Еspoir

Известна суть. А я... опять надеюсь!
Как крот без глаз, как вспоротый молчун,
Несоразмерно ямбу и хорею,
Той верой, что сквозь мрак ведёт к лучу.

И немощно, и тягостно, и сладко
В постыдстве мук восстанья против «правд».
Мне без того — засклепная наука
Смерять ступню в отринутый закат.

Отвратна мне моя нужда до чуда,
Как скудость праха, как амурный зной.
Знакомым тьмы побратен свет, пусть худо...
И мне... Суть ждать восхода за спиной.

И чую: угнетенье высшей мысли
Перед незрячей извергской душой —
Надеяться, когда все сроки вышли,
Когда всё знанье вопиет: «Постой!»

Но что-то есть в зазорном этом даре —
И в праве упадать совсем без сил —
Быть может, отблеск тут финальной тайны,
Какой Творец нас намертво клеймил?

Ведь правда, что отчаянье понятно.
Что боль привычна дряхлому уму.
Так дивно... Язвы, проклятые пятна —
По что же в нас? И рвота почему?

В метании: «По чести и бесстрастью
Застыть во льду безжалостных идей...
Или гореть калиноплодной пастью?»
Вот – что смертельней всех мирских смертей!

Ведь только в том, с чем рана незаживна,
С чем хворь саднит уже который век,
Порой снисходит блик снегов вершинных —
Луч, которым жив и болен человек.