4. Сценические воплощения

     СЦЕНИЧЕСКИЕ  ВОПЛОЩЕНИЯ  ВЕЛИКОГО  ЭПОСА

     Ещё до того, как на базе проблем прогрессивного советского манатоведения разгорелась плодотворная полемика, великий народный эпос претерпел первые попытки сценического воплощения. Этот творческий процесс был начат прославленным классиком советской марксистско-диалектической драматургии, тов. Анатомием Форсоновым, автором прошумевшей пьесссы «Юнность отцоу» (не путать с почти одноименным произведением тов. Бориса Горбатова).  Однако, отвлечённый в то время более животрепещущими проблемами, порождёнными напряженной борьбой социалистического общества с низкопоклонством и безродным космополитизмом, тов. Анатомий Форсонов не нашёл времени завершить своё важное начинание.

     По совету тов. Сурова, талантливого и опытного создателя русской народной сказки «Василиса Премудревна», его коллега Форсонов передал все материалы творческой группе, возглавлявшейся видным ленинградским поэтом Х.У. Захребётным при участии киевских литераторов П.И. Жрачко и Ж.П. Шматко. Все трое известны высочайшей творческой продуктивностью, и вскоре во всех драматических театрах, театральных студиях и драмкружках гор. Саксаулабада и окрестностей с огромным успехом шла героическая трагедия «На службе Революции» (по мотивам прогрессивного народного эпоса «Бир манат»).

     Характерно, что первоначальное название трагедии было «Курдюк на службе Революции»,  однако по рекомендации идеологических органов слово «курдюк» было опущено, а тт. Жрачко и Шматко подверглись обоснованной товарищеской критике от пяти до семи лет общего режима с последующим поражением в правах.

     Затем во весь рост ребром встал и вопрос о необходимости создания на прогрессивной народной основе талантливых, высокохудожественных произведений для оперной и балетной сцены. Зачинателем творческого процесса  по решению профсоюзной организации (т.н. «месткома», он же «Жылду-Рабис») стал прославленный саксаулабадский  музыкант  Ы.Ж. Жонылжубаев. Профсоюз оказал помощь молодому, но талантливому мастеру бемоля, диеза (и, не скроем этого, бекара) в приобретении нотной  бумаги и необходимого в работе инструмента — пианино системы «Красный Октябрь», успешно заменяющего заокеанский рояль с лейблом «Стейнвей». 

     Раздавались голоса, что исходить следует из народного жылдузского музыкального строя, содержащего всего одну ноту. С этой точки зрения было бы достаточного традиционного однострунного инструмента «ылжус», а расходы на фортепьяно были бы излишни.  Но в Центре было принято иное решение, каковое и воплотилось в вышеизложенном.

     В результате очередной театральный  сезон открылся балетом Жонылжубаева «Жыжызу и Ыжазы» (либретто и музыка тов. Владимира Фере, ноты тов. Шостаковича). Затем с соответствующим успехом прошла и опера командированного в Саксаулабад маститого композитора тов. Исидора Жерджинского с теми же либреттистом и изготовителем партитуры. В центральных газетах упоминалось также участие замечательного, всенародно любимого советского композитора тов. Пахомия Хреновникова, но впоследствии эта информация о таком творческом участии не подтвердилась.

     Общественно-политическим результатом этого творческого процесса стало небывало бурное развитие культурной жизни Саксаулабада и предместий.