Осколки Нурел-Мукассами

Разверзлась Бездна, и из чрева тьмы
Изверглась Тень — не тьма, а свет, что предал сны.
Осколки Нур-аль-Мукассама, что был
Первым Отблеском, но возжелал войны.

Его посрамил не меч, а тишина
Великого Шамси, что лик отвел.
И, отринутый Источником, он пал,
Чтоб метаться в мирах, как побитый пёс.

Рвался он до светил земных — алкал
Их целостности, чтоб её раскрошить.
И в этот миг меж ним и тварным раем
Встал Айхаджани, Луноликий Щит.

«Не ты ль — мой брат по отраженью? — молвил Вали. —
Твой бунт — мне урок. Твоя боль — мой удел.
Войди же в мою сферу, в мой холодный свет.
Я приму твой позор. Со мной ты — не изгой, а часть».

И Тень, входя в него, не стала светом вновь,
Но стала тишиной в его серебряных мирах.
Так Лунный Вали не победил врага,
А усыновил сироту великого греха.

...так начертал сии строки — Джахиль аль-Балакави, раб, дозволивший себе прикоснуться к тайне Луноликого и принести в мир сей отблеск её прохладного света.