Сур-Корт. Февраль 1807 г

Век девятнадцатый уж за окном.
Не знали, что будет он горьким плодом.

И вот на седьмой от столетия год
Вести приходят про новый поход.

Дождавшись зимы, когда лес обнажён
И дома лишённый на смерть обречён,

Булгаков идёт во главе казаков.
Ведя за собой десять тысяч штыков.

Мехк-кел созывает на битву сынов.
Встретить в Сур-Корте решают врагов.

Ущелье закрыли, устроив завалы.
Стрелки на хребтах сторожат перевалы.

Степенно идут горделиво полки.
Успех предвкушая солдаты бойки.

Вдруг с двух сторон оглушительный залп.
Бой закипел. Слышен топот и гвалт.

Повсюду из чащы сверкают огни.
Ожили кроны и ожили пни.

- Бейте кучнее! Не дайте им встать!
Пули сегодня не нужно считать!

Проклятья и крики... И стоны калек.
В красные пятна окрасился снег.

На место их павшего двое встают.
Падают в ров. На засеку ползут.

- Рога обломаем спесивым врагам!
Ринулись горцы навстречу штыкам.

Скрежет металла... Затихла стрельба.
В танце кинжалов кружится судьба.

- Руби брат сильнее! Чего же ты хмур?
Пусть кровью насытится вдоволь гяур!

Косматые шапки, фуражки солдат
В чёрном снегу друг на друге лежат.

Подобно волчице, что учит щенят
Охотиться, ночью кромсая ягнят,

Стальные клыки в шею вражью вонзив,
Скрылись в деревьях, друзей вдохновив.

Вдруг содрогнулись вершины дерев.
То пушек огнём изрыгается зев.

Свинцовый на горцев обрушился шквал,
Ядра кромсают древесный завал.

Хоть трудно врагу было рвы перейти,
От линии первой пришлось отойти.

Пехоты урусов слабеет удар.
Спешив им в помощь прислали гусар.

Горцы же, вражьи убив патрули,
Внезапным набегом коней увели.

Взять первый врагу удаётся завал.
Но тут же пять сотен коней потерял.

Пушки грохочут, огонь изрыгая.
Следом звон сабель, штыки отбивая.

Бой длится жестокий уж десять часов.
Бьются на смерть, за детей и отцов.

Всё же всесильны законы войны.
Защитников силы с врагом не равны.

Больше врагов и сильнее напор.
Рвут пушки завалы, стреляя в упор.

Хоть бились защитники, сил не щадя,
Пришлось отступить, им набегами мстя.

Пусть в битве победу враг смог одержать,
Тысяча их там осталось лежать.

Сражаясь, достигли села Атаги.
Там лишь сдержать супостата смогли.

Враг под набегами глаз не сомкнул.
И, обессилев, назад повернул.

Что ищет пришедший на землю мою,
Чего нет в его безграничном краю?

Земли ль не хватает ему для житья?
Нет, много своей, не видавшей жнивья.

Хлебом быть может землица скудна?
Нет, закрома его полны зерна.

Страх может свет ему белый затмил?
Нет, он соседей недавно громил.

Души ненасытность его привела.
Отнюдь не желанье, чтоб жизнь расцвела.

Жадной к наживе душою ведом.
Нет милосердия в сердце таком.