Дни блокады

Год сорок первый. Ленинград. Больница.
И я вот-вот уже должна родить.
От голода нет сил, мелькают лица,
Спасает только мысль: «Мы  будем жить!»

Всё ради долгожданного комочка,
Что бьётся так упрямо изнутри.
Гадала я: родится сын иль дочка?
Ко мне в окно стучали снегири.

Война и холод,голод и разруха,
Не передать словами ужас весь.
Людей косила сотнями старуха,
К войне у смерти личный интерес.

Зима. Темно. Мерцает керосинка...
Я родила. Есть молоко. Ура!
Пелёнкой стала старая простынка,
И ради сына буду я храбра.

Мы выживем, я знаю, мы сумеем,
Хоть наша жизнь висит на волоске.
Мы всё перенесём и одолеем,
С молитвой тихой, с верой в кулаке.

Нам было трудно, а порой и очень,
Всю мебель я сожгла в своей печи,
Чтоб ты не мёрз среди блокадной ночи,
И чтоб огонь дарил свои лучи.

Но ты дышал, и прибавлялись силы,
А я худела сильно на глазах.
И город смертью пах, росли могилы,
И смех звучал, но только лишь во снах.

Не стало близких всех, я схоронила
Отца,сестрёнку,брата,мать,
Но жизнь твою, сыночек, сохранила,
Ты знаешь-" русских не дано сломать."

Прошли года, мы выжили с тобою,
От горьких слёз мне тяжело уснуть...
Я спорила с жестокою судьбою,
И смерть смогла я даже обмануть.

Ну вот нашла она меня... Седою
Я стала, милый, очень уж давно.
Но я горжусь, поверь, своей судьбою,
Мне было выжить в муках суждено.

Не забывай, сынок, те дни блокады,
И внукам, правнукам ты  расскажи:
Нас не сломили вражеские гады,
Историей семьи ты дорожи!