Новогодняя Андреиада

Пришел я как-то с праздника домой,
Тепло простившись там с гостями всеми.
Смотрю, встречают в комнате толпой
Меня разнообразные Андреи.

Святой Андрей, апостол, брат Петра,
Что Первозванным на Руси зовётся.
Набат в башке, звучат колокола,
И нимб над ним, и нимб тот ярче солнца.

Андрей Рублев с кистями, в красках весь
Готовится писать с меня портрет.
Он предложил для этого присесть,
На это я ответил твердо: "Нет!"

Я стоя быть хочу запечатлён,
Чтобы фактурой весь во всей красе.
Мой выбор уважал не только он,
Мой выбор уважали они все.

Мне кланялся Андрюха Трубецкой,
Семибоярин. Я почёл за честь
Голицын князь Андрей шутил со мной.
Семибоярщина опять же. Вот ведь жесть.

Сам Вознесенский мне точил перо.
О, матерь, он же гений, мой кумир.
Когда я строки познавал его,
То на глазах менялся этот мир.

Нам свечи зажигал Андре Ампер,
Ну тот, что почему-то и Мари.
Он звал меня гулять в соседний сквер,
Где не горели ночью фонари.

Стихи читал поэт Андре Пумпур,
Но не легли мне на душу стихи.
Сказал ему, что рифмы его сюр,
Что ими приумножаться грехи.

А Римский-Корсаков и Жданов подрались,
Их разнимал француз Андре Мальро.
Я вроде мало пил, но, хоба, жизнь
С Андреями глядит в глаза хитро.

Громыко, Гречко и Андрей Сова,
И даже Сахаров, Дементьев и Эшпай.
Пропала моя буйна голова,
Просил Мороза:" Дед, не подливай!"

А он сказал, что тоже он Андрей
Из рода тех зловещих Чикатил.
Потом набросил шубу потеплей
И на оленях в темень укатил.

А я теперь жить буду не один.
Вот думаю, как всех их прописать.
Приму пойду, пожалуй, аспирин.
Глядишь, отпустит эта хироманьть.