Экология дна

Ну здравствуй, ночь. Опять мы тет-а-тет.
В кармане — болт, зато в груди — свобода.
В парадной — домофон энд шпингалет,
Да телек из окна пророчит коду.

Смотри, луна — как пьяная вдова,
В вуали облаков по небосклону.
Ей всё равно, каков я на слова,
И сколько дней я не менял кальсоны.

Величие? Не смейте мне свистеть
Про Альпы, про курорты и про пляжи.
Величье — это воля умереть
Бухим, под лопухом, в грязи и в саже,

И знать, что тот лопух — со всем родня,
Что он, братан, что он не не спросит — кто ты?
Природа не чурается меня,
Как самочки и нео-патриоты.

Вон тополь. Он стоит, как инвалид,
Обрезали под корень — он живучий.
У нас с ним одинаковый прикид:
Кора в рубцах и взгляд такой… колючий.

Он тянет ветки к звездам из дерьма,
Сквозь тротуар, сквозь выхлопы и маты.
Ему, как мне, по жизни — Колыма,
Но мы стоим. Мы — мира ароматы.

Ему плевать на курс и на дефолт,
На то, кто президент, а кто в опале.
Природа забивает ржавый болт
На суету, в которой мы пропали.

Здесь нет чинов. Дождю не надо взять,
Чтоб он поил мою седую плешь.
Вон солнце село. Взятки, братцы — гладь.
Хошь — пой, хошь — плачь, а хочешь — землю ешь.

Я — царь зверей на лавке у вокзала.
Мой трон — в занозах, венчик — из фольги.
Природа-мать мне шепчет с перегаром:
«Ты тута свой. А люди, слышь — враги».

Так значит спирт! Настоянный на звездах!
За вечный цикл, за перегной и тлен.
Пока я есть, хайлом хватаю воздух —
Я часть всего. Не жажду перемен.