Разговор с Дьяволом

В Оранжерее Зла, где воздух густ и липок,
Где ядовитый плющ впивается в гранит,
Среди химер ночных и каменных улыбок
Мой Князь, мой вечный Друг, со мною говорит.

Он — Мастер Красоты, рожденной из гниения,
Он — тот, кто в трупный яд вдыхает аромат.
В его руках — резец для Вечного Терпения,
А в складках мантии — весь наш полночный град.

"Смотри, — шепнул Он мне, склоняясь над бутоном,
Что рос из серой тьмы разверзшейся груди, —
Твой Сплин расцвел теперь пурпурным перезвоном,
Ты только глубже в грязь, Мой Избранный, иди.

Зачем тебе лазурь? Там только холод трона,
Там скучный блеск святош и белых крыльев шум.
А здесь — живая боль, здесь — Черная Корона
И Страсть, что бередит твой исступленный ум.

Зачем ты ищешь в небе утешения?
Бог — старый скупердяй, он спит в седых веках.
Я — твой Алтарь, я — Гений Разрушения,
Я — трепет жизни в гаснущих зрачках!

Я — вкус Греха, что слаще всякой манны,
Я — тайна, что скрывает женский взгляд,
Я — те незаживающие раны,
Которыми поэты дорожат.

Смотри: твой Сплин — мой верный соглядатай,
Он кормит сердце черной пустотой.
Ты платишь мне бесценною утратой,
А я дарю тебе... изысканный покой.

Мир — это цирк, где куполом — могила,
Где мы с тобой танцуем на ножах.
Какая страсть тебя вчера томила?
Сегодня это — пепел, тлен и прах.

Я научу тебя ценить узоры пыли
И видеть жемчуга в глазницах мертвых птиц.
Мы те мечты взрастим, что люди позабыли,
Среди обугленных и сорванных страниц.

Бог дал тебе покой, Я дал тебе томление,
Он дал тебе глагол — Я научил рыдать.
В моем Саду Греха ты обретешь спасение,
Которое ни им, ни Небу не понять."

Я отвечал: "Мой Князь, я слишком болен,
Я слышу лязги ангельских оков.
Но я в своем изгнанье  доброволен
И не прошу пощады от богов.

Пусть Разум мой — развалины собора,
Где в Алтаре пируют пауки,
В Твоих речах я не найду укора,
Лишь холод понимающей руки."

И я припал к руке, что пахнет мускусом и тленом,
К руке, что держит мир на тонком волоске.
Я стал Его рабом, его послушным пленом,
Начертанным клеймом на выжженном песке.

Пусть Небо проклянет! Но в этом адском цвете
Я Истину обрел, что выше всех святынь.
Мы — два сообщника на этой злой планете,
Пьющие допьяна бессмертную полынь!