Плач крестоносца
Нам нет и тринадцати лет!
Родители нас умоляют слезами,
Но мы им в ответ только: «Нет!»
Нет! Нет! Нет!
Мы слабые телом, но сильные духом,
И в сердце сидит смелый лев.
И смерть за Христа нам милее, чем ругань,
И полный зловонием хлев.
Лев! Лев! Лев!
Мы шли и казалось, что ангелы с нами,
И Бог покрывал нас собой.
Но стали слабеть мы ночами и днями,
И тише стал клич боевой.
Мы вышли к воде, и она оказалась
Не той, что в святых письменах.
Она не дрожала,и не расступалась,
А просто качалась в волнах.
И мы не прошли, по молитве, по слову,
По вере, сильнейшей из сил…
Нам море молчало, и кто-то сурово
Впервые глаза опустил.
А море дышало, как зверь осторожный,
И волны лизали ступни.
И всех осенило: быть смелым не сложно,
Сложней - не остаться одним.
И лев замолчал.Только сердце стучало,
Как камень в пустой барабан.
И вера, как плащ на плечах, обветшала,
Но снять его значит пропал.
…А после ни песен, ни крика, ни строя,
Лишь ветер и мысли в тоске.
И Бог, отступив, дал нам место для боли
Как камню на мокром песке.
Нам ночью сказали: «Вас ждёт на причале
Корабль — ковчег для святых».
Мы верили. Верили каждому слову,
И крест целовали за них.
Но трюмы там были как чрева бездонны,
И свет умирал в глубине.
И мы обратились из воинов Божьих
В счета на чужом языке.
Лев? Лев? Лев?
Не оценив по грехам и по вере -
По росту, зубам и спине,
Всех сильных забрали,
А слабых, считая досадной потерей,
Оставили гнить в темноте.
Мы выли: «О, Боже!», но Он не ответил.
Молчало и небо, и дно.
Лишь звуки цепей, пролетя сквозь столетья,
Добрались до ваших времён.
Нет… нет… нет…
Я видел, как друга продали за медь,
Как телу назначили цену.
И понял внезапно: страшнее, чем смерть -
Жить вещью и знать это верно.
И лев умер первым. Без крови. Без боя.
Он просто исчез из груди.
Осталась лишь боль - не святая, не злая,
И горький остаток пути.
…А если ты спросишь: а был ли здесь Бог?
Он был. Но не там, где искали.
Он плакал в песке, где закончился срок
Детей,
Тех, что с верой шагали.
Свидетельство о публикации №126011501917