Какой был Ленинград прелестный малый
Особенного чванства было не застать.
И даже прихвостень мерзавца захудалый
Часами мог перед Петром навытяжку стоять.
А под колоннами Казанского собора
Грязные финны, ноги неуклюже растянув,
Тянули горькую... до полного позора.
А наши, с Нарвской, стояли поодаль, слюну сглотнув.
Но я его любил. Со всеми кренделями,
С очередями в водочную лавку в шесть утра.
Опохмелялась жизнь пьянчуг не трюфелями
– Так удалялась горечь с горящего нутра.
Их града красота совсем не волновала.
Как и нас всех, поверьте, где б только мы ни жили.
Жизнь такова. И ежедневность засосала.
Мы сами на себя ... Да нет, себя мы не любили.
04.03.2018,
Свидетельство о публикации №126011900532