Тени блуждающих оков

Стихотворение воспринимается как исповедь на обочине мегаполиса — не географической, а внутренней. Очень цепляет, что автор «выносит» мораль, душу, идеал и веру за разные кольца и трассы: МКАД/ЦКАД /КАД работают как поэтические КПП, за которыми оставляют самое важное — и уже не возвращаются. Это удачная находка: современная «топография падения» звучит узнаваемо и мрачно-иронично.

Начало — жесткое, почти физическое: «цинковый гроб», «голую на кровать», «бетонный столб». Эти образы прямые, без эстетских кружев — поэтому и бьют. В них есть намеренная грубость: как будто герой не пытается себя оправдать, а фиксирует факты. И за счёт повторяющейся конструкции («я запятнал…», «я напоил…», «растоптал…», «растратил…») текст становится похож на перечень собственных приговоров, которые он же себе и зачитывает.

Середина — про «зеркальный лабиринт» и «отражения ложные» — переносит историю из внешней жести во внутреннюю растерянность: уже не только вина, но и потеря ориентации. И вот название — «Тени блуждающих оков» — здесь раскрывается: оковы не столько снаружи, сколько в голове, они «блуждают», потому что герой не понимает, где настоящая причина несвободы.

Финал заходит тем, что он не просто в отчаяние падает, а оставляет надежду на алхимию: «осколки… в алмазы превращаться». Красиво и горько: надежды разбиты — но даже в бездне у них есть шанс стать чем-то твёрдым и ценным, правда, уже без участия героя.

В целом это честный, современный, “кольцевой” монолог о самоуничтожении и попытке увидеть цепи, которые таскаешь за собой, даже когда думаешь, что давно «оставил всё за КАДом».

Жалнин Александр   22.01.2026 18:55   •   Заявить о нарушении