Леда, Хозяйка Галереи Письма на холстах

(Запись в Книге "Ненаписанных Имён", сделанная пером, которое когда-то было солнечным лучом, пролистанная ветром до последней страницы):
      
Леда держит ключи от всех измерений Галереи. Не в связке, а отпечатанными прямо в сердце.
Говорят, она Реставратор сердец – склеивает трещины на холстах смехом, латает прорехи в реальности стихами. Сама она считает себя ученицей Архивариуса. Её каталоги написаны на языке корней. Их можно прочитать только прижав страницы к левому запястью. Её команда уверена, что она Каллиграф душ, ведь Леда сама, своей рукой выводит имена посетителей на невидимых свитках, которые потом становятся их судьбами. А её любимый мужчина по секрету признался, что она Археолог чувств, потому что раскапывает забытые восторги в слоях старой краски и собирает окаменелые вздохи в пробирки из стеклянных слёз.
      
Как она появилась? Никто не знает. Просто однажды Галерея осознала, что всегда была ею.
Её платье сшито из обрывков писем, затерявшихся между строк. Тех самых, что так и не дошли до адресатов. Из причёски торчит застрявшая радуга от самой первой картины. В своей душе она носит переплетённые строки из всех историй, что когда-либо звучали в её стенах. Стенах Галереи.
Каждое утро Леда подбирает потерянные сны у порога и подсаживает их в горшки с красками-многолетниками. Днём она переводит шёпот картин на человеческий язык, но оставляет намёки в виде опечаток. А по ночам рисует портреты тех, кто придёт завтра, и вешает их в зале "Ещё не случившееся".
Иногда отпускает себя в путешествия. Тогда её заменяет тень от мольберта, которая тоже неплохо справляется.

Если вам почудилось, что кто-то прошёл за спиной, а обернувшись, вы уловили лишь дрожь воздуха – это была она. А если вдруг на картине ожила краска и капнула вам на руку – это её незаметное рукопожатие.
Ну а если вы вдруг вспомнили что-то, чего с вами никогда не было... значит, она исправляла вашу биографию.
У неё есть свои личные три "НЕ":
Не трогать холсты голыми мыслями. Они остаются пятнами.
Не спрашивать, откуда берутся картины. Иногда они приползают сами, усталые и грязные.
Не бояться, если ночью картины перешептываются. Это они просто делятся впечатлениями о вас.
Последняя запись в её дневнике:
"Сегодня опять кто-то ушёл, прихватив с собой кусочек неба с картины. Ничего. Я дорисую. Всё равно ведь никто не замечает, когда в облаках появляется ещё один оттенок..."

Её имя совпадает с названием созвездия, которого нет на картах. Так бывает... было имя – стало созвездие.
Когда-то её звали Елена. Девочка с обычным именем и необычной душой. Та, что прятала в кармане с дырой первую "украденную" картину – вырванный из книги лист с акварельным небом. Ещё девочкой, она собирала осколки разбитых фонарей. Зарывала стёклышки в землю, подкладывая под них кусочки фольги от конфет, а потом звала маму посмотреть... быстро своими проворными пальчиками раскапывала лунку и в ней появлялось свечение. В тех лунках её "секретики" уже давно проросли новыми, молодыми и яркими фонарями... но она помнит, как мечтала показать маме чудо: – Мама, смотри! Они ещё светятся!.. 
Она подкармливала вороньими перьями бездомные тени... ей казалось, что они такие тощие зимой...
Но однажды ночь предложила сделку:
"Дай мне твоё имя, а я подарю тебе безымянные звёзды".
В ночь, когда небо заговорило, Елена спала на чердаке старой мастерской. Стены были исписаны неизданными стихами, а вместо одеяла – первый холст... некрашеный, но уже дышащий...
В двадцать пятом часу ночи созвездие-безымянка, тёплое, как слеза и угловатое, как невысказанное признание, упало ей в ладонь.
"Возьми мои буквы, — прошелестели звёзды. – У меня их много, а у тебя... у тебя будет Галерея"...

Так имя Л-Е-Д-А сложилось из:

Луча, застрявшего в межсезонье,
Единственной ноты, которую понимают мотыльки,
Двери без замка, которая теперь висит в зале "Найденное", и
Античной монетки, которой она потом расплатилась за первый мольберт.

Теперь в небе есть созвездие Леды – семь звёзд, сложившихся в ключ. Тот самый, что открывает двери между мирами.
Его видят только те, кто потерял, но тут же нашёл что-то важное.
Это имя ей прошептали лебединые перья, упавшие с луны. Те самые, что в её самых живописных кистях.
На языке забытых букв "Леда" значит "та, с кем можно говорить по душам". Не случайно же оно рифмуется с "Беседой". А старое её имя растворено в серой краске на картине "Дождь в сиреневом Городе" и раз в год, в день её рождения, вырастает на обоях в углу зала "Гризайль" крошечными листочками золотой фольги из пыли.
Небо вписало в её ладонь обновлённую судьбу.
Новое имя принесло синяки под глазами от чтения при свете падающих звёзд и способность видеть сквозь холст – замечать, где прячется чья-то недорисованная радость. И целых три лишних оттенка в радужке. Теперь её глаза меняли цвет, когда рядом кто-то врал.
Но самое главное – встречу с единственным на её Планете, любимым мужчиной. И Галерею, которая открылась ровно через 1001 ночь в здании, которого не было на картах. В Золотистом Городе.

На запястье вместо часов она надевает песочные бутылочки с нерассказанными сюжетами. Каждый посетитель оставляет в гардеробе один забытый момент. Потом она вплетает их в новые картины. А под крышей Галереи гнездится птица Хронос, которая время от времени роняет перья. Они превращаются в даты следующих открытий.
      
Архивная пометка:
Найдено в ахивах Вселенной.
Клякса на полях (её почерк):
"Меня зовут Леда. Это не имя. Это приглашение."
Теперь каждый, кто произносит "Леда", невольно соглашается на новую историю.
P.S. Продолжение? Оно уже пишется. Буквами из пыли, что кружат вокруг лампы в её кабинете. Вы же слышите шелест? Мир стал ещё на одну тайну богаче... ту, что светится в уголках глаз, когда говорят о чём-то по-настоящем важном.
      
Приписка на полях:
Сегодня Галерея нашла ещё одно измерение.
Все совпадения с реальными созвездиями случайны.
Все совпадения с вашими снами преднамеренны.
(Хозяйка Галереи "Письма на Холстах")

Фото: LedaVysotskyArt: 'About me' (Обо мне. Фрагмент)