Ты зовёшься словом бесконечность

Ты зовёшься словом «бесконечность»      
      3 января 2026

Ты зовёшься словом «бесконечность» –
Мать тебя вот так и назвала,
Но прекрасной жизни скоротечность
Задушила резвая стрела.
Все пути теперь наискосок –
Вьюга опоздала и затихла,
Время пропустив через песок,
И карета снова стала тыквой.
Растворяясь в нежности и звуке,
Ты сидишь, хоть в комнате темно,
И кладёшь натруженные руки
На заиндевевшее окно.
Жизнь крутила резво и кидала –
Воду ль пить с красивого лица?
Но она меня не забывала,
Оставаясь верной до конца.
В запотевших стёклышках окошко
Лепестком увядших роз протру –
Мне досталось ласки той немножко
Будто вскользь однажды поутру.
Но судьба отсеивает лишних –
Слишком беззащитна нагота,
И мольбы о вечном не услышит
Эта неземная красота.
Впереди ещё четыре дня,
Только небо низко наклонилось,
Только ты уходишь от меня –
Я тебе, видать, не пригодилась.
По мотивам отгремевших песен
Я сложу неспешно этот стих,
Мир мне стал почти неинтересен –
Он у ног тихонечко затих.
Завтра по прогнозу будет ясно –
Жизнь даст волю алым парусам:
Я – твоя душа, и я опасна –
Ты сказал мне это как-то сам.
Вот и всё. Взлетая по спирали,
Птицы так отчаянно галдят,
И мгновенно по горизонтали
Арлекины выстроились в ряд.
Но ушло сцепление с дорогой,
Слишком тугоплавкий тот асфальт –
Отгремели залпом некрологи,
Превратясь в неоспоримый факт.
Я делила жизнь на до – и то,
Что живёт, обид не вороша,
Но промокло белое пальто,
Потому что ранена душа.
Этот опыт вряд ли повторится,
Потому что я его сильней –
Из кормушки смелая синица
Прогоняет жадных голубей.
Впереди лишь бездна и угар,
Наверху лишь белый потолок,
Позади – лучи замёрзших фар:
Партию не одолел игрок.
Лист упал на синий подоконник –
Тема бесконечна, но проста,
А январь рисует треугольник
По краям опавшего листа.
Я готова наслаждаться звуком –
Тем, что снег шальной по крыше бьёт,
И, всю ночь тоскуя о разлуке,
Он, проказник, душу пьёт и пьёт.
Спор нам нужно быстро прекращать,
Потому как кит, что Землю держит,
Перестанет вдруг её вращать –
Даже у него сломался стержень.
В темноте все звуки стали громче,
Я сижу у зеркала воды,
Понимая, что забег окончен,
Ведь недолго тут и до беды.
Никогда не думала, что так
Я люблю сама с собой беседовать,
Но передо мной дорожный знак,
И его неплохо бы исследовать.
Снег лежит на брёвнах и не тает,
Можно растопить им целый взвод,
Только дети быстро вырастают,
И года прошедшие не в счёт.
Ужин подгорает на плите.
Забывая всё, что есть и было,
В этой безымянной пустоте
Не тебя я мужем окрестила.
Жизнь моя – как волны океана,
Что мерцают в трещинах зеркал:
Я вдруг распрямлюсь – и встану прямо,
Хоть того никто не ожидал.
Я умею радоваться мелким
Солнечным лучам на серой крыше,
Что бегут по раскалённым стрелкам,
Устремясь к победному затишью.
Безусловно, здесь не всё в порядке,
Раз обиды не уходят долго.
Это догонялки или прятки?
Чья рука опять сжимает горло?
Все подружки дивно хороши,
И тебе везёт, да дело времени –
Выбор тот совсем не от души,
Что жива в твоём воображении.
Бег часов, ныряя в неизвестность,
Добавляет резкость в объектив:
Я жива – и, обогнув поверхность,
Угадаю быстро твой мотив.
Если б ты постиг ту глубину,
Что живёт не в цокоте монет,
То любил бы лишь меня одну –
В этом и сомнений будто нет.
Пусть машина в страстном зимнем танце
Рассекает смело небосвод –
Нагота стыдливого румянца
Предсказала правильный исход.
Я приму себя, какая есть,
Отдавая свой поклон земной, –
Сердце, неспособное на месть,
Проиграло карте козырной.
Не усвоив истину простую,
Жизнь пошла теперь наискосок –
Я пустила пулю холостую
В свой истосковавшийся висок.

© Екатерина Грайнман 2026
Из сборника "Красная волна", 2026