Рассказы про детство Сашки

   
                Рассказы про детство Сашки               
                Семья Сашки и переезд ее в домик с конюшней
 Рос Сашка в большой семье, был старшим среди братьев и сестер.  Когда весной он закончил четвертый класс, его родители решили строить новый дом; стены старого, особенно внизу, сильно прогнили, дом покосился, в нем было холодно и уже страшновато жить. Отец Саши работал монтером радиолиний на почте, ставил столбы и натягивал провода вместе с другими монтерами, проводил радио в дома. Работа была почетная, так как жители узнавали все новости из радиопередач. Телевизоров в селе не было, хотя село, где жила семья Сашки, было достаточно большое – больше тысячи жителей.  В состав района  входило множество больших и малых деревень, в которые было проведено радио. Эти линии радиопередач и поддерживали в рабочем состоянии монтеры. Радио, районная газета, областная газета были главными источниками новостей для жителей. Конечно, выписывала газеты небольшая часть населения из-за того, что зарплаты были маленькие; жители выписывали в основном районную газету.
  Во время строительства дома, где-то надо было жить; отец Сашки узнал у начальника почты, что нужен конюх, и предложил Сашиной маме эту работу. Конюху предоставляется маленький домик для проживания. Мама Сашки согласилась на эту работу, чтобы переселиться из старого дома, который им дали от почтового отделения связи. Семья переселилась в домишко конюха, а отец начал разбирать старый дом, пригласив в помощь родственника, брата жены.
Отец был сильным и очень выносливым мужчиной. Сашка знал, что в селе он всех побеждал по перетягиванию на среднем пальце руки. Никто не мог его победить. Захватив палец соперника, он держал свой как металлический крюк, который невозможно было разогнуть. Отец на спор выиграл не одну бутылку водки. Позднее, когда Сашка стал взрослым, он еще не мог победить отца в перетягивании на пальце. Круглый год в любую погоду, если радио прекращало говорить у жителей какой-то деревни, отец, взяв когти для лазания по столбам, шел на линию устранять неисправность. Труднее всего было зимой, если падал столб на линии.  Отец просил лошадь в деревне, готовил столб, тащил его лошадью к месту аварии, копал яму глубиной два метра, поднимал столб в яме с помощью лошади, выравнивал его и засыпал землей, а затем поднимал и натягивал провода. И все – один. Отец был, как говорят, мастером на все руки, научившись многим специальностям.
  В то время вся почта: газеты, письма, журналы, пенсии, посылки, переводы - доставлялась населению из районного центра летом на машине с надписью «Почта», а зимой, поскольку дорогу переметало снегом, во все деревни почту привозили только с использованием лошадей на санях. Поэтому в каждом большой селе, где была почта, была и конюшня с лошадьми. Отца Сашки, как фронтовика, бесстрашного и сильного мужчину, когда на радиолиниях не было поломок, часто посылали развозить почту, в том числе деньги для выплаты пенсий, зарплат селянам. Ему давали наган с патронами. Иногда отца Сашки брали на тренировку по стрельбе, чтобы он хорошо стрелял в случае нападения бандитов. Стрельбу проводили недалеко от домика конюха, и Сашка однажды упросил отца взять его с собой, чтобы  посмотреть издалека на стрельбу.  Желание Саши после многократного нытья исполнилось. Сашка наблюдал, как отец стреляет. А потом участковый милиционер даже разрешил Сашке подержать незаряженный наган. Сашка был счастлив! Потом он много раз рассказывал друзьям об этом и врал, что просил «стрельнуть», да патроны закончились, и дарил пустые гильзы друзьям. Ребята, конечно, завидовали Сашке.               
  До переселения в домик конюха мама Сашки работала в небольшой пекарне рабочей по выпечке хлеба по 8 часов в сутки. В центре пекарни стояла печь длиной метра 3-4, шириной больше метра, в которой за один раз выпекалось до 100 буханок хлеба в металлических формах, (может быть и больше, сейчас трудно сказать) весом около килограмма каждая. Мука для хлеба использовалась в основном ржаная; в праздники пекли белый хлеб из пшеничной муки; тесто замешивалось в больших корытах (их было три) вручную двумя женщинами – хлебопеками.  Работа была очень тяжелая. Позднее, лет через 15,  в селе построят механизированную пекарню. А в те 50 - е годы все работы хлебопеки делали вручную. Но какой же был душистый, вкусный черный и особенно белый хлеб! Ведь его делали на закваске, а не на дрожжах, как в наши дни. Запах хлеба кружил голову Сашки, «текли слюньки», если он приходил иногда к маме в пекарню попросить кусочек только что испеченного хлеба! Съев до трети буханки, Сашка выпивал кружку воды и был сыт и счастлив. Какая вкусная еда  - свежеиспеченный хлеб с водой! Только русские деревенские жители питаются, особенно летом, на полевых работах хлебом с молоком.  Иностранцы, приезжая в царскую Россию, говорили, что русские едят больше хлеба, чем мяса, поэтому они и очень выносливые!
               
Конюшня.
 Итак, семья Сашки переселилась в домик конюха рядом с конюшней, которая была на краю села, и в жизни Сашки стало много интересного. В первый раз войдя в конюшню с мамой, Сашка был в восторге от возможности наблюдать за лошадьми. Лошадей было три, и все разные по характеру. Они располагались в просторных стойлах, в которых им можно было походить. Большие, гордые животные вызывали у Сашки удивление, любопытство и уважение за их силу, за работу.  Он и раньше видел лошадей, наблюдал, как на лошадях селяне пашут землю на полях плугом, косят траву косилкой, загребают сено, перевозят дрова, зерно в мешках, огромные копны сена, соломы.
На их усадьбе отец тоже пахал землю плугом; Сашка даже однажды попросил отца посадить его на лошадь покататься. Но, лошади это не понравилось, и она, остановившись, стала брыкать задними ногами, чуть не уронив Сашку. Видимо, она была не воспитана для верховой езды, или ей не захотелось Сашку катать и еще пахать.
 Теперь лошади были рядом с домиком в конюшне, и их можно было видеть каждый день, наблюдать за ними, ухаживать. После уроков в школе и в выходные, он стал помогать маме кормить их: нужно было залезать на сеновал, брать сено вилами и сбрасывать вниз, ведь маме было не просто залезть на сеновал. Он накладывал сено в колоду, из которой лошади ели сено, подносил в ведре овес лошадям. Внутрь стойла он сначала боялся заходить, чтобы помогать маме сгребать навоз, очищать щеткой тело лошадей от прилипшего навоза и остатков сена.  А мама не боялась заходить, хотя бойкий конь Огонек и пытался подрыгать задними ногами, видимо, ему хотелось поиграть, поозорничать, показать свой бойкий характер.  Мама, когда сгребала навозную подстилку, всегда кричала ему: «Не балуй!» - и поднимала лопату вверх. Конечно, она никогда не ударяла лопатой коня. Она любила этих больших, сильных животных, без которых жизнь в сельской местности была немыслима, ведь трактора и машины для работы в полях, на лугах, в лесу, на заготовке дров еще только-только начали появляться. Скоро Огонек успокаивался и подходил, обнюхивал карманы халата мамы в поисках хлеба. Хлеба дома много не было, но мама приносила хотя бы засыхающий кусочек, недоеденный Сашкой или его братьями и сестрами, или морковку, или вареную картофелину лошадям. Скоро и Сашка стал приносить лошадям такую же еду. Мама ему сказала, что лошади не кусаются, когда им дают еду. Саша удивлялся большим зубам лошадей и как ловко они берут губами хлеб с ладони.
Две другие лошади были спокойные, он не боялся их  и протягивал угощение на открытой ладони – так мама научила. Она  сказала, что лошадь никогда не укусит за пальцы, когда ее угощают, она умная! Самая добрая, спокойная и самая старая лошадь в конюшне была Ночка. Ей было больше пятнадцати лет. Цвет шерсти у нее был темно-коричневый, черный, длинный хвост и самая длинная черная грива, которую мама Сашки расчесывала по утрам и, конечно, чистила щеткой ее тело от прилипшего навоза. Сашке мама тоже разрешало почесать Ночку.
 Третью лошадь звали Звездочка, на лбу у нее была белая шерсть, похожая на звездочку; волосы на теле ее были тоже серого - коричного цвета. Лет ей было поменьше, чем Ночке, и она была очень приветливая. Как только Сашка с мамой заходили в ее стойло, она сразу походила к ним, доверчиво протягивая голову навстречу, ожидая угощения. Звездочка и Ночка не сопротивлялись, когда на их голову надевали узду, выводили из стойла и послушно позволяли себя запрячь в телегу, тарантас или сани. Обычно мама не вставляла им в рот удила. Удила в узде представляли несколько металлических цилиндриков, соединенных между собой, и к ним крепились вожжи. «Удила вставляют в рот лошади в беззубую часть, чтобы легче было управлять, заставлять лошадь делать  повороты и замедлять скорость или останавливаться», - говорила мама Сашке. А коню Огоньку всегда удила заправляли в рот. «Зачем так? – спрашивал Сашка. - Ему же больно!»  «Чтобы не баловал конь при управлении в езде», – говорила маме ему.  В езде Ночка и Звездочка были послушны. Ночка двигалась неторопливо, с ленцой; Звездочка двигалась бодро, а Огонек сразу пускался рысью и бежал так долго, пока в пути не появится горка. Быстрая езда и Сашке нравилась, правда летом трясло на тарантасе или телеге, зато зимой на санях скользить по снегу было большое удовольствие. Сашке стало очень интересно жить рядом с конюшней, как будто лощади были личными.
                Собака Шарик
  Шарик был черного цвета с белым пятном на лбу и на кончике хвоста, среднего собачьего роста, хвост свой всегда держал колечком, в общем, обыкновенная дворняжка. Как и все собаки на улице, которая была на краю села, он жил без привязи, залезал в отверстие в воротах дома на ночь и когда проголодается; на зиму у него была утепленная конура. Он никого не укусил из проходящих мимо дома людей, хотя всех облаивал. Словом, нес достойно собачью службу. Если отец не брал Шарика с собой в командировку на ремонт радиолиний, то Сашка проводил свое свободное время с собакой: играл, бросал небольшую палку или кепку и кричал: «Неси!»; заставлял «служить» – садиться за задние лапы, поднимать передние до уровня груди и подавать лапу на слова: «Дай лапу, Шарик». Собак, которые бы умели так садиться на задние ноги, сидеть и протягивать лапу- здороваться, в селе не было, и Сашка очень гордился перед друзьями, что у него есть очень умная собака! Так делать собаку научил отец Сашки.      Летом Сашка вместе со своими друзьями, у которых собак не было, ходил с Шариком в лес за ягодами, за грибами. До ближайшего леса было всего метров сто. С Шариком в лесу было не страшно и интересно. Он бегал по лесу, лая, то сердито, то призывно, видимо, находил в лесу белку или какую –то небольшую зверюшку. Побегав по лесу, он подбегал к Сашке, садился на задние лапы, высунув язык, тяжело дышал, и, наклонив голову немного в сторону, словно спрашивал: «Что вы так долго сидите на одном месте?»  А Сашка с другом Юркой или с братом и сестрой на этой ближней к дому полянке обычно собирали землянику. Положив несколько ягод на ладонь, Сашка угощал Шарика, говоря ему: «Ешь, Шарик». Шарик слизывал с ладони ягоды и смотрел на ребят вопросительно, видимо, ему еще хотелось ягод. Ребята говорили Шарику, что ягоды под ногами, собирай! Шарик смотрел на Сашку внимательно, видимо, не понимал или не хотел сам искать ягоды на полянке.
 После дождей Сашка с Юркой или с Колькой и, конечно, с Шариком ходили собирать грибы в лес. Перед тем, как идти, всегда спорили: в ближнем или в дальнем лесу искать грибы. Как всегда, Сашка сам предлагал план прогулки, проявляя свои лидерские качества. В дальние перелески, на закрайки леса, чтобы найти подберезовики, подосиновики, рыжики, идти надо было два-три километра и даже дальше. Чаще они находили сыроежки, иногда грузди, которые Сашка пытался иногда солить сам в стеклянной банке, а дня через три пробовал есть с хлебом. Было вкусно, но иногда в животе очень бурлило… Если повезло им набрать с десяток - другой подберезовиков, мама варила грибовницу или жарила их с картошкой, и вечером вся семья ела лесные дары.
 В жару Сашка с друзьями и с Шариком проводили время на пруду. Пруд был сооружен давно; раньше была и мельница водяная, чтоб молоть зерно. Плавать в воде Сашка и его друзья не умели еще и у берега, где глубина была по пояс, они плескались водой, ныряли, соревновались, кто дольше, присев в воде, продержится, задержав дыхание.  Купаясь, Сашка кричал: «Шарик! Шарик, ко мне!».  И Шарик смело заходил в воду и плыл, смешно поднимая мордочку повыше, ловко подгребая всеми лапами воду под себя, подплывал к Сашке; потом они выходили на берег и лежали, наслаждаясь отдыхом под солнцем, играли с мячиком. Шарика Сашка очень любил и гордился, что у него такая умная собака.
Любовь к Шарику и восхищение им еще больше возросло после того, как Шарик поймал зайца. Это событие было прошедшей весной в марте, когда солнце днем уже сильнее прогревает воздух и снег подтаивает, а ночью замерзает и получается крепкая снеговая корка – наст, который при ходьбе по нему, выдерживает человека. Сашка и его друзья, приятели по улице очень радовались этому времени; и по воскресениям, с утра пораньше играли на снежной наледи в футбол прямо за домами на придомовых усадьбах. Ворота делали из двух нетолстых столбиков, которые втыкали в снег. Мяча футбольного, конечно, не было; играли резиновыми детскими мячами, кто какой принесет. Это были увлекательные игры! В один из дней, начав играть пораньше, ребята вдруг услышали лай и увидели зайца, который побежал от копны сена, стоящей у задней стороны дома, к лесу. Шарик, как всегда наблюдавший за игрой, первым увидел зайца и бросился с лаем бежать за ним. Сашка и его друзья закричали: «Заяц, Заяц!». Все тоже побежали за собакой, ведь бежать по насту было легко. Лес был от улицы в ста метрах; ребята немного отстали от собаки, но, слыша яростный лай Шарика, побежали по следам Шарика и зайца и скоро увидели, как Шарик схватил зайца за шею. Заяц дергал лапами и затихал. Сашка взял у Шарика зайца, приговаривая: «Охотник мой! Молодец!». Видимо, заяц слишком много съел сена из стога, потому и не смог убежать от Шарика, или Шарик очень быстро бегал? Покинув лес, ребята пришли к Сашкиному дому. Сашка рассказал маме, как Шарик поймал зайца. Мама сказала: «Ну и ну! Первый раз вижу, чтоб собака поймала зайца!». Отец Саши был в командировке. Мама сказала Сашке, чтоб он положил зайца в сени до приезда отца. К сожалению, Шарик погиб, яростно лая на машину и попав в пыли под ее колеса. Было это за селом, когда отец с Шариком возвращался с работы на радиолинии. Отец принес тело Шарика домой. На глазах Сашки были слезы, ему было очень-очень жалко Шарика. Он хныкал: «Такого друга больше не найти». С отцом они похоронили Шарика на краю леса. Мама и папа обещали подарить Сашке другую собаку.
               

Помощник почтальона
  Одна из самых нужных профессий - почтальон в ближайшие 10-15 лет может постепенно исчезнуть, так как через компьютер и по телефону люди и организации быстро и полно передают поздравления, письма, телеграммы, переводы и еще много чего другого. Скоро о профессии почтальона дети буду узнавать из мультфильмов о Простоквашино. 
  Герой моего рассказа Сашка сам попробовал поработать в этой профессии. В конце мая почтальон, доставлявший почту на участке из нескольких деревень, вышел на пенсию.  Начальник почты предложил маме Сашки совместить работу конюха с работой почтальона хотя бы на лето. Мама согласилась, поскольку ее зарплата вырастала сразу в два раза! Надо было доставлять газеты, в основном районку, письма, телеграммы и выдавать пенсии в нескольких деревнях, ближайшая из которых находилась за 5-6 километров, другие подальше; весь участок составлял около 25 километров. Мама Сашки сразу же рассказала ему о дополнительной работе почтальоном и о том, что нужна его помощь три раза в неделю и что ей одной страшновато ездить, а с ним будет не страшно. За помощь она обещала купить ему красивую рубашку, брюки, новые ботинки и еще что-нибудь. Учебный год в школе закончился, и Сашка очень обрадовался, во-первых, это интересно, во-вторых, будут подарки.
 Уже на следующий день мама стала запрягать Ночку в тарантас, поскольку он был исправен и свободен. Самое трудное затянуть супонь на хомуте – надо было упираться ногой, чтобы закрепить плотно хомут на шее лошади. Привязывать оглобли было полегче. Скоро с упряжкой лошади в тарантас дело было закончено. Сашка внимательно наблюдал и кое в чем помогал маме. Она рассказала, как управлять лошадью. Оказывается, надо знать две команды: «Но!» и подергать несильно несколько раз за вожжи, чтоб тронуться в путь; крикнуть «Ппрруу» и сильно натянуть вожжи, чтоб лошадь остановилась. Для поворота в какую-то сторону надо натянуть одну вожжу. «Но! Но, пошла Ночка», – крикнула мама, подергав вожжи, и они поехали к зданию почты взять газеты, письма, а затем тронулись в путь. Проехав село, они выехали на проселочную дорогу, пролегающую среди полей, на которых росли молодая рожь, овес, вика, горох, картофель. Встречались и поля с растущим клевером и разными травами, которые потом косили на сено. Сашке было интересно видеть незнакомые места и слушать мамины пояснения. Семена ржи, как и других зерновых культур, говорила она, обмолачивают, сушат и мелют в муку на мельнице, а из ржаной и пшеничной муки пекут хлеб – вот как долго надо работать, чтобы поесть хлеб!
  Примерно через час они подъехали к первой деревне. Дома все были с пристройками для скота, с достаточно большими приусадебными участками, на которых росло много картошки, были большие грядки с морковью, свеклой, луком, чесноком, репой, редкой, горохом и подсолнухами. За домом на усадьбе кое у кого паслись телята, козы; они были привязаны веревкой к забитому колышку, чтоб не убежали. Около домов важно расхаживали куры с петухами; петухи по своему расписанию взлетали на плетень из веток и голосисто пели. На домах почтовых ящиков почти не было, и Сашка вкладывал газеты и письма за ручки ворот домов. Взрослые работали на полях, и на улице почтальонов встречали только бабушки, дедушки, иногда дети, которым мама представлялась новым почтальоном с помощником – сыном Сашкой. Старушки часто спрашивали: «Нет ли и нам письма?» Видимо ждали весточки от своих взрослых детей или внуков. Мама Сашки говорила, мол, пишут, как пошлют письмо, сразу привезем. Скоро почтальоны доставили все газеты и письма в этой деревне и поехали к другой.
Сашке очень понравилась эта несложная работа. Страшно было только тогда, когда охраняла дом собака и лаем встречала приближение Сашки к дому. Тут уж Сашка с мамой звали хозяев или вместе подходили к дому, чтобы закрепить за ручку двери почту.  Они написали записку хозяевам, чтобы те держали собаку в ограде дома. К следующей деревне дорога шла под горку, и мама говорила и показывала Сашке, как надо натягивать вожжи, чтобы лошадь поняла, что надо идти ей медленно и осторожно, а не бежать, так как повозка может опрокинуться на неровностях дороги. Сашка с нетерпением ждал, когда мама разрешит ему управлять лошадью. После спуска повозки с горки мама уже доверила управлять лошадью Сашке. Сашка обрадовался и скоро начал подгонять Ночку бежать рысью: «Но! Но! Ночка, быстрей!». Только Ночка, как шла неторопливо, так и продолжала идти тихо. Мама сказала: «Старая уже Ночка, и бегать ей не хочется». Сашка предложил в следующий раз запрячь Огонька, на что мама не согласилась, мол, он неудержимый, опасно на нем ездить. Огонька запрягает и ездит на нем начальник почты или отец по важным делам. Сашка продолжал управлять Ночкой, и они с мамой объехали все деревни, познакомились с некоторыми жителями и доставили им почту. Теперь они ехали домой по другой дороге, и Сашка внимательно смотрел на местность, запоминая развилки дорог, повороты на дороге, смотрел на поля, перелески и просеки родного края. После полудня они были дома, распрягли из тарантаса лошадь, и мама разрешила увести лошадь в стойло. Затем Ночке принесли ведро воды, наложили сена, а Сашка принес ей кусочек хлеба. За помощь в поездке мама разрешила Сашке погулять до вечера, и Сашка, наскоро пообедав, побежал на улицу, где они раньше жили, чтобы встретиться с друзьями и рассказать, как он стал помощником почтальона и поиграть с ними в какие-нибудь игры.
  Через два дня Сашка с мамой поехали вновь развозить почту. В этот раз в упряжке была Звездочка, но запрягать пришлось ее в телегу, так как начальник уехал на тарантасе. На телеге было не очень удобно сидеть с краю, свесив ноги, но выбора не было. Однако, Звездочка радовала их кое-где на ровной дороге быстрым бегом; погода тоже радовала теплом; местность уже была знакомой, и почтальонам путь показался неутомительным, особенно Сашке, поскольку мама опять доверила управлять лошадью ему. Сидя боком на краю телеги, ему было удобно оглядывать местность, поля вдоль дороги. Вдруг Сашка впервые увидел лису на остатках прошлогодней соломы. Лиса приподнималась на задних лапах и прыгала на передние лапы на солому. Он крикнул маме: «Лиса, лиса!». До лисы было метров 150. «Ой, плутовка не боится нас! Это она ловит мышей», - сказала мама. Рыжая красавица леса была так увлечена охотой, что не обращала внимания на проезжающую повозку.
-  Ах повезло увидеть лису, а многие ребята ее не видели в природе, -подумал Сашка.
-Мам, а ты видала раньше лису? - спросил Сашка.
-Да, мне приходилось работать в поле и видеть несколько раз лису, - ответила мама. Скоро они приехали в первую деревню. и Сашка начал разносить газеты и письма.
-Саш, запоминай, в какие дома нужно приносить газеты, чтобы не смотреть подписные квитанции, - предложила мама. 
  Приближалась середина июня, Сашка с мамой уже несколько раз съездили, доставляя почту; пришло время везти и выдавать пенсии. На почте маме выдали деньги и документы для росписи и, конечно, газеты и письма. Мама волновалась, боялась за сохранность денег и боялась неправильно их выдать.
- Мам, я буду помогать считать деньги, у меня же по математике четверка, - приободрил Сашка маму.
- А, почему не пятерка? - спросила мама? Пенсии были очень маленькие. С 1961 года после денежной реформы минимальные пенсии составляли 12 рублей в совхозе.
- Мам, это же очень мало, как пенсионерам жить на такую сумму? - сказал Сашка.
- Они живут, покупая только сахар, муку в магазинах и минимум одежды.  Выращивают побольше овощей на приусадебных участках, - рассказала мама.
 Зарплаты тоже были маленькие; зарплата мамы Сашки за должность конюха была 42 руб. плюс 42 руб. за почтальона; зарплата отца Сашки 60 рублей. К слову, хлеб ржаной стоил 13 копеек, сахар - 90 копеек, молоко-  1 рубль – 1 рубль 20 копеек, мясо свыше 2 руб.20 копеек.
  Подъехав к первой деревне, Сашка с мамой стали разносить почту; к тем жителям, кому была назначена пенсия, заходили в дом, привязав лошадь у огорода. Их появлению были рады. Мама Сашки считала сумму денег, он пересчитывал, пенсионер расписывался и получал пенсию. Так, не спеша, почтальоны побывали во всех деревнях и выдали пенсии. Сашкина мама облегченно вздохнула, ведь она впервые была кассиром. Следующая такая ответственная поездка будет через месяц.
Дома Сашка предложил маме отправить его одного через два дня с почтой, доказывая, что он уже научился управлять лошадью, запомнил дорогу и вполне может справиться один с такой работай. Мама покачала головой и сказала: «А не страшно?». Сашка был отчаянно смелым мальчиком и ответил: «Нисколечко!» Через два дня они стали запрягать Ночку в телегу, мама еще раз обращала Сашкино внимание на то, как должна закрепляться упряжь и что ее надо проверять в дороге; в случае ослабления упряжи на лошади, чтоб он обратился за помощью к жителям деревень. Сашка послушно кивал головой, ведь он был уверен, что с ним ничего страшного не случится. Приехав на почту, получив газеты и письма, мама написала на газетах номера домов, чтоб Сашке было легче разносить газеты. Перекрестив его, она сказала: «Езжай с Богом!» Сашка улыбнулся радостно и поехал в первую самостоятельную поездку. Все шло нормально: Ночка не спеша везла его, погода опять была солнечная, и через час он уже разносил почту. Некоторые жители встречали его у домов, улыбались и говорили: «Привет молодому почтальону!», «Смелый парень!», «Молодец, что заменяешь маму, у нее и дома работы много!». Сашка улыбался в ответ и говорил: «Доброго здоровья вам!». Так его научила отвечать мама. Как обычно, после полудня, доставив всю почту по назначению, Сашка приехал домой. Мама подробно расспросила его о поездке и похвалила. Сашка был очень рад! Теперь через каждые два дня Сашка стал ездить один развозить почту. Выполняя поездку в очередной раз, Сашка, чтоб скоротать время в пути, стал просматривать районную газету. Правда, трясло на телеге, но читать было можно. Раньше он почти не читал газет, дома их не выписывали, поэтому ему было интересно узнать, о чем же пишут. В районной газете много рассказывалось о ходе заготовки сена, о надоях коров в колхозах и совхозах района, об ударниках труда. Ему сразу захотелось, чтобы и о нем написали.       «Обязательно постараюсь», -  решил Сашка, -  чтобы когда-нибудь и обо мне написали!» Вдруг он понял, что Ночка остановилась, поэтому ему читать так легко. Глянув на лошадь, он увидел, что дуга сползла вправо, супонь на хомуте распустилась и голову Ночки наклонило вправо; видно ей было очень неудобно так везти телегу. Сашка слез с повозки и оглядел лошадь.
- Да, проблема, подумал он. Самому ему еще не приходилось поднимать дугу и закреплять хомут. Он уже много раз видел, как мама это делала, знал, но сил затянуть супонь было маловато. Поправив дугу, он поставил ногу в основание хомута и стал натягивать супонь. Сил хватило затянуть супонь только наполовину. Однако дуга держалась более-менее прямо, и хомут уже не болтался на шее лошади. Сашка решил так ехать, поскольку на дороге некому было помочь. Доехав до первой деревни, он стал стучать в каждый дом, пока к нему не вышел старичок. Он и помог Сашке наладить упряжь, подсказывая на будущее, как лучше это сделать. Дома он рассказал маме о проблеме в дороге, и они договорились вместе запрягать лошадь, а отец сказал, что надо развивать силу;
-У нас еще дрова не колоты, займись ими.
Он взял колун и показал, как правильно и безопасно колоть дрова. Эти дрова они вдвоем пилили двуручной пилой недавно. Сашка быстро уставал и менял руки, хотя получалось еще хуже, еще пробовал пилить двумя руками. Колоть дрова было интереснее, и Сашка по вечерам колол их понемногу и складывал в поленницу.
 Сашка возвращался домой из очередной поездки, как всегда, Ночка шла неторопливо, а Сашка строил планы на вторую половину дня. Вдруг Ночка поскакала скачками, издавая храп и подняв хвост. Сашка удивленно смотрел на нее и думал: «Что произошло?»  Оглядевшись по сторонам, он увидел у края леса метрах в пятидесяти от дороги стоящего волка. Он почувствовал по всему телу дрожь и страх! Он впервые увидел волка. Ночка неслась неудержимо, галопом, как будто молодая! Сашка шептал: «Только бы сбруя, упряжь не ослабла! Только бы колеса не отвалились!». Он сел на середину телеги и крепко держал вожжи. К счастью, дорога была очень ровная с песчаной почвой, без поворотов и телега была устойчива. Оглянувшись, он видел, что волк стоит на одном месте. Через полчаса Ночка пошла шагом, на губах лошади была пена. Она так быстро не бегала много лет. Сашка крикнул: «Спасибо, Ночка!». Приехав домой, Сашка рассказал о встрече с волком маме, и как Ночка бежала, спасая себя и его. Мама прослезилась и сказала, что больше не отпустит его одного. Сашка принес из дома буханку хлеба и стал угощать Ночку, приговаривая: «Кушай, кушай дорогая Ночка!» - и обнимал рукой ее за шею. Мама улыбалась. Папа вечером сказал, что волк не напал, так как вас было двое, ты и лошадь. Волки по одному не нападают летом на людей. Видимо волк издалека почувствовал запах лошади, они чувствуют запахи за километр; и вышел из леса посмотреть, от кого вкусный запах с дороги. «Молодец, что не струсил!», - сказал отец. Сашка успокоился и сказал, что в следующий раз возьмет с собой в поездку вилы, и еще попросил подвесить колокольчик вверху дуги, чтоб было ездить веселее. Отец, улыбнувшись, сказал, что с колокольчиком ездят по праздникам и зимой, но колокольчик прицепил. Через несколько дней он привез собаку и подарил Саше. Шерсть собаки была рыжего цвета, на груди шерсть была белого цвета, и, если бы у нее хвост не был колечком, ее можно было бы считать лисой. Первой собаку увидела сестра Сашки и назвала ее Тяпа. Сашка не смог спорить с сестрой и согласился с этой кличкой. Теперь он стал ездить с почтой, взяв собаку с собой на телегу, и со звоном колокольчика.  По дороге среди полей, через перелески Сашке стало ездить веселей. Кажется, что Ночка быстрее возит его; может быть, она вспоминает молодые годы, когда бегала в упряжке с колокольчиком в дуге. В деревнях звон колокольчика извещал о прибытии почтальона, и жители стали чаще выходить из домов, чтобы получить почту. Больше опасных событий в поездках у Сашки не было.
 Самое сложное было ездить в дождь, который бывало моросил целый день. Сашка укрывался старым брезентовым плащом отца, сидел вдоль телеги, поджав ноги, и думал, кем же стать в жизни, чтобы работа была интересней и не под дождем. Колеса телеги крутились по грязи, оставляя первую в этот день колею на дороге и накручивали новые километры его жизненного пути.
- Сколько же километров я наезжу за лето, - думал Сашка, начинал считать и сбивался, так как двузначные числа не получалось умножить в уме. - Потом дома подсчитаю - решил он. Как прежде, раз в месяц он ездил с мамой выдавать пенсии жителям, а в остальные поездки один. Еще дважды он видел на том же поле лису. Больше с ним не случилось опасных событий. Он доработал почтальоном до 1 го сентября. Мама, как и обещала, купила ему красивую рубашку, брюки и ботинки к новому учебному году.
                На пруду
  Кроме пруда за селом, где раньше была мельница, на лето администрация села распоряжалась сделать еще один пруд на маленькой речке, протекавшей у центра села, на случай пожара в селе и для купания. Трактором делали земляную плотину в мае, (которую каждый год промывало вешними водами). Вода накапливалась в пруду, поднимаясь на три метра, заливая низкий левый берег, с которого было удобней по мелководью заходить в воду купаться, особенно детям в жару. Сашка с друзьями каждый день приходил купаться, играть с мячом на воде. Местом купания была большая, залитая водой часть поймы речки; там была глубина по пояс, но вода быстро становилась мутной. Однажды Сашка предложил друзьям пойти вверх пруда и найти неглубокое место для купания, где вода будет чистая. Пруд тянулся далеко вверх против течения речки, поэтому они, пройдя метров двести, решили остановиться и выкупаться. Никто не знал глубину и не хотел ее измерять, берег правый был крутой. Тогда Сашка, как самый смелый, решил глубину измерить. Он нырнул с крутого берега, надеясь преодолеть всю ширину пруда. Однако он выплыл на поверхность чуть дальше середины пруда и стал опускаться на дно, чтобы измерить глубину. Дно в русле реки оказалось на глубине около двух с половиной метров. Сашка испугался такой глубины и выплыл на поверхность.  Отчаянно ударяя руками по воде, закричал: «Тону! Тону!». Ребята на берегу засмеялись. Они подумали, что Сашка шутит. Сашка опустился снова на дно, еще больше испугался, снова выплыл и снова закричал, что тонет. Друзья молчали. Когда он опустился в воде на дно ногами в третий раз, ему пришла в голову мысль, что надо ползти по дну к другому низкому берегу, цепляясь за траву; ширина в этом месте была метров 8-10. Так, цепляясь за траву, он выполз на другой берег, сел у воды уставший и, отдышавшись, еще раз крикнул друзьям, что чуть не утонул. Немного успокоившись, он стал думать, как возвратиться к друзьям на другой берег. Второй раз пробовать нырнуть, чтобы преодолеть ширину пруда, было страшно. Он решил оббежать весь пруд до самого начала его, где можно было бы перейти речку вброд.  Бежать пришлось долго, почти километр. Через некоторое время он встретился с друзьями и рассказывал, как испугался глубины и как выбрался по траве на берег. Дома он не стал рассказывать маме о том, что чуть не утонул, ведь она запретила бы ему купаться, а спросил у папы, как научиться плавать. Отец сказал ему: «Ты же видел, как плавал Шарик, греби так же под себя руками, как он лапами, работай несильно согнутыми ногами, и поплывешь». Учить Сашку плавать отцу было некогда, потому что с утра он шел на работу, а вечерами занимался строительством дома.  Через пару дней Сашка научился плавать сам, первым из своих друзей и очень этому был рад. Через две недели он уже переплывал всю ширину пруда. Друзья и приятели завидовали ему. Он объяснял им как надо работать руками и ногами, чтобы научиться плавать. Правда, они научились плавать только следующим летом.
                В лес за мхом
  Для утепления дома при сборе сруба с давних пор на Руси использовали мох, прокладывая его между бревнами. В один из выходных отец Сашки сказал, что они поедут в лес набирать мох для сруба. Запрягли Огонька в телегу, и Сашка с отцом поехали далеко в лес; собаку Тяпу с собой не взяли, так как была еще молода. Огонек бежал очень резво, и Сашка впервые наслаждался его быстрой ездой. Неожиданно в поле они увидели лося, который выбежал из леса, куда они собирались заехать. Сашка впервые видел этого лесного жителя. Лось бежал, приподняв свою голову с большими рогами. Было очень интересно наблюдать его бег.
- Почему лось убегает из леса? - поинтересовался Сашка.
- Видимо, он почуял недобрых соседей, - ответил отец.
- Кого? - спросил Сашка.
 Отец промолчал.
- Лось не боится волка? - спросил Саша.
- Летом взрослому лосю волк не страшен, у него сильные ноги, которыми он может, ударив волка, даже его убить. Зимой в лесу, по глубокому снегу лосю трудно быстро бежать, и он может погибнуть, особенно, если на него нападут несколько волков, - объяснил отец.
В последующие годы Сашка еще раз видел лосей, когда ездил с отцом за сеном и за дровами. Заехав в лес, отец развернулся на лесной дороге, положил Огоньку сена, чтобы не скучал, и стал показывать Сашке, как собирать мох. Его раскладывали вокруг выдернутой небольшой елочки на корни, вокруг и вдоль ствола до верха. Место было сыроватое, мрачное; мох был крупным среди старых елей. Работа началась. Скоро у Сашки хорошо получалось делать заготовки мха на стволе елочек. Работа подходила к концу, как вдруг Огонек захрапел и рванулся бежать с телегой по лесной дороге. Сашка с отцом не успели подумать, как он скрылся из виду.
- Что это с ним, – спросил Сашка?
- Испугался видно, почуяв волка, - ответил отец. Сашке опять стало страшновато, как в поездке с почтой, когда он встретил волка. Отец успокоил Сашку:
- Не бойся, он не нападет на нас, нас же двое! Взяв топор, они вышли из леса, потом пошли по дороге. Огонька не было видно.
- Убежал к конюшне, - сказал отец, и они пошли тоже к селу, к конюшне. Сашка какое-то время шел с отцом, пока они не отошли от места работы километра на два; среди полей отец предложил посидеть и подождать его здесь, чтоб «не мучить ноги», и дал ему топор. Через час отец приехал на Огоньке, они снова заехали в лес и погрузили мох в телегу. Огонек больше не пытался удрать домой, и отец с Сашкой, погрузив мох, поехали домой.
                Первая рыбалка
  В конце мая семья Сашки еще не переехала в домик с конюшней. Вешняя вода уже ушла,  и на речке друзья Сашки начали рыбачить. Сашка стал просить отца купить леску с крючками, поплавок и сходить с ним на рыбалку. Выбрав один из воскресных дней, отец поручил Сашке накопать червей и пообещал сходить с ним на рыбалку. Сашка обрадовался, накопал почти поллитровую банку червей, и вечером они пришли на речку. Отец быстро наладил удочку и вскоре поймал первую рыбку уклейку. В этой речке водились еще усачи и сорога, величиной до 20 сантиметров, которую было очень трудно поймать, так как ее было мало. Сашка видал ее в жару на поверхности пруда, как она неспешно плавала.  Отец Сашки сказал, что сороги в реке мало, так как ее ловят и съедают выдры. Сашка вечерами не раз их видел. Сашка наблюдал, как отец ловко подсекает в то время, когда поплавок тонет, и вытаскивает рыбок. Он, наконец, дождался, когда отец дал ему удочку. Ему долго не удавалось поймать рыбку – то рано вытащит удочку, то поздно, когда утонувший поплавок уже всплывет и рыба сойдет с крючка. Наконец-то он поймал рыбку и отдал удочку отцу, потому что комары окружили Сашкину голову стаей, кусали в щеки, в нос, в ладони. Отец продолжал ловить рыбок, не обращая внимания на комаров и постоянно отмахиваясь от них рукой. Чем темнее становилось у реки и ближе была ночь, тем больше было комаров. Скоро Сашка не выдержал и сказал:
- Комары заедают! Хочу домой!  И они пошли домой. Больше Сашка долго не просился рыбачить.
                На сенокосе
  Семья Сашки переселилась в построенный дом и уже жила в нем второй год, обустраивая его. Братьев и сестер у Сашки прибавилось, и родители решили купить корову, но в долг, заплатив половину суммы, и, продавая излишки молока, постепенно расплатиться. Для коровы на зиму нужно было много сена. Сначала траву на сено косили на усадьбе, сушили ее и носили на сеновал, на котором Сашка летом спал, просыпаясь от пения петуха. Высушенная трава изумительно пахла, и спать было очень приятно. В очередной выходной родители стали собираться на сенокос с ночевкой, так как идти нужно было пешком и далеко. Косить разрешалось только на лесных полянках, на угорах оврагов и в оврагах. Сашку родители взяли с собой, растрясывать скошенные валки травы, чтоб она быстрее высохла, а потом планировали попросить лошадь на почте и привезти сено на телеге домой. Сашка всегда с восторгом воспринимал новые события и ждал новых приключений. Взяли с собой и собачку Тяпу. Дома за братьями и сестрами Сашки осталась присматривать бабушка. Вышли на сенокос рано утром с восходом солнца, чтобы до дневной жары побольше скосить травы. «Коси коса, пока роса», - говорил известную поговорку отец. Часа через два косцы пришли на лесную полянку. Лес встретил их стрекотанием сороки, которая оповестила лесных жителей о гостях, утренним птичьим пением дроздов, синиц, овсянки, иволги. Мама с папой называли птиц по их пению. Сашка уже слышал не раз пение соловья, чирикание воробьев, скворцов, живущих против дома на черемухе в скворечнике; весной и осенью ему повезло увидеть стаи уток и гусей, кричащих в небе. Родители Сашки начали работать. Роса на траве подсыхала, пама и мама Сашки уверенными движения косы делали ровные валки из подкошенной травы, которую   Сашка слегка растрясывал. Часа через два родители сели отдохнуть,  и Сашка попросил разрешения тоже покосить. Конечно, он старался, делая захват косой побольше, но трава не полностью скашивалась. Отец подошел к нему и показал, как надо работать косой. «Поменьше захватывай, косу держи на пятке и у тебя будет лучше», - учил он Сашку. Он старался, хотя очень быстро устали от работы руки. Остановившись передохнуть, Сашка решил сам поточить косу небольшим брусочком; он видел, как отец и мать ловко это делают, проводя бруском то сверху, то снизу по лезвию косы. Очень скоро он порезал палец, и пришлось надолго бросить эту работу. Мама нашла подорожник, приложила к ранке и завязала ему палец куском платка, приговаривая: «У сороки заболи, а у Саши заживи…». Сашка приуныл, что пока не умеет косить. Потом он научится хорошо косить и будет много лет помогать в заготовке сена родителям, а пока он продолжил разбрасывать траву.
Становилось жарко и душно в лесу, родители снова сели отдыхать, и мама стала рассказывать Сашке про травы. Она набрала букет разных трав и, показывая их, говорила: «Это клевер – самая вкусная трава для коровы, головку цветка можно понюхать, вкусно пахнет медом, можно заваривать ими чай; это – тысячелистник, лечебная трава; это тимофеевка луговая, мышиный горошек, водосбор. А зверобой, душица, мята, полынь, кипрей (Иван-чай) - лечебные травы, которые малыми частями заваривают для чая или делают настои для натирания». Мама показала еще ядовитые травы: белену, бодяг - и сказала, чтобы Саша выбрасывал их в сторону из валков. Сашка уже знал некоторые травы: крапиву, одуванчик, мать и мачеху, лебеду, репейник.  Пообедав вареными яйцами, зеленым луком, шаньгами с картошкой и, выпив по кружке молока, все легли отдохнуть в тенечке берез на пару часов. После отдыха работа продолжалась до вечера. Воздух настоялся запахами скошенных трав, которые было приятно вдыхать и хотелось лежать. Перед заходом солнца, закончив работать, отец зажег костер и вскипятил воду, в которую мама положила несколько собранных головок клевера, листьев кипрея и цветков душицы для чая. «Такой чай бодрит, восстанавливает силу и очень полезен для здоровья человека», - говорила мама. Сашка и раньше пробовал такой чай дома и сейчас с удовольствием его пил. На ужин ели пирог с луком и яйцами и допивали молоко, поскольку оно могло скиснуть. Темнело, послышались крики филина и дальний вой волка. Тяпа подошла к Сашке и прижалась к нему. Мама охнула, Сашке стало страшно, и он спросил отца:
- Волк нападет на нас?
 Отец сказал:
- Нас же четверо, а волк один; у нас горит костер, а звери огня боятся и не подойдут, спите; я посторожу.
Он положил побольше толстых сухих бревнышек в костер, но придвинул топор поближе к себе. Мама укрыла Сашку рабочим халатом. У костра было тепло, слышалась однообразная песня птицы удода.  Сашка еще долго слушал лесные крики леса, пока сон не сморил его. Проснулся от солнечного света и пения птиц. Небольшой туман стоял над полянкой, было немного прохладно; мама и папа спали. Он подбросил дров в костер и подвинулся ближе к костру, наблюдая за Тяпой, которая бегала по поляне, обнюхивая скошенную траву, видимо почуяла мышей или тоже наслаждалась запахом трав. Скоро проснулись родители; отец вскипятил воды, и мама заварила травяной чай. Завтракали пирогом с рыбой из консервов минтая, запивая чаем. Сашке еда казалась необыкновенно вкусной. По утренней росе родители косьбу продолжили. Сашка попросил разрешения отпустить его поискать земляники. Мама подсказала ему искать ягоды на закрайке леса и не уходить далеко. Сашка с собакой пошли собирать землянику. Вскоре он принес полкружки ягод и во время отдыха все попили чай с ягодами. Работа продолжалась до обеденной жары, траву на поляне родители скосили и еще немного на краю леса и пошли домой. Над дорогой в небе зависали жаворонки и пели свои радостные песни. Кричали в поле перепелки: «Спать пора! Спать пора!». Все живое – растения, птицы радовалось солнцу, теплу, лету! Так закончился у Сашки сенокос с ночевкой.  Потом в жизни Сашки их будет еще много.
                На охоте
 Была середина зимы, снегу намело немало, и Сашка после уроков, успев помочь маме в конюшне, спешил на близлежащую горку покататься на лыжах вместе с друзьями. Это было одним из самых больших увлечений многих ребят, потому что телевизоров еще не было, радио было слушать скучно, а книжки он читал вечером, наспех сделав уроки. С друзьями он забирался все выше на склоны горок и часто катился кубарем вниз. Они строили небольшие трамплины и прыгали с них на лыжах. Побеждал всегда Сашка, и он первым сломал лыжи. Было их жаль, родители поругали его, и ему пришлось отчаянно выпрашивать купить новые, обещая, что больше не будет прыгать с трамплинов. В шестом классе он уже уверенно стоял на лыжах и успешно выступил в лыжных гонках на школьных соревнованиях, заняв второе место среди 40 сверстников, причем его лыжи крепились к валенкам. Учитель физкультуры пригласил его в лыжную секцию и обещал давать для тренировок и соревнований беговые лыжи с ботинками. Сашка был очень рад: он любил добиваться успеха. Однажды в воскресение, выйдя с утра на лыжах, он увидел идущего охотника с ружьем и рюкзаком. Он сразу увязался идти за ним, чтобы увидеть, как и на кого он будет охотиться, и из-за желания новых приключений. Охотник, оглянувшись и увидев его, сказал:
-  Не ходи за мной, я пойду очень далеко!
- Я выдержу! - крикнул Сашка.
- На охоте может встретиться волк, будет страшно, не ходи за мной! – предупредил охотник.
- У вас же есть ружье, я раньше видел вас с охотничьими трофеями, значит вы меткий стрелок, и мне с вами не страшно! - крикнул Сашка.
Видимо, охотник был добрый мужик, возможно, он подумал, что Сашка, как устанет, сам повернет домой, а сделать это было просто, поскольку они шли по школьной лыжне, проложенной по небольшому лесу за школой на три километра по дну широкого оврага. Скоро лыжня повернула налево и в горку, а потом повела в обратном направлении к школе. Сашка знал ее и тренировался на ней. Охотник и Сашка пошли по свежему нетронутому снегу дальше, уже медленнее. Охотник еще раз предложил Сашке вернуться домой, сказав, что будет еще труднее идти. Удивившись Сашкиному отказу, он сказал:
- Ну и настырный ты! Не вздумай ныть, когда устанешь, я буду охотиться весь день и из-за тебя не пойду домой раньше.
Сашка крикнул:
- Я выдержу!
 Его так увлекали предстоящие события охоты, что про усталость он не думал. Охотник сказал:
- Если я остановлюсь и подниму руку, стой и ты, не разговаривай, не двигайся дальше, пока я не махну рукой. Это значит, что я увидел следы зайца, который может быть рядом, или белку; даже если я скроюсь из виду, стой. Как услышишь выстрел, иди по следу ко мне. Не будет выстрела, я вернусь к тебе и махну рукой идти дальше.
Через некоторое время охотник дал знак стоять и скрылся из виду. Сашка остановился, ему оставалось только слушать и любоваться красотой зимнего леса. Звуков пения птиц было очень мало. Изредка слышалось щебетание синички, зябликов и дальние звуки постукивания по дереву дятла. Солнце освещало верхушки деревьев.  Сашка стоял, оглядывая лес, ему было скучно и одиноко, и он понял, что увидеть, как стреляет охотник по дичи, ему вряд ли придется. Стоял он так с полчаса, пока не грохнул выстрел. Сашка радостный побежал по лыжне и скоро приблизился к охотнику, который держал в руках убитого зайца. Радости Сашка не испытал, так как он мечтал увидеть, как они вместе бегут за зайцем, и охотник стреляет по нему. Охотник показал Сашке лежку – ямку зайца, где он отдыхал, показал петли на снегу и рассказал, что прежде, чем спрятаться в лежке, заяц делает несколько больших кругов по лесу около лежки, запутывая следы, потом прыгает в сторону от следов. Затем они продолжили идти по лесу, Сашка шел сзади метрах в пятидесяти, пока охотник не остановился и не подозвал его. Он показал беличьи следы на снегу и сказал, что пойдет по ним выслеживать белку; она где-то рядом на деревьях и надо не шуметь, чтоб не спугнуть ее, поэтому Сашке опять надо стоять на месте. Увы, Сашке пришлось стоять и ждать. Однако охотник скоро махнул рукой подходить и показал ему на елку, где бегала белка. Сашка с трудом разглядел белку, которая бегала по веткам дерева, потом спрыгнула и побежала к другой ели. Охотник сказал, что стрелять далековато, надо подкрадываться тихо и медленно ближе, и сказал, что Сашке надо стоять. Когда прозвучал выстрел, Сашка подошел, но не увидел трофея. Охотник промазал. Он сказал, что белка убежала в густой лес и теперь ее трудно найти. Поиск дичи продолжился по прежнему плану. Через какое-то время охотник медленно махнул рукой, показав этим, что подойти к нему надо тихо. Он показал Сашке на высокой березе черных больших птиц, сказав, что это тетерева, и он будет очень медленно подкрадываться для выстрела, а Сашке надо стоять и по возможности не шевелиться. Сашка увидел на березах тетеревов, они сидели, замерев; до них было метров сто или больше. Охотник очень медленно, с остановками стал приближаться к ним. Сашке пришлось долго ждать выстрела. Минут через пятнадцать Сашка увидел, как птицы взлетели, и услышал выстрел. Тетерева улетели в лес. Подойдя к охотнику, он услышал от него, что птицы не подпустили его на расстояние успешного выстрела, что пришлось ему стрелять в лет и неудачно; теперь их не найти, они улетели далеко. «Давай перекусим», - сказал охотник и достал хлеб и сало, как оказалось, копченное. Он разделил еду пополам и дал ее Сашке. Сашка давно проголодался и стал пробовать сало с хлебом. Дома он никогда не ел сало в супе, перекладывая его отцу в тарелку, не любил. Отец всегда улыбался и говорил, что сало дает много сил для работы, мол, зря не ешь. Соленое и копченое сало дома он пробовал, но тоже не ел. А сейчас ему сало показалось необыкновенно вкусным. Перекусив, они продолжили охоту, уходя по лесу все дальше от дома. Охотник еще пару раз вспугнул зайцев с лежки, стрелял, но неудачно, объясняя неудачу тем, что в молодых и густых порослях леса трудно попасть по зайцу, что он часто меняет направление, петляет и быстро скрывается из виду. Догнать его невозможно. В очередной раз охотник увидел заячьи следы и рядом следы волка, видимо одиночного. Он сказал, что охотиться на зайцев теперь бесполезно, волк разогнал всех зайцев в ближайшей местности, а выслеживать волка надо нескольким охотникам и, желательно, с флажками; да и туша волка ему не нужна, так как его мясо люди не едят. Неожиданно пошел мелкий снег, появился ветерок. Солнце скрылось в тучках, и охотник сказал, что дальше бесполезно охотиться, уже поздно, и надо возвращаться домой. Скоро они вышли на дорогу, знакомую Сашке по доставке почты, и он понял, что домой идти очень далеко. По дороге идти было легче, и часа через два, когда уже стало темнеть, они подошли к селу. Сашка поблагодарил охотника за то, что он взял его с собой на охоту и пришел домой. Мама, увидев его, заплакала, отец стал кричать: «Где ты был целый день! Уже ночь, и я ходил и спрашивал твоих дружков о тебе, спрашивал людей по селу, не видел ли кто тебя!». Потом взял ремень и стал хлестать Сашку по попе. Мама сразу же поймала его руку с ремнем и остановила отца. Сашка стал рассказывать, что, выйдя из дома кататься на горку, он увидел охотника с ружьем и напросился идти с ним, что охотник несколько раз пытался убедить его не ходить с ним, что он сам настоял. «Не ругайте при встрече охотника, он хороший, он даже накормил меня на охоте», - сказал Сашка. - Предупредить вас я не мог, охотник бы ушел без меня в лес», - добавил Сашка. «Обещаю, что больше никогда не пойду на охоту», - сказал Сашка. Действительно, он больше никогда в жизни не ходил на охоту, так как ему не захотелось видеть еще, как убивают зверей. Позднее, встретив охотника в селе, Сашка здоровался и благодарил за охоту. Охотник улыбался и говорил: «Ох, и настырный ты! Никого из детей я не брал с собой». Сашка тоже улыбался.
 
                В церкви
   Сашке пошел пятый год, когда летом по настоянию матери рано утром его взяли с собой родители на праздничную службу в церковь. Церковь в селе была перестроена, колокола сняты и башни разрушены. В здании показывали кино, в другом зале была танцевальная площадка. Про местную церковь Сашка спросил потом и на вопрос, почему закрыта, не услышал ответа – родители отмалчивались.  Шли больше часа, Сашка устал и, когда подошли к церкви, подумал, что посидит, но мама торопила заходить на службу. Церковь была белокаменная; внутри было очень красиво, Сашка с огромным вниманием смотрел на украшения икон. Много женщин с детьми стояли внутри, были и мужчины, и старики, все одетые в праздничные одежды. Множество икон освещали свечи; пахло необычным запахом, который мама назвала ладаном. Батюшка ходил в центре перед алтарем в красивой одежде, размахивая кадилом; читал молитвы низким голосом, часто повторяя слова: «Помолимся Господу нашему». Ему подпевали женские голоса певчих. Прихожане стояли лицом к батюшке и часто крестили себя, делая поклоны. Мама показала Сашке как креститься и потребовала делать так же, как она и все присутствующие, чтобы заслужить прощение у Бога за грехи. За какие грехи он не знал, но старался выполнять все ее требования. Скоро он устал и попросился выйти погулять, на что мама сказала:
- Нельзя уходить до окончания службы, иначе батюшка не простит твои грехи перед Богом!
- У меня маленькие грехи, я редко огорчаю тебя, - сказал Сашка.
- Стой и молись, - сказал отец. - Ты много раз провинился, убегая играть без разрешения с ребятами от дома, не все выполнял поручения по дому».
 А брат мамы сказал, что приносил маленького Сашку в эту церковь крестить у батюшки, ходил за чистой водой, грел ее, и Саша- его крестник. Сашка в последующие годы приходил в гости к крёстному. Крёстный был отличным плотником и помогал родителям строить новый дом. На день рождения Сашке он всегда приносил подарок. Они вспоминали эту службу потом при встречах. Сашка говорил, что помнит службу, когда были с ним вместе в Петров день, но не помнит, как его крестили. Крёстный улыбался и говорил, что Сашке было две недели, и это невозможно запомнить в таком возрасте. Скоро прихожане выстроились в очередь и стали подходить к батюшке, который подносил им что-то на ложечке ко рту. Родители с Сашкой и крёстный тоже встали и, когда подошла очередь, были угощены батюшкой, как сказал Сашка, маленьким кусочком чего-то сладкого. Когда ушли на прежнее место, Сашка сказал, что еще хочет. Он с утра ничего не ел. Мама сказала, что второй раз нельзя.
- Скоро закончится служба и поедим.
Когда вышли из храма, Сашка был с мыслями о Боге, про которого он не знал, где он есть. К сожалению, и эта церковь была вскоре разрушена, и Сашка долго еще не побывает в церкви. В школе первая учительница говорила ученикам, что Бога нет, и Саша ей верил и снимал дома крестик, который мама заставляла всегда снова надевать. Сашка очень уважал свою первую учительницу и любил маму и очень долго в жизни не мог понять, кто прав, учителя или родители.
                Опасная рыбалка
 Сашка заканчивал седьмой класс и в начале мая, когда вешние воды уходили, и на речке вода прогревалась на мелководье, начинался нерест немногочисленных рыбок. Поймать их было намного легче, ведь они собирались для нереста в большие стайки в некоторых местах речки. Летом рыбы, как известно, ведут больше одиночный образ жизни, и рыбацкий улов у всех в селе был неутешительным.  Сашка с Толькой собрались вместе порыбачить. Они уже в прошлом году в мае вместе удачно рыбачили и поймали по два-три десятка рыбок, Толька, конечно, больше. Мама Сашки тогда почистила их и, отрезав головы, пожарила с яйцами. Было вкусно!  Толька, более опытный в рыбалке и знающий многие «клевые» места на водоеме, предложил ему пойти ниже по течению речки, за село, где, он предполагал, не будет других рыбаков. Но Тольку не отпустили родители из-за срочной работы дома. Сашка, поскольку был выходной в учебе, не стал откладывать рыбалку и выпросился у родителей порыбачить. «Ступай с Богом, только до обеда рыбачь, есть работа в огороде: копать грядки и вечером сеять морковь», - сказала мама и перекрестила его.
Ах, рыбалка! Какое же это наслаждение - смотреть на поплавок и замечать, как он вздрагивает, качаясь на воде, немного движется в сторону и потом тонет в воде; понимать, что рыбка уцепилась за червячка, может быть взяла его в ротик вместе с крючком, и не опоздать подсечь быстрым движением удочки вверх, чтоб через секунду увидеть на крючке над водой болтающуюся рыбку. Это может понять только увлеченный рыбалкой человек. Сашка пошел к рассказанному Толькой месту рыбалки ниже села и вниз по берегу речки. Шел больше часа. Постепенно заросли ивы стали гуще, ели ближе подступали к реке, левый берег реки был круче.
- Да, места глуховатые, - подумал Сашка, здесь он не бывал. Он осмотрел речку и решил остановиться на небольшом повороте реки, у омута, где речка замедляла скорость течения из - за дерева, упавшего в воду.
- Надеюсь, повезет, - решил он и стал налаживать самодельную удочку, которую сделал сам еще в прошлом году из молодого трехлетнего побега ивы длиной два с половиной метра. Сострогал кору с нее, загладил неровности шкуркой по совету отца и привязал леску с поплавком, грузиком и крючком.  Он насадил червячка на крючок, плюнул на него, как показывал Толька, и закинул поплавок в воду. Утренние лучи солнца ласкали щеки его теплом, не ослепляя; туман уже исчезал над водой, пели зарянка, овсянка, доносилось однообразное кукование кукушки то тут, то там, справа и слева, предлагая (по народной детской привычке) посчитать, сколько он проживет. Чирикала чечевица, отец сравнил ее пение со словами «Витю видел? Витю видел?»
- Никого не видел! - хотел крикнуть Сашка, как вдруг поплавок резко ушел в глубину, потом всплыл, но Сашка от неожиданности не успел подсечь и, вытащив из воды снасть, не увидел ни рыбки, ни червяка.
-Стащила, - решил он. Надо брать червяка поменьше. Насадив маленького червяка, не забыв опять плюнуть на него, Сашка забросил леску с поплавком в то же место. Ждать пришлось недолго; поплавок пошел в глубину, и Сашка успел подсечь рыбку. В руке его трепыхался пескарь - с вытянутым телом рыбка, обитатель этой речки.
- Ура! Начало есть! -  крикнул он негромко. Зачерпнув воды в бидончик, он отпустил туда пескаря, чтобы сохранить живым. Он стал ловить рыбок через каждые десять, пятнадцать минут.
- Пришла рыбацкая удача, - подумал Сашка. Поймано пескарей было уже больше десятка. Вдруг он почувствовал на себе чей-то взгляд. Оглянувшись назад, он увидел собаку.
- Откуда здесь собака, село далеко? -  подумал он. Повернулся рыбачить, как понял вдруг, что это, видимо, волк. Он снова оглянулся назад и увидел, как на него внимательно смотрели глаза животного.
- Это - волк! - понял Сашка. У волков серая шерсть, хвост опушен, тело чуть длиннее и крупнее собаки. По телу пошла дрожь, страх сковал руки и ноги. Волк стоял полу-боком к нему, метрах в пяти от него, не проявляя агрессии во взгляде, не оскалив зубы и не рыча. Шерсть на нем местами слезала клочками, еще не закончилась линька; он не двигался, должно быть, оценивал силу Сашки. Кричать Сашка не мог, свело мышцы. Еще понял, что криком не испугает волка, и решил размахивать своей длинной, довольно толстой удочкой над собой. Волк, не проявляя признаков агрессии, медленно повернулся и пошел прочь. Сашка тоже медленно пошел у кромки воды в другую сторону, не поднимаясь на верх склона. Увидев, что волк скрылся из виду, он пошел уже лицом к направлению движения, часто оглядываясь назад. Бидончик с пескарями он забыл на берегу от страха и, когда вспомнил о нем, не захотел возвращаться. Дома, он рассказал родителям о своей рыбалке. Отец ему сказал, что у волка была где-то рядом лежка, он почуял запах и вышел посмотреть; вероятно, волк был старый, одинокий, возможно больной; возможно, что он решил не нападать на такого храбреца, как ты. Мама сказала, что не зря перекрестила его перед дорогой, и Ангел был рядом и спас тебя. Кто из них был прав, Сашка не знал. Он предложил отцу вместе сходить за бидончиком с рыбой. Эмалированный бидон стоил не дешево, намного больше стоимости улова рыбы, и отец пошел с Сашкой к месту рыбалки за бидоном, ну и за рыбой.
                Друзья Сашки
  Самым лучшим другом Сашки был Юрка, он жил недалеко от Сашки, и они часто встречались. С Юркой было интересно, он был спокойным, рассудительным, приветливым мальчиком, ударником в учебе, не то, что Сашка, который учился в основном на «тройки», получал иногда «двойки» и любил только литературу и физкультуру, а позднее еще историю и химию. В младших классах Сашка прочел много сказок. Сказки увлекали его приключениями, отвагой и находчивостью героев. Задания по математике иногда помогал ему делать отец и отчитывал за «двойки» по другим предметам. Родители редко проверяли домашние задания Сашки, им было некогда, да и Сашка привирал, что уроки выучил.
Прежде чем идти гулять, Юрка говорил, что должен выполнить поручения мамы по дому. Сашке часто приходилось его ждать, и он тоже спешил выполнить работу по дому. Юрка много читал, иногда давая и Сашке почитать интересную книжку. Он мечтал стать судьей и очень любил порассуждать о поступках людей. Сашка тоже мечтал стать знаменитым, но пока не знал в чем. Вместе они играли, делали лук и стрелы, по инициативе Сашки, даже сделали самострелы после просмотра кино про войну крестоносцев; они соревновались на точность стрельбы. Только скоро в селе одной девочке кто-то из подростков попал в глаз стрелой , и родители Сашки и Юрки строго запретили луки и стрелы, сломав их. Тогда из досок они стали делать деревянные мечи и устраивали небольшие сражения со сверстниками на улице. Летом друзья вместе ходили собирать землянику, малину, морошку, дикий лук на лугах, грибы и купаться на пруд.
Вторым другом Сашки был Колька, который приезжал летом к бабушке из города. Весельчак и затейник Колька придумывал игры с поиском клада, который сам прятал или закапывал в лесу, его надо было найти по некоторым указателям, запискам, описаниям. Вместе все искали клад, а к следующему дню кто-то другой из них готовил игру, закапывал клад, и на поиск его уходило полдня. Колька смастерил деревянную пушку, стреляя из нее метров на десять деревянными кубиками, которые выбивались из ствола (старой трубы) натянутой полосой резины, отрезанной из старой автомобильной камеры. Он еще предложил сколотить досками из небольших бревен плот, на котором все они катались на пруду по двое, так как плот затоплялся от троих. Гребли они самодельными веслами из досок; и это плавание было достаточно опасным на холодной воде.
Третьим другом Сашки был Толька. Он уже курил папиросы, которые воровал у отца, и предлагал курить ребятам. Юрка наотрез отказывался, и Сашка говорил, что уже пробовал, и ему не понравилось. Это было давно, когда ему было три года (возраст он проверил у мамы, когда вспоминал, как курил). В то время они жили в большом доме на съемной квартире, был праздник, и пришли гости. Мужчины во время разговоров курили вместе с отцом,  и Сашка решил, что ночью встанет и попробует тоже. Он проснулся, взял папироску, закурил и закашлялся. Проснулись его родители, и отец ремнем отхлестал Сашку по попе, приговаривая: «Не вздумай больше курить!». Сашка, рассказывая эту историю, сказал Тольке, что не хочет больше курить и получать наказание ремнем. Толька часто проводил время на рыбалке и ловил небольших рыбок по утрам и вечерам, а, когда рыба не клевала, приходил к Сашке играть.
Вечерами друзья собирались у Сашкиного дома, так как у него всегда была пара разных мячей; приходили и мальчики, и девочки с обеих сторон улицы (Сашкин дом был посередине улицы), и играли часами в вышибалы, в прятки, прячась за постройками дома. Играли в 12 палочек, выбирая водящего считалочкой: «На златом крыльце сидели с царь с царицей, король с королевой, сапожник, портной; кто ты будешь такой, говори поскорей, не задерживай добрых и честных людей!». Использовали и другие считалочки. Выбрав водящего, подбивали палочки на доске ударом ноги по дощечке, положенной на тюльку, и недалеко разбегались. Водящий, собрав и сложив на доске палочки, должен был кого-то догнать и не дать разбросать другим игроками ударом ноги палочки. Играли еще в чижа, в городки, сделанные Сашей, в лапту; позднее в картошку (в пионербол, как теперь называют) через сделанную Сашей сетку из алюминиевой проволоки, а позже в волейбол.
Были и безрассудные опасные поступки Сашки с друзьями. Однажды весной в пору ледохода Толька предложил Сашке прокатиться на льдине по пруду. Вода весенняя, поднявшись на пруду, взломала лед. Течением медленно несло льдины к запруде. Толька, как и Сашка, был отчаянно смелым парнем, и они решили попробовать прокатиться на льдине. Юрка не захотел, хотя помог друзьям оттолкнуть льдину от берега. Он сказал, что будет с берега смотреть на них. Плыть на льдине было очень смело и волнительно. Самая большая опасность появилась у самой плотины, где льдины нагромождались друг на друга. Все же, не растерявшись, друзья, прыгая с одной льдины на другую, смогли выбраться на берег, не провалившись в воду. Отдышавшись и придя в себя от страха, они поняли огромную опасность своего поступка и больше не захотели его повторять. Родители обоих ребят все же узнали про плавание на льдине, и отец опять наказал Сашку ремнем, как, впрочем, наказали и Тольку. Так проходили детские, школьные годы Сашки: на природе, без телевизоров и смартфонов, с различными играми, в работе на приусадебных участках. Став взрослым, отвечая на вопрос о своем детстве, Саша говорил, что у него было интересное, веселое детство с опасными событиями.