Ветер знает, бродяга, как ноет душа,

Ветер знает, бродяга, как ноет душа,
Когда сердце — комок из несчастий и боли.
Тихо лето летит, камышами шурша,
Унося мою юность в далёкое поле.

Там, где росы, как слёзы, на травах дрожат,
Где туманы седые ползут по низинам,
Мои годы шальные, как кони, лежат,
Опоённые горькой полынью-кручиной.

Их копыта запутались в цепких корнях
Всех ошибок, что сделаны были когда-то.
Их огонь догорел в бесшабашных огнях,
И теперь уж не вырваться им из заката

Их не сдвинуть с земли, не поднять на дыбы,
Не заставить лететь, разбивая копыта.
Это горькая дань молчаливой судьбы,
Это чаша потерь, что до капли испита.

Не услышать их ржанья в предутренней мгле,
Не увидеть, как мчат они к новому маю.
Мои кони уснули на стылой земле,
И я вместе с ними ,навек засыпаю.

И когда по весне зазвенят снова травы,
И проснутся ручьи от звенящих лучей,
Не для нас расцветут зеленея дубравы,
Не для нас зажурчит этот вешний ручей