Леонид Кучевой

Был под защитой огород,
Дед – Лёня всех в нём навещал.
Следил, полол все грядки он,
Ну и конечно поливал.

Укутав спину в тёплый шаль,
Чумазый песни напевал.
И так старался, так тянул,
Как – будто Кадышеву звал.

Никто не смел до грядок лезть,
Ничей уход не признавал.
И огород свои плоды,
Ему сердечно отдавал.

Бывало сядет рядом внучка,
Он знал:»Сейчас настанет взбучка».
Но он терпел и понимал,
Давить угри ей разрешал.

Дед свой обед не доедал,
Картошку Кате оставлял.
«На, вот ещё покушай, Катя,
Пока не видят мать и батя.

Зато он сладкое любил,
Конфеты «Диму» и пломбир (Dime).
Бывало съест своё сначала,
И лез к жене, как приставала.

Её не зря зовут Надеждой,
Любило сердце под одеждой.
Был для неё дед как кумир,
Ему дарила свой пломбир.

Все ждали дедову получку,
Всем брал вкусняшки и шипучку.
Жаль не знаком, тогда с ним был,
Когда он всех своих любил.

Летело время – срок бежал,
И деда – Лёню бог позвал.
Ушёл во сне он навсегда,
Куда не едут поезда.

Его соратник и слуга,
Амуром – звали его пса.
Разлуки вытерпеть не смог,
И в будку тихо просто лёг.

Летели дни – он голодал,
Смотрел на бабу и молчал.
Тоска скосила наповал,
Амура дед к себе позвал...

Нельзя нам жизнь остановить,
Нам остаётся только жить.
И всем на бога уповать,
Как в детстве мы, на свою мать.