38 попугаев

Вот мультик посмотреть бы, но, увы,
из детских сказок вырос, что до новых -
упившиеся вдрызг до синевы
не верят в быль о новых Казановах,
себя не причисляют к ним, отнюдь.
Любовь на миг, оплата по тарифу.
Душа моя, как мёртвого не пнуть,
где Ибица, мой свет, где Тенерифа?
Гуди всю ночь, потом поговорим
о странностях любовных отношений.
А где же Гауф, где же братья Гримм?
Исходит криком автор оглашенный,
чтоб вывести какой-то постулат
о том, как жить и в сказки верить свято.
Болит? Пускай слова переболят,
кому земля, кому и стекловата,
как в страшных снах вернувшихся с войны.
Где волк и заяц, где Иван с царевной?
Все мысли чепухой изъязвлены,
и нам не ускользнуть от язвы древней -
о разнице и равенстве полов,
хотя всегда решает частный случай.
Хозяйки для мужей готовят плов,
мечтая втихаря о доле лучшей,
подарках, бутиках, ночах любви...
Где сказки про мартышку и удава?
Любви желаешь? Вот она, лови,
но помни - всё, что слишком, то не здраво.
Об этом знал, мне кажется, Вильгельм,
и все мультипликаторы, похоже.
Мы пленники своих мифологем,
которые написаны на коже
с тех самых пор, с невинных детских лет.
Сумбур, конечно... Что поделать с этим?
Так сказки оставляют лёгкий след,
года пройдут, а мы и не заметим,
что снова затевают шум и гам
всё те же тридцать восемь попугаев...
А мы с тобой читаем по слогам
те сказки, что писал когда-то Гауф.