Рождественское чудо

Рождественская ночь всегда приходит тихо, без пышных фейверков, осторожно, почти неслышно. Словно боясь потревожить тех, кто еще не спит, и тех, кто давно разучился ждать.
Снег падал медленно, крупными хлопьями,словно зависая в воздухе, и, раздумывая, стоит ли касаться земли. Фонари светили мягко, словно специально приглушили свет для особенной тайны. Окна в домах мерцали желтым неземным светом. В этих домах жили свои маленькие миры: где-то пахло пирогами, где-то - радостью, где-то - болью, где -то - одиночеством.
Анна стояла у окна своей кухни и смотрела на улицу, не видя ее. Чашка, с давно остывшим чаем стояла рядом, а на подоконнике лежала тонкая свеча, зажженная больше по привычке, чем по вере.
-С Рождеством...-тихо сказала она, сама себе...И слова растворились в тишине.
Она не ждала чуда. чудеса это для тех, у кого еще хватает сил ждать.

Анне было тридцать семь. Возраст, который уже не называют молодостью, но еще боятся назвать зрелостью. За ее плечами была жизнь, которую она когда-то считала счастливой, и настоящее, в котором счастье стало воспоминанием. Пять лет назад она похоронила мужа. Не внезапно - долго, мучительно, больничными коридорами, запахом лекарств и бессонными ночами. Потом был год, который она не помнила, и еще несколько лет, которые проживала на автомате.
Она работала библиотекарем в маленькой районной библиотеке. Любила книги, потому что книги не умирают и не уходят, не обещают того, чего не могут выполнить. Они честны - если закрываешь, они молчат, если открываешь, говорят.
Детей у нее не было. И это было тем, о чем она старалась не думать, особенно в такие ночи, как эта. Рождество она встречала всегда одна. Не потому, что некому было прийти, а потому, что не хотелось объяснять другим, почему в этот день ей особенно трудно дышать.
Она потушила свечу, накинула старый теплый шарф и посмотрела на часы.
Без десяти двенадцать.
-Прогуляюсь,- сказала она вслух.
-Все равно не спится.

Улица была почти пустой. Редкие прохожие спешили домой, пряча лица в воротниках. Снег скрипел под ногами, и этот звук казался самым живым во всем мире. Анна шла медленно, не выбирая направления. Рождественская ночь словно приглашала не торопиться. Когда она проходила мимо старой церкви, колокольный звон разлился над улицей неожиданно - чистый, глубокий, проникающий внутрь, туда, где давно стояла тишина.
Анна остановилась. Она не была особенно религиозной, но именно в эту ночь звон показался ей не звуком, а прикосновением. Она уже собиралась идти дальше, когда услышала тонкий, почти неразличимый звук.
-Плач.
Она сначала подумала, что ей показалось. В такую ночь легко услышать то, чего нет. Но плач повторился - слабый, прерывистый, отчаянный.
Анна огляделась.
Звук доносился из тени между домами, из старого заброшенного подъезда, который давно не использовали.
-Эй? - неуверенно позвала она.
Плач стал громче.
Сердце сжалось.
Она подошла ближе.
На ступеньках, укутанный в слишком тонкое одеяло, сидел мальчик. Лет семи, не больше. Лицо красное от холода, губы синие, глаза огромные испуганные.
-Ты...ты чего тут? - спросила Анна, присаживаясь рядом.
Мальчик поднял на нее взгляд.
-Я потерялся,- прошептал он.

Его звали Миша.
Он говорил тихо, словно боялся, что его услышат не те. Рассказ был путаным, но Анна постепенно поняла, что мать отправила его в церковь с соседкой, потом была суета, толпа, кто-то потянул его за руку, кто-то отпустил - и вот он остался один. Телефона у него не было. Адрес он знал плохо. Фамилию говорил неуверенно.
Анна сняла шарф и укутала его.
-Ты замерз,- сказала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
-Пойдем ко мне. Там тепло, и мы все выясним.
Миша колебался.
-А мама?...прошептал он
-Мы ее найдем. Обязательно. Но сначала надо согреться.
Миша кивнул головой, и в этот момент Анна вдруг поняла, что впервые за много лет чувствует что-то другое, кроме пустоты.
Ответственность.

В квартире сразу стало шумно - не по звукам, а по ощущениям. Миша грел руки у батареи, пил горячий чай и осторожно оглядывался, словно боялся что-то сломать.
-У вас красиво,- сказал он.
Анна улыбнулась.
-Спасибо.

Она позвонила в полицию, потом в приюты, потом снова в полицию. Информации было мало. Поиск осложнялся ночью и праздником.
-Он пока побудет у вас,- сказал дежурный.
-Утром продолжим.
Анна положила трубку и почувствовала странную смесь тревоги и... радости.
-Ты спать хочешь? - спросила она.
Миша кивнул.
Она достала старый плед, постелила на диване.
-Спокойной ночи, - сказала она.
-А вы не уйдете? Анна замерла...нет, я буду здесь, не волнуйся.

Анна не спала всю ночь. Сидела на кухне, слушала, как Миша дышит во сне, и думала о том, как странно устроена жизнь. Как она может в одну ночь принести то, чего ты не ждал, но о чем тайно мечтал.
Под утро она задремала. Ее разбудил звонок в дверь. На пороге стояла женщина, молодая, изможденная, с красными глазами.
-Миша...выдохнула она.
Мальчик бросился к ней.
Анна смотрела на них и чувствовала, как внутри что-то отпускает - больно и светло одновременно.
-Спасибо вам,- сказала женщина, плача.
-Я всю ночь искала... я думала...
-Главное, что он нашелся.

Прошло несколько месяцев. Анна по-прежнему жила одна. Но что-то изменилось. Она стала чаще улыбаться, чаще выходить на улицу, чаще зажигать свечи - не по привычке, а по желанию. Иногда она вспоминала Мишу. Иногда - ту ночь.
В Рождество следующего года в дверь позвонили. На пороге квартиры стояли Миша и его мама. В руках у мальчика был маленький рисунок: дом, снег и женщина у окна.
-Это вы,- сказал он.
-Вы тогда были моим чудом.
Анна почувствовала, как ее глаза наполняются слезами.
-Это ты был моим чудом, тихо прошептала Анна.

Рождественские чудеса не всегда выглядят как свет с небес. Иногда это просто теплые руки в холодную ночь.
И... открытая дверь!
Анна зажгла свечу.. теперь с большой верой и надеждой...