Он входил
в тишину
как в историю.
Без свидетелей.
Без аплодисментов.
Город
шуршал
эпохами,
а он
слушал
то,
чего
ещё
не было.
Сначала
исчезли
звуки.
Потом —
компромиссы.
Потом —
страх.
Остался
удар.
Ритм.
Неумолимый,
как шаг
времени
по нервам.
Он глох —
а мир
включался
громче.
Пушки.
Парады.
Империи.
А он
писал
человеку.
Не королям —
человеку.
Всем сразу.
На вырост.
Музыка
взрывалась
не в ушах —
в крови.
Она требовала
свободы
даже
у судьбы.
Когда
не слышишь
мира —
ты начинаешь
его
создавать.
С нуля.
С удара.
Его ноты
шли
напролом
сквозь века,
как солдаты,
которые
не знают,
что война
уже кончилась.
Он не видел
победы.
Он писал
её.
И потому
до сих пор
каждый
аккорд
звучит
как хроника:
— Человек
выстоял.
Человек
продолжается.
Бетховен. Хроники
© Copyright: Виктор Кудинов, 2026
Свидетельство о публикации №126011706590
Свидетельство о публикации №126011706590
Рецензии