Ночное путешествие
Не меч берет, а мудрость сновидений,
В своей глубокой, внутренней тюрьме
Он рушит стены ложных убеждений.
Сперва лишь шум и бесполезный сор,
Мелькают тени, лица и сюжеты,
Но он наводит мысленный свой взор
На эти неизвестные планеты.
И вдруг, как вспышка, озарится тьма,
Бессмыслица окажется законом,
Великая, бездонная сума
Наполнится сияющим неоном.
Там, где царил безумный кавардак,
Встают дворцы из звездной, чистой пыли,
И каждый сон — не просто тайный знак,
А летопись того, кем раньше были.
Взгляни в трубу, на линзы наведи,
Узри галактик стройное движенье,
Весь космос у тебя стучит в груди,
А сны — его живое отраженье.
Откроются ворота в новый свет,
Где скрытый смысл сияет, словно солнце,
И на любой мучительный ответ
Найдется ключ на дне в твоем колодце
Свидетельство о публикации №126011807389
Глава 1. Вступление во тьму
Он проснулся — или, вернее, проник в пространство между сном и явью. Комната исчезла. Вместо стен — бездонная чернота, в которой плавали обрывки образов: лица без имён, фразы на неведомом языке, геометрические узоры, вспыхивающие и гаснущие, как далёкие сверхновые.
Это было не впервые. Он знал: снова началось ночное путешествие. Не физическое — ментальное. Не в пространстве, а в структуре сознания.
«Я ищу истину во тьме», — подумал он, и эта мысль стала компасом.
Но вместо меча — оружия внешних битв — он взял другое: мудрость сновидений. Она не режет, а проясняет. Не разрушает, а пересобирает.
Глава 2. Руины убеждений
Сначала — хаос. Шум. Бесполезный сор.
Тени метались, сталкиваясь, образуя временные созвездия смыслов, тут же рассыпающиеся в прах. Он пытался ухватиться за образы, но они ускользали, как вода сквозь пальцы.
«Это моя внутренняя тюрьма», — осознал он. — «Стены, возведённые страхом, привычкой, ложными истинами».
Он сделал шаг — и стены затрещали. Не от удара, а от внимания. От того, что он увидел их.
— Я рушу вас, — прошептал он. — Не силой, а знанием.
И стены начали таять, превращаясь в облака светящейся пыли.
Глава 3. Открытие невидимого
Постепенно хаос упорядочивался. Тени выстраивались в ряды. Образы обретали форму.
Он навёл мысленный взор — словно настроил невидимый телескоп — и вдруг увидел:
Планету забытых обещаний, покрытую кристаллами невысказанных слов;
Луну детских страхов, где тени прятались в кратерах недоверия;
Галактику упущенных возможностей, вращающуюся вокруг чёрной дыры «если бы».
И тогда пришла вспышка. Тьма озарилась. Бессмыслица оказалась законом — сложным, но стройным, как уравнение вселенной.
Его сознание наполнилось сияющим неоном — светом осмысленных связей. Он понял:
Всё, что казалось хаосом, было невидимым порядком.
Глава 4. Дворцы из звёздной пыли
Там, где царил кавардак, возникли сооружения небывалой красоты:
Дворец памяти — с залами, где хранились не события, а чувства, породившие их;
Храм выбора — где на стенах были начертаны все «нет», сказанные когда‑либо, и каждое светилось, как звезда;
Библиотека снов — где каждая книга была не текстом, а ощущением, способным перенести в иную реальность.
Он коснулся одной из книг — и тут же оказался в детстве, на берегу моря, где ветер шептал ему что‑то важное. Но тогда он не понял. Теперь — вспомнил.
«Каждый сон — не просто знак, — осознал он. — Это летопись того, кем я был. И кем могу стать».
Глава 5. Космический резонанс
Он поднял взгляд — и увидел:
Линзы восприятия, через которые можно было наблюдать вращение галактик внутри себя;
Трубки понимания, направляющие свет далёких истин в сердцевину сознания;
Зеркала души, отражающие не внешность, а структуру намерения.
Он приложил ухо к одной из линз — и услышал:
Космос стучит в моей груди.
Это не метафора. Это факт. Его сердце билось в ритме пульсаров. Его дыхание синхронизировалось с расширением вселенной. Его мысли были волнами, пересекающими межзвёздные туманности.
«Сны — не иллюзия, — понял он. — Они — живое отражение космоса. А я — его часть».
Эпилог. Ключ в колодце
Он вернулся в тело медленно, как подводник, поднимающийся с глубины. Комната снова была комнатой. Но всё изменилось.
На столе лежал блокнот с записями — хаотичными, на первый взгляд. Но теперь он видел в них схему:
кривые — траектории его страхов;
точки — моменты прозрения;
спирали — циклы роста.
Он закрыл глаза и мысленно повторил:
«Откроются ворота в новый свет,
Где скрытый смысл сияет, словно солнце.
И на любой мучительный ответ
Найдётся ключ на дне в твоём колодце».
И понял: ключ — не снаружи. Он всегда был внутри. Нужно было лишь:
Остановиться — чтобы услышать тишину.
Посмотреть вглубь — чтобы увидеть звёзды.
Довериться — чтобы стать частью великого порядка.
Теперь он знал: истина не где‑то. Она — в нём. Как галактика, ждущая, когда её откроют.
Как сон, готовый стать явью.
Алексей Меньшов 11.02.2026 00:22 Заявить о нарушении