Белое соло

Белое соло или притча о Маяке и Скрипке- история о том, что одиночество может быть не тюрьмой, а временем для настройки своего внутреннего звука.


Зима наступила внезапно, как долгий вздох,
Засыпав дороги, ведущие к шумным домам.
На самом краю, где мир под ногами заглох,
Остался лишь старый маяк, неподвластный штормам.
Там жил человек. Он не ждал ни вестей, ни гостей,
В его одиночестве не было страха и мглы,
Лишь гул тишины и белое крошево дней,
Да иней, лизавший крутые дверные углы.

В углу, в чехле, обветшавшем от соли и лет,
Дремала скрипка,  её он не трогал давно.
Казалось, в ней выцвел и звук, и полуденный свет,
И выпито музыкой старое, злое вино.
Но в ночь, когда вьюга вцепилась зубами в карниз,
И стало казаться, что мир это просто чертёж,
Он вынул смычок. И струны, сорвавшись вниз,
Пропели: - Ну что же ты, мастер, чего ты ждёшь?

И он заиграл. Это было не соло души,
А диалог с ледяною и чёрной водой.
Он звал за собой всё, что пряталось в мёртвой глуши,
Он каждого зверя согрел своей тихой струной.
Звук плыл сквозь метель, разрезая тяжёлый туман,
Он не был лучом, но он грел изнутри, как костёр.
И в этой минуте исчез океан и обман,
И холод зимы свой единственный смысл приобрёл.

Одиночество- это не стены, не скрип половиц,
Это чистый холст, где ты волен чертить берега.
Когда затихает дыхание тысячи лиц,
Ты слышишь, как сердце стучит под покровом снегов.
Маяк не светил, он пел. И на этот мотив
Слетались снежинки, застыв у прозрачных окон.
А мастер играл, про обиды и боль позабыв,
Сплетая из холода жизни живой теплый кокон..

А утром, когда успокоился бешеный шквал,
И солнце взошло, как монетка в замёрзшей горсти,
Он скрипку убрал. Он всё, что хотел, рассказал.
И понял, что больше не нужно ему никуда идти.
Ведь если ты можешь наполнить собой пустоту,
И если в зиме ты расслышал звучание струн,
Ты больше не брошен. Ты просто на том берегу,
Где каждый аккорд- это вечный, сияющий «юнь».

#Метафорический нарратив