О, Грим!

                    Рассказ прост и краток,
                    Но должное мы воздадим
                    Коробочке радужных красок
                    С волшебным названием ГРИМ.

    Оттенки ложатся на щёки,
    Штрихи возле глаз и у рта,
    Морщины, мудрости строки,
    На брови - с изгибом черта...

    И вышло иное обличье,
    Какой-то другой персонаж,
    Совсем незнакомая личность
    Рожденный под гримом типаж.

    ГРИМЭ, так во Франции звали,
    Оставив слово грядущим векам,
    Людей, что толпу развлекали, -
    «Забавный, смешной старикан».

    На ярмарках или на карнавале
    ГРИМЭ, чтоб народ забавлять,
    Лицо посмешней малевали,
    ГРИМАСАМИ всех веселя.

    И Русь скоморошников тоже
    (Румянами ли, глиной, мелком)
    Любила, резвясь, корчить рожи,
    Гуляя отважно хмельно, широко.

    Повенчана с гримёрами в театре
    Вся играющая лицедейская рать,
    Ведь в гриме намного приятней
    На сцене в спектаклях играть.

    Без грима не выйдут пираты,
    Принцессы, банкиры, цари,
    Чиновники, аристократы,
    Кудесники, богатыри.

    Но если актер гениален,
    Он с гримом лица не спешит,
    Вплетя во внешность вначале
    Грим голоса с гримом души.

    А я был в восторге от грима.
    Семнадцатилетним мальцом
    Куражился жарко, неутомимо
    Над своим задорным лицом.

    На юные щёки ложились
    Бороздки глубоких морщин,
    Глаза, торжествуя, светились
    Восторгом бывалых мужчин.

    Я делал себя бородатым,
    Гусарские прилаживал усы,
    Приклеивался к бакенбардам,
    Лепил из мягкого гумоза носы.

    На гриву волос непослушных
    Натягивал очень тесный парик,
    Белил, словно печку, макушку,
    Чтоб был седовласым старик.

    В театре для бравого Швейка
    Искал лихой, позадорнее вид,
    Хоттабычу - чудо-наклейки,
    А Дулиттлу - свой колорит.

    Счастливей меня не бывало
    Актеров бескрайной земли,
    Когда мне играть выпадало
    Лихих развалюх – рамоли.

    Как танцевать было просто
    На сильных, упругих ногах
    Вертя прилепленным носом
    С плешью в тугих париках.

    А время летит всё быстрее,
    Иные принеслись времена.
    Коробочка грима пустеет,
    И где-то уж стерта до дна.

    Но грим никогда не поможет,
    Как работа ни была б хороша,
    Если ни капельки не тревожит
    В создании роли, сгорая, душа.

    Актёрское призрачно счастье,
    Попытайся в свой век уложись,
    Когда ты в безжалостной власти
    ГРИМЁРА по имени ЖИЗНЬ.

    30.10.2006 года