Я

Я, кто не верил в параллельность прямых,
кто измерял пространство вёрстами тишины,
кто в каждой точке видел конец лучей немых,
пробивающих ткань городской густоты.

Я, кто считал себя тенью предмета,
потерявшего тело в пыли перемен,
стоял на берегу, где река из света
сливалась с бетоном рыдающих стен.

Я говорю не «я был» или «буду» —
я есть. Но что есть это «есть»? Пустота,
где глагол, как бездомная кошка, забудет,
кого он ласкал, и зачем, и когда.

Я не путник. Я — пунктир на карте,
где города стёрты пальцем Творца.
Я— скрип пера на промокшей тетради,
борьба падежей в предложении без конца.

Я — тире меж «родился» и «умер»,
дыханье в стекло на морозе в ночи,
когда за окном, как язычнику Вергилию
скупо Данте вместо речи молчит.

Я — форма местоименья. И больше ничто.
Случайный узор на обоях мирозданья.
И даже сейчас, озирая жильё,
я вижу: повсюду следы испытанья.

. . .

Но странно: пространство, приняв отрицанье,
становится вдруг полным и плотным, как хлеб.
И в этом, возможно, моё оправданье.
Точка. Листопад календарный. Склеп.