Точка на холсте

И снился мне сон. И в нём нет сюжета,
лишь холод пространства, что стянут, как холст,
и точка, что движется медленно где-то,
найдя свою ось среди хаоса звёзд.
И крутится мысль, что это не снится,
и точка, быть может, это я сам,
стремлюсь к горизонту, как тень от границы,
как в пропасть обрушенный каменный храм.
И снился мне сон. И длился он вечность,
вечность — прогулка слепого по краю стола,
где тарелка пуста, и не слышно, и нечем
стучать по фарфоровой кромке зла.

И снился мне сон. В нём трещали цикады
в прозрачной листве холодной, как жесть.
И птицы, застывшие на фасаде,
несли в клювах время, что пахло как месть.
И город смотрел на солнце в зените
слепыми глазами и что-то шептал,
как будто пытался сложить в алфавите
то слово, которое Бог не создал.
И снился мне сон. И длился он вечность,
вечность — дыханье на стеклах, что стёрла рука,
и только морозу доступны те речи,
что сказаны были на все времена.

И я понимал, что проснуться — не значит
вернуть эту точку на круге орбит.
Что сон — это тоже форма отплаты
за день, за молчание, за шум жарких битв.
И, может, весь мир — это чей-то кошмар,
где мы — лишь короткий фрагмент попурри,
где реки текут смывая алтарь,
а в небе — ни звёзд, ни луны, ни зари.
И снился мне сон. И длился он вечность,
вечность... но вечность кончается, холст разрывая.
И я просыпаюсь. И комната. Встреча
меня и... меня. И, рыдая, я знаю,
что плачу не я, а только всё это
тот сон продолжает свой бег за стеной,
где точка всё так же скользит по планете,
теряет себя, обретая покой.