В пурге московской стынут лица,
Автобус тесен, как тюрьма.
Зима лютует и морозом злится,
В салоне давит полутьма.
«Мадам, простите?» – старец молвит,
К фигуре в шапке обратясь.
Салон тут в крике дамы тонет,
Она же злится, не стыдясь:
«Я – девушка!» – и взгляд её надменный,
Хотя морщинок вижу давний след.
Смех прячу я благословенно,
И понимаю, почему весь этот бред.
За юность все мы бьемся рьяно,
Бежим от осени своей.
Утратить дни былые страшно,
Но тень ложится все сильней.
Нам вечно хочется казаться
Сильней, бодрей, чем есть сейчас.
Но время – лед, чтоб молодиться,
Нам не дает ни год, ни час.
И мы, скрывая седину и горе,
Боимся старости приход.
И будто те молельщики в соборе,
Надеемся на фитнес и косметики уход.
Пусть память греет в стужу злую,
И освещает жизни путь.
Душа у нас живет, ликует,
Но годы все же всех нас гнут.
Не хочется стареть
© Copyright: Андрей Измайловский, 2026
Свидетельство о публикации №126012002760
Свидетельство о публикации №126012002760
Рецензии