрала посуду и протёрла стол, потом положила остатки пирога в холодильник и вылила чай в раковину. Включила посудомойку и достала тряпки.
----------------------
Картинка не складывалась. Часы показывали половину первого, а воз был и ныне там. Фотографии тасовались, как игральные карты, маркеры проводили стрелки то слева направо, то снизу вверх, но ситуация, ещё утром казавшаяся довольно простой, становилась ещё запутанней. Все давно ушли домой. Можно было бы тоже всё бросить и расслабиться в ванной, но только не сегодня. Это было первым крупным делом, которое ей дали. Два года ожидания и с десяток набивших оскомину мелких дел. А тут убийство. Как в кино, как в фильмах и литературе по криминалистике. В этой богом забытой дыре. Счастье!

В начале всё выглядело, как нельзя лучше: хозяйка дома была убита вечером, предположительно в промежутке с десяти до двух. На всех домах на этой улице были установлены камеры, так что вероятность раскрытия «по горячим следам» была очень велика. Начались опросы соседей. И тут что-то сбилось и пошло не туда. Сначала выяснилось, что в ближайших домах никто не живёт. Большая часть приезжает сюда на выходные и на лето. Потом – что не все камеры работают, а те, что снимают – направлены во двор или на ворота. Часть соседей откровенно путалась в показаниях: то в этом доме жил мужчина с собакой, то какая-то бл**ь, которая водила сюда мужиков. Из убедительного было только одно – собака. Фил, как гласила надпись на ошейнике, был уже немолодой овчаркой. Входящих в калитку людей он встречал с видимой обречённостью, словно говорил: «не углядел». Когда хозяйку вынесли из дома, он завыл, а потом вернулся в будку.

Она налила ему в миску воды и насыпала корма, который стоял в прихожей. Потом похлопала по спине и вернулась в дом. «Рита, что скажешь?»,- с надеждой спросила у женщины в больших очках. «Как в лучших домах Европы. На первом этаже всё прибрано и помыто, нож, скорее всего, тот, что мы нашли в посудомойке. Лампа показала, что в крови был весь этот угол. Три точных удара. Пока всё,- ответила Рита и развела руками. - Дождь шёл всю ночь, улица, как и двор, почти бесполезны. Мы посмотрим, но сама понимаешь». Она кивнула: «Спасибо! Занесите мне фотографии, вдруг придёт какая-то идея». Она вышла на улицу и снова посмотрела в паспорт погибшей. Кого же ты разозлила, Галя?

-----------------------------

Будильник зазвонил в пять тридцать. В семь она была уже в офисе. Два раза в неделю надо было убирать это помещение и ещё одну подсобку этажом выше. Ничего особенного – пройтись пылесосом, смахнуть пыль и по мелочи. Платили хорошо. Таких мест было несколько, это позволило ей работать на себя и не зависеть от неадекватных людей. Работать сегодня было одно сплошное удовольствие. Тишина снаружи и внутри.

----------

Она проснулась в девять, поняла, что проспала, и наспех одевшись, выбежала из дома. Ночной брейнсторминг не помог, казалось, что все варианты ведут в никуда. Визажист, с парнем рассталась два месяца назад, папа – владелец фирмы, в деньгах не нуждалась, в порочащих связях не замечена, не привлекалась, дружелюбная, близкие и коллеги отзываются, как назло, хорошо. Камера на заправке показала восемь машин, выезжающих с этой стороны, надо хвататься за любую ниточку.
Прошло две недели, и её уверенность в себе таяла на глазах. Никаких очевидных конфликтов, даже с клиентами. Что-то здесь не так, три удара из ниоткуда? «Висяк»,- сказал Паша на летучке, и она почти согласилась. В пятницу пришло сообщение о похожем случае в соседней области. Тоже нож, тоже висяк. Несколько лет назад. И... барабанная дробь - чистота на месте преступления. Она взяла в руки фотографии. Видно, что продумывалось всё до мелочей. Статуэтка на подоконнике, абстрактная картина на стене, даже пионы в вазе – дом был, как с картинки. Но убирала она сама, чужих людей в дом обычно не приводила. Но кто-то убрал, кто-то, кто знал, как нужно убирать.

----------
В дверь позвонили ещё раз. Она недовольно поднялась с дивана и открыла дверь. На пороге стояли мужчина и женщина. Женщина представилась и попросилась войти.
- Вы, наверное, слышали об убийстве в посёлке.
- Конечно, все слышали.
- Мы опрашиваем всех возможных свидетелей. И по нашей информации, машина вашего дяди в этот вечер проезжала недалеко от места убийства. Это вы используете эту машину, пока он в больнице?
- Да, но я езжу мало.
- Вы проезжали там в этот день?
- Да, наверное.
- Так да или нет?
- Это допрос?
- Извините, у нас был долгий день. Можно попросить у вас воды?
Пока хозяйка наливала воду в стакан, они попробовали осмотреться. Простая, скудно обставленная квартира, но идеально чистая.
- Да, я проезжала. Вот, держите.
- Спасибо, ничего не заметили?
- Так уже было темно, я старалась побыстрее вернуться домой, по сторонам особо не смотрела.
- Это во сколько было?
- Ээээ, не могу сказать, часов в одиннадцать. 
- А вы с Галиной были знакомы?
- Нет, не пересекались.
- Понятно, спасибо. Вот моя визитка, если что-то вспомните, обязательно позвоните.
- Диана Кирина, Дэ, Диана.
- Да, Диана Кирина. До свидания!

Они вышли на улицу. Паша оглянулся и заговорщески спросил:
- Ты думаешь о том же, о чём и я?
- Похоже на то.

Они почти пропустили эту машину, потому что им сказали, что хозяин (семидесятилетний господин) инвалид и передвигается на машине, которую сделали по спец. заказу для людей с сильным артрозом. Когда все версии оказались на помойке и от неё потребовали сосредоточиться на другом деле, она решила проверить водителей ещё раз. В этот раз она разговаривала с ними сама. Так и выяснилось, что дед в больнице и машиной, вероятно, пользуется кто-то из родственников.

-----------
«Дэ, Диана, Дэ, - вертелось в её голове. - Они просто спрашивали, ничего особенного», - пришлось записать в дневник. На завтра был загородный дом, надо было убрать гостевой домик к приезду каких-то знакомых. На улице ей показалось, что одна из машин едет за ней слишком долго. «Дэ, Диана, Дэ. Надо снова купить таблетки». Через какое-то время машина повернула в другую сторону.

Через два дня её вызвали в участок.
- Хотелось бы кое-что уточнить. Вы сказали, что проезжали там в одиннадцать вечера, но камера на бензоколонке зафиксировала машину вашего дяди в 00:05.
- Значит, в двенадцать, какая разница, не знала, что мне нужно алиби.
- Вы сказали, что торопились...
- И что? Я поздно возвращалась домой, хотела спать. Какая разница?
- Где вы были с девяти вечера до двух ночи?
- Вечером у меня был заказ, а потом ездила по магазинам, потом немного погуляла.
- Ночью?
- А что, нельзя?
- Гэ, Галина... Когда вы с ней познакомились?
- Я с ней не знакома.
- Галина Губы, так она записана в вашем телефоне.
- Я её никогда не записывала.
- Да, вы позвонили ей со стационарного номера в больнице, в которой лежит ваш дядя. Глупый прокол.
- Дэ, Диана, Дэ.
- И Галя Гэ.

Её увели в наручниках. По дороге она думала только о том, как она могла так ошибиться. Предыдущие разы всё проходило, как по маслу. А – Алла, Б – Бэлла, В – Вика, Г – Галя. Всё должно было быть правильно, всё по списку.

-------

Она сидела в допросной и не могла поверить в произошедшее. Так просто, прямо как в кино, подвела под признательные показания. А может, по этому делу снимут фильм, и я буду консультантом? Зазвонил телефон:
- Дэ,  Диана Дэ - услышала она. – Не задирай нос. Новичкам везёт. Марш ко мне в кабинет.
- Я не новичок, я старшичок.
- Посмотрим, у меня новое дело.
- Убийство?
- Как в лучших домах Европы.