Большая вода Фёдора Конюхова

А первый мир – всеобщий, в нём обитает всё, что рождено,
второй – мирок иль микрокосм человече,
а третий – символический, что Библией дано,
дан человеку век понять, чем каждый мир отмечен.

А в мире две натуры. И ту, что видим, кличем - тварь.
А Бог, он неподвластен взору.
Таков в учении о трёх мирах Сковороды словарь,
подвластный философскому дозору.

                ***
Философ от весла, поморов – рыбаков,
как боги и живые существа, родившийся в потоке океана,
где мудрость дел, смекалка рук важнее слов,
где аквамариновая прана

в привольях нескончаемой воды
встречала ввечеру созвездья звёзд, луны и солнца,
чтобы в радениях по лодке в час дневной страды
потеть хозяйством день, пока ярило снова в воды не упрётся.

Вода – начало и конец, и постоянный зов,
непостоянство, вечное движение,
творец гребных ладов, морских даров
и символ жизни, годный на пересечение.

Не день на травке, а во тьме и на воде -
и ты к утру уже философ и художник,
и, причащённый высотой и глубиной, теперь везде, но и нигде,
вкусивший восхищение и страх, энергий хаоса заложник.

Теперь воде готов принадлежать,
готов всегда вернуться в море,
и двойственность её стихий принять
в творяще - смертоносном договоре.
                ***
А вот писатель Фёдор от весла,
что пишет посерёдке океана:
бог, вера – два моих крыла
творения духовного романа.

Отец мне в детстве говорил:
а если, Федька, море ты почуешь,
считай себя по жизни ты раскрыл,
свечение душевное добудешь.

Кто дома ждёт и пребывает кто в пути,
для всех любовь есть драгоценность,
вот тайна, что обрёл, чтоб донести
через распахнутую небом сокровенность.

А лодка есть живое существо
и мой урок – понять её характер,
её капризы, естество
в судьбе моряцкого контракта.

В любви переплелись одной судьбой,
в час роковой она решает
тебе ещё пожить иль путь земной
она тебе уже не продлевает.

Суть жизни открывает океан;
не знаю, как живётся людям,
мой смысл жизни: вёсла, этот великан,
уключин скрип сродни сердечным мне уютам.

Я обживаю океан, от дня к другому дню,
а он противоборствует пространству
и я бег времени пришествием тесню,
оно же, всё стирая в пыль, плывёт к вселенскому гурманству.

И потому с большой водой нельзя бороться, покорять,
ты должен перед ней смириться, с нею слиться,
дать времени себя преображать,
и с целью, пишет Фёдор, может быть, сдружиться.

Ты, акт творенья и, поэтому, греби,
плыви к себе раз так необходимо,
себя и мир в себя влюби,
рекордов, так, помимо.

                2025, 6 апреля