Холод
Побледневшая кожа прячется в бурый мех,
И в трахее стоят слова с частоколом вровень,
Только север своим снобизмом понятен мне.
Безразличен. И синь – особенно после ланча,
Острогранен – штык-воздух режет откос щеки.
Вёсны – в прошлом, теперь зовётся, цветёт иначе
Эта веха в конце зимы, торжество слепых
И наивных. И необманутых. И согретых
Первой шуткой злодея-солнца, отца костров.
Но другие, остыв однажды, сплетая петли,
Вяжут шаль из таких холодных,
но честных строк.
Свидетельство о публикации №126012106362