Опять

   - Владимир Ильич, это уже выходит за все рамки приличия. Мне уже никакие пилюли не помогают.

    - Что, опять, Надежда Константиновна?

    - Да, опять, Владимир Ильич.

    - И сколько же на этот раз?

    - Как всегда, три тысячи франков.

    - Вот жмоты, не опускаются до того, чтобы больше подложить. И где же на этот раз?

    - Под ковриком у входной двери.

    - Убрать коврик и дело с концом.

    - Не поможет. Что толку с того, что мы почтовый ящик с забора сняли, форточку
законопатили, у них длинные руки. Они найдут способ в желании осыпать нас деньгами. Чемодан уже не закрывается, придётся второй набивать.

    - И опять никакой записки, никаких зацепок?

    - Никаких.

    - Может быть отнести чемодан в префектуру, объяснить, мол, так и так, огородите нас от неизвестно чьих
посягательств на нас в виде бесконечных денежных потоков.

   - Кто поверит, Владимир Ильич. Ещё подумают, что мы умалишённые. Выход один
-в речку сбросить чемодан и переезжать в другой город, а ещё лучше в другую страну.
Ночью. Чтобы никто не знал куда мы едем.
Менять лошадей каждые два часа. Нигде не останавливаться. Ни с кем в разговоры не вступать. Собирайте вещи. Другого выхода нет.