Для народа и друзей. Продолжение

Иногда задумываюсь: зачем покинул тёпленькое место,
где всегда был в уважении и почёте,
свободен, чувствовал себя, словно птица в полёте.
В своём рабочем кабинете никогда не было тесно.

       И вдруг ни с того, ни с сего бросил исторический музей,
       не моргнув глазом, оторвался от знакомых и друзей,
       оказавшись среди тёмной, часто поддатой кугутни и маклобаев,
       местных бухарей-царьков и покровских раздолбаев.

Наконец, пришло очередное прозрение --
вновь принимаю волевое решение:
дабы голову не морочить и не расшатывать нервную систему,
всё-таки решаюсь закрыть тему.

        На радость доброжелателям и им сочувствующим пишу прошение
        о неожиданном досрочном отречении
        от ненаглядного детища своего --
        сорвусь куда-нибудь подальше от него!

Под нажимом административного пресса
во избежание стресса
пришлось в одночасье всё бросить
и на полпути
на фиг сойти.
Да потом когда-нибудь себя спросить:
-- А где же твоё жизненное кредо --
       "Упрись рогом -- пробьёшь любую стенку!"
Пожалуй, нет, себя спрашивать не буду. Лучше спрошу Алёнку.

                ***   ***   ***

         Даже в кошмарном страшном сне
         не должно было присниться мне,
         чтоб я, не самое последнее чертило,
         с заповедником-музеем свистопляску замутило.
         Вот, пожалуйста, ответь нам, что тебя побудило
         создавать музей в кромешной глухомани,
         неужели клюнул на большие мани-мани?

Отнюдь! В той забытой Богом глухомани
и не пахли мани-мани --
ни в лапотнике, ни в кармане
и тем паче в чемодане.

          Тогда какое злополучное весло
          тебя из Хацапетовки-сити в Нью-Бедряги занесло?
          Замечу, не колеблясь, меня не только побудило,
          но и беспредельно возмутило
          то, что с археологическим объектом всемирной известности,
          поступили, мягко выражаясь, далеко не с любезностью.
          В его охранной зоне дачи начали усиленно плодиться.
          А кому это понравится? Куда это годится?
          Не обойтись без твою мать! Хочется воспламениться?

Это надо же! Чтоб на костях человеческих строились дачи
и размножались, как тараканы-кукарачи.
Аланы и скифы не были нашими прямыми предками.
мы никак не могли быть их детками.
И тем не менее -- это генофонд России-Украины и этим всё сказано.
Мы должны, как зеницу ока, беречь прошлое, просто обязаны!

       А у нас, на Украине, как два пальца об асфальт,
       памятники прошлого долбасят, курочат, разрушают, крошат.
       У выпердышей, контуженных душевно, аж искры в дупе мельтешат.
       Какой-то негодяй мне стрелки переводит.
       С линии сюжетной сводит.
       Опять придётся перестраиваться,
       на нужную волну настраиваться.

               ***   ***   ***

Ещё со студенческой скамьи о науке бредил и мечтал.
Хотелось что-нибудь найти, раскопать, открыть,
но лишь удавалось банку консервную вскрыть.
Всё мечтал в науку влезть с ногами
и. как олень, упираясь ветвистыми рогами,
карабкаться на научный Олимп каменистыми тропами,
как академик Тимирязев говорил,
когда свои открытия творил.

        У костра сидел мечтал, и когда уху варил,
        всё вспоминал, о чём же Тимирязев говорил.
        Не утаю, вспомню и скажу,
        а там, глядишь, открою сам и докажу.

Между нами говоря,
видимо, совсем не зря,
ещё со студенческой скамьи
начал расставлять точки над "и".

           Ведь недаром моё студенческое кредо --
                "Вперёд! Только победа!
                Упрись рогом -- пробьёшь любую стенку
                и приголубишь Алёну-Еленку!"

Однако в науку с ногами не лез --
не такой уж я балбес!
А шёл своей проторенной дорогой,
стараясь не цепляться рогом
за каменистые пороги.

           Скажу понятней,
           чуть скромней и внятней:
           шёл параллельным курсом,
           с едва заметным ракурсом.
           Совсем рядом с наукой --
           она мне не мешала,
           где-то рядышком шуршала.
           А я не мешал ей,
           археологии любимой моей.
           Шёл, где тропой, где по дороге,
           не спотыкаясь о пороги.
           Против течения не плыл,
           без компаса далеко б заплыл.

-- Да не тяни, говори поскорей
   и мысли выражай чуть ясней, --
   внутренний голос мне подсказал --
   ты о самом важном не сказал,
   почему в науку глубоко не лез?
-- Чуть выше об этом сказал: я не балбес!

          А не лез потому, что темно,
          и вокруг плавает оно,
          то бишь говно.
          В науке, хоть отбавляй его --
          больше всего!

Когда в науку начал глубже окунаться,
ещё больше стал бояться,
что датировками можно захлебнуться
и пузыри со дна пускать.
Сразу же решил -- на глубину себя не допускать.

            Если с вершины Научного Олимпа навернуться,
            то можно, мягко выражаясь, грубо матернуться.
            Спрашивается: "А на кой ляд? Зачем?
            Напрягать нервную систему перед ответственным матчем.

Всё же попытаюсь объяснить, дабы стало ясно,
в науке бывает не всё так прекрасно,
как кажется порою,
тут уж не до геморрою!
Иногда бывает, даже с умной головою,
пишут учебники и книги,
а ведут между собой закулисные интриги.

          Среди отдельных учёных
          и обилия  всякого пошиба псевдоучёных
          существуют группировки, ячейки и кланы,
          ведущие себя, как уркаганы-хулиганы.

Одни ведут борьбу исподтишка, подпольно, втихаря
и потом молятся-крестятся у алтаря.
Другие, напрягая лужёную глотку,
приняв на грудь коньяк и водку,
в открытую, поливают грязью,
обзывая друг друга мудаками и мразью.

          Особенно среди скифологов и славистов,
          хоть отбавляй , голосистых трепачей-эквилибристов.
          Иногда доходит до "рукопожатий", массажа рёбер и драки,
          трещат сократовские лбы, стонут от боли почки и ср, извините, аки.

А оно мне надо?
Лучше пусть любимая Муза будет рядом.
Прелесть Создание!
Я всё жду свидания,
долгожданной встречи с ней --
Лапочкой, Очаровашечкой моей!

       Во, как понесло! Сопли пустил! Возьми себя в руки,
       а то разведёнки возьмут тебя на поруки!
       Ты что-то хотел сказать о науке?
Не фиг лирику жевать --
от лирики все думы только про кровать.
После ночной бессонницы днём хочется спать.
А про Алёну сказки и стихи, когда будешь писать?

        Так вот. академик Тимирязев однажды сказал:
        " В науку нет широкой столбовой дороги. И только то может достичь
          её сияющих вершин, кто, не страшась усталости карабкается
          вверх по её каменистым тропам".

От себя добавлю: Ни в коем случае галопом!
Нужно не спеша, умно, с толком с расстановкой,
сообразуясь с обстановкой.