Заполняя Каверны

Читая Антона Кобеца


* * *

Антон Кобец "Клюквенный череп"


Фраза "у тебя одна клюква в голове" благодаря поэту Антону Кобецу приобретает реальное измерение. Да, именно "клюква", да - именно такие кисло-сладкие стихи, от которых то сводит от неожиданности рот, то сразу, присыпав запудренным сахарком, хочется попросить добавки. "Болото", где живёт поэт - такая странная топь, куда случайно провалившись, сложно выбраться, ибо поэтические образы застревают ягодной эссенцией в голове.

Делать художественные реминисценции и контекстный анализ не хочется, так как они автором чётко прописаны, следы "клюквы", можно сказать, не только в черепе, но и стекают обильными струйками по лицу, а вот сравнить с "Каверной" (2024г), предыдущей книгой поэта, пожалуй необходимо. Антон Кобец, будучи новой реинкарнацией Артюра Рембо, продолжает заполнять тёмные пустоты-каверны, мило-зло эпатирует публику, но степень этого повзрослевшего эпатажа и галлюцинирования предполагает, что наконец явилось "неожиданное чудо грядущего метамодерна" (Евгения Бильченко), уже протянута ниточка в бесконечность, а значит:

По броду — бреду броненосец,
Под радугой осьми цветов,
Он шел в тот мир, во двор-колодец.
И я уйду, в конце концов.

Искусство поэзии - всё таки удивлять. Удивительно, но факт - книга АК удивляет!



#


23.01.2026
(СПб, "Глагол", презентация)


Вчерашняя презентация книги Антона Кобеца "Клюквенный череп" у меня оставила двойственное ощущение: счастья от прикосновения к поэзии, как пишет сам АК, "весёлого повесы и того, кто ел "плоды тоски", и скрытой печальки от того, что одинокий голос вынужденно оказывается драгоценной "вещью в себе". Зрителей было настолько мало, что лично мне хотелось плакать вместе с поэтом, хоть Антон Кобец держался молодцом и оттарабанил все тексты на одном дыхании, разбрасывая печатные листы как перья с ангельского крыла и захлебываясь от лопнувшей во рту рифмы-клюквы...

Предварительный показ короткометражного фильма Дарьи Фещенко "Походу голову снесло моё святое ремесл" - эффектный спецприём погружения в творческое пространство и личность поэта, но всё (задокументированное) воспринимается именно таким настоящим гештальтом: выписанные на экране питерского снега балетные па, яркие "робы", злые и добрые, пьяные и пронзительно-отрезвляющие строки; пазлы таким кинематографичным способом складываются в картинку, картинки складываются в стихи, а стихи в свою очередь в книгу. И - да, конечно, и по Станиславскому, и по Марине Цветаевой, и по Богу(чёрту), я верю каждому слову, каждому страдательному наклонению, каждому выпитому взахлёб стакану "черноплодки", этому одиночному путешествию на тёмную сторону любви. Вот поэт есть, а вот уже вместо него лишь короткие строфы продолжают заполнять каверны души затаённым до нужного момента стихосложения смыслом. Да-да, поэзия АК "святое ремесло"! От которого у меня , как у читателя, "похоже голову снесло". И разве могло быть иначе..?



* * *