Когда завет туда

10.11.25

«Иди за мной», — сказала любовь.
И, как водится, не объяснила — куда.
Любовь вообще не из тех, кто даёт карты. Она даёт направление — и отнимает почву.

Туда, где ветер туманит сны, чтобы мы не слишком верили собственным объяснениям.
Туда, где море помнит всё, что люди старательно забыли — и не упрекает.
Туда, где смерть перед рассветом снимает вуаль, смотрит в зеркало и вдруг улыбается:
«Не сегодня».

«Иди», — сказала любовь.
Не потому что можно.
А потому что нельзя — не пойти.
Потому что всё остальное — репетиция.
А это — выход.

Мы шли.
По коврам янтарных листьев — как по горящим письмам, которые никто не отправил, но все написал. Осень была щедра, почти неприлично щедра: она роняла свет прямо в ладони — тёплый, жёлтый, беззащитный, как память, которую ещё не успели исказить.

Мы кружились в её карусели, и в какой-то момент музыка перестала быть музыкой — стала дыханием.
А дыхание — временем.

Она смеялась.
Он молчал.
И это было неравенство — а равновесие.

Молчание вообще сильнее слов.
Как ночь сильнее дня: не потому что темнее, а потому что глубже.
В его молчании было всё — признание без просьбы, прощание без жеста, бессмертие без обещаний.
Я даже подумала с усмешкой: какая экономия — ни одного лишнего слова.

«Иди», — шептала любовь.
Сквозь веси, сквозь города,
по звёздам, по кометам,
по едва мерцающему следу, который виден только тем, кто уже потерял карту.
«Твоя дорога — одна.
Не сверни.
Не усомнись.
Сомнение — самая вежливая форма бегства».

А если страшно — держись за руку.
Но не слишком крепко.
Любовь не терпит оков. Она предпочитает добровольных.

И вот — граница.
Тонкая, как дыхание на стекле.
Между былью и небылицей.
Между «жить» и «сгореть».
Между тем, кем тебя привыкли видеть,
и тем, кем ты решилась быть.

Кони топчут королей — история всегда делает это без сантиментов.
Луна рвёт небо на клочки — как старое письмо, перечитанное слишком много раз.
А мы идём. Вдвоём.
И каждый шаг — как последняя жизнь, прожитая без черновика.

Осень смеётся, плачет, прощает — всё сразу, не выбирая.
Ветер рвёт волосы.
Время — сердце.
Но вдруг становится ясно:
ничего из этого не важно.

Важно только то, что мы идём.

«Иди за мной», — сказала любовь.
И я пошла.
Не зная — живу ли.
Не зная — вернусь ли.

Зная одно:
умереть от счастья —
не страшно.
Страшно — не пойти, когда зовут.