Дороги земные Часть 10. 1

В нашем департаменте ломали голову – «Чем таким неординарным одарить в моём лице будущего пенсионера?». Во время раздумий в головы коллектива ничего путного не приходило.
Для решения такого сложного вопроса решились действовать через моё непосредственное начальство. Оно пошло напролом.
– Давай мы тебе компьютер подарим?
– Спасибо, но я один нетбук уже купил себе!
– Может, хорошим триммером для косьбы травы в твоей деревне мы тебя обрадуем?
– Спасибо, но и триммер хороший я уже купил себе!
– Ну, может, у тебя есть особое пожелание?
– Есть! Хочу ходики, механические, с кукушкой! Да с половинным боем.
– Хорошо. Подбери модель, и покажи, как она выглядит!
Примерно такой (или примерно такой), состоялся диалог между мной и начальником, по вопросу выбора подарка мне «на вечную или долгую память» … А с какой приставкой она память будет, это уже по моему выбору.

Описание ходиков, где их купить, я показал … Скажу честно – их я нашёл ещё раньше в интернете и совсем не к пенсии … Они были небольшие, но роскошные ходики – немецкие, с половинным кукованием, с двумя гирями в виде еловых шишек и резным фасадом!
Забегая вперёд скажу, что именно ими меня потом обрадовали.

А пока суть да дело, департамент готовился меня торжественно с унынием проводить. Я же готовился к радостному прощальному застолью, который будет проходить в унывающем департаменте.
Потихоньку делал запасы бутылок и консервов. Скоропортящиеся продукты и угощения было принесены день в день годности.

На банкете (если накрытые мною столы можно так назвать) Директор департамента Татьяна Викторовна (напомню, что она была моим коллегой по одному – 3-ему факультету МАИ, что нас сблизило по работе и по человечески) посетовала на то, что на пенсию надо выходить в молодости (об этом она всю жизнь мечтала).
И сама при этом событии тоже очень захотела уйти на пенсию, глядя на меня во все зрачки!
Не дав мне опомниться, она зачитала приказ Министра о моем награждении ведомственным знаком «Отличник социально-трудовой сферы». Этого я честно не ожидал от слов «никак» и «совсем»!

Сказавши это, она со слезою вручила мне сие отличие вместе с юбилейного значения папкой, с приказом Министра внутри.
А засим, руководство департамента рангом пониже, вручило мне, как знак бесконечного безвременья часы-ходики «Кукушка».
Я ей, заветной «Кукушке», был рад даже больше тому, что я стал на пенсии «Отличником …».
Ходики потом заняли достойное место в столовой зоне избы в деревне, и отбивают часы и их половину, денно и нощно по сию пору, когда я их там запускаю!

Про ход прощального «банкета» писать не буду. Процесс поглощения со стола всем хорошо известен … И он нигде не отличается!
Кроме этого застолья меня ждала совсем иная гулянка – с друзьями сотоварищами в Архангельском.

Чествование в тот момент ещё будущего пенсионера, решили провести на дачке у младшего брата Иван Торопова – Саньке (напомню, что так мы его называли среди своих).
Санька заранее позвонил по своим каналам на Очаковский рынок и заказал свежего барана кг этак на 5 – 6. Поставки мяса были там всегда свежие, так как выращивалось оно где-то в Подмосковье. Поэтому его надо было заказывать заранее.

По готовности барана мы поехали забирать тушу. Кто нам продавал мясо (представитель из мигрантской азиатской среды), поинтересовался – «Что собираемся готовить из баранины?». Мы проговорили, что такое невнятное – Мол, шашлык и ещё что-то.
Торговец нам посоветовал кроме шашлыка сделать хашламу. Тогда он нам разрубит тушу под эти блюда.

Мы же, если честно, знать не знали о таком блюде. Но единодушно согласились.
Исходя из будущего меню, торговец разделал тушу и разложил мясо на две кучки – Эта на хашламу, а это на шашлык!
Мы поинтересовались у него, как на его взгляд надо готовить хашламу. Оказалось очень просто – слой лука, на него слой мяса, на него слой помидоров, слой мяса, на него слой баклажанов, слой мяса, на него слой болгарского перца. Конечно, посолить, поперчить, обязательно пересыпать всё зеленью-меленью, репчатым луком, лавровым листом. Всё залить бутылкой сухого вина. Вино должно быть из самых дешёвых по цене и самое кислое.
Естественно, что всё тушить на медленном огне.

На рынке я заодно купил сёмгу кг этак на 3, лежащую в коробке в кусочках льда. Как обходиться с ней, нам рассказывать не надо. Не в первой.
В овощных рядах – затарились всем тем, что нужно на стол из того ассортимента.
Сходили в специфический ангар за выпивкой. Там у Саньки тоже был знакомый, но азербайджанец.
Ему можно было доверять на все 1000 процентов.

И вот по какому поводу. Как-то, будучи на этом рынке при подготовке стола к 8 марта, Санька впервые привёл меня к этому виночерпию. Он начал заказывать ему необходимый праздничный ассортимент. Мне понравился подход купца к формированию буфета – Сколько мужчин? Тогда предлагаю вот это. Сколько женщин? Возьмите вот это вино половину белого, половину красного.
Санька слепо доверялся ему и взял всё предлагаемое для праздника. В нужном количестве, в нужных градусах.

Я не остался в стороне от участия в диалоге и спросил – Нет ли в продаже приличного коньяка?
Торговец молчаливо полез в какую-то картонную коробку, достал изделие и налил мне на пробу благородный напиток.
Я выпил! Такого божественного коньяка я в жизни не пробовал. Он немного напоминал HO Hennesy, но только немного.
Продавец ненавязчиво совал мне на закуску шоколадную конфетку.

А мне закусывать выпитый коньяк не хотелось. Было такое замечательное послевкусие … Приведу в качестве характеристики образовавшегося состояния в пищеводе, такую, широко используемую фразу Игоря Пилюка (напомню – очень близкого нам друга) – Как будто Боженька ножкой протопал!

Продавец, видя моё ошеломительное состояние, добавил словами – Херсонский коньячный завод. 10 лет в бочке, 5 лет в коллекции. «Хайколдовый» коньяк! Единственные, можно сказать, недостатки – На бутылке нет акциза, и брак в пробке – вращается.
Цена за бутылку коньяка такого высокого качества была смешна … К сожалению, её размер стёрся из памяти. Я купил три бутылки – одну домой «тильки для сэбэ», две на стол.

Во время подготовки стола к празднику, а готовили его мы втроём – к нам присоединился Алексей Тимофеев, одну бутылку мы опростали … Я смотрел на друзей после первой пропущенной внутрь … Их впечатление было примерно, как моё первое.

Потом ещё несколько раз мы ездили к тому продавцу в ангар. В одну из встреч он огорчил нас отказом, мол, всё закончилось. И предложил на свой вкус другой продукт. Но этот был, далеко совсем другой … Его хотелось закусывать.

Вернёмся к торжеству. В ангаре уже не было того торговца … Увы с большим сожалением. Конечно, я купил всё необходимое у его преемника, но без восторга.
На Павшиском рынке (тогда ещё существовавшем) добавились колбасные и мясные изделия холодного закусочного характера.

Во время торжества у мангала стоял Юра-повар. С его слов он когда-то готовил для Президента России Б.Н. Ельцина. Но он никогда не оценивал Юркины  кулинарные способности – Влындит стакан, и ладно … А я то расстараюсь и, то и это сделаю … Обидно … Зато охрана радовалась.

Была суббота. Гуляли всей компанией на все «вознесися». Друзей собралось очень много – ещё не было существенных потерь. Никто не остался в стороне и мимо стола.
Хочу заметить, что это был единственный праздник, на котором я находился в состоянии зрителя … Обычно, на предыдущих торжествах, я перед гостями танцевал чёрного лебедя – Одиллию! Даже и костюм для меня имелся соответствующий. В этот раз была замена!
В ходе «светопреставления» было много шуток и веселья. Гуляли двое суток напропалую … Пока всё не доели! Для «допили» пришлось докупать.

В понедельник (это был единственный рабочий день, который я проработал в министерстве сверх 60 лет) забрал ходики из департамента (забыл от воздействия застолья) и попрощался уже насовсем с коллективом.
В кассе мне выдали всё, что мне полагалось. Среди этой суммы была компенсация за мои многочисленные «неотгуленные» отпуска. А отпуск у меня был согласно «табеля о рангах» – 46 дней.
За всё время работы в министерстве я пару раз брал отпуска длительностью по две недели, а на большее нам не давали.

Сделаем сейчас, не отходя от кассы, отвлечение в предыдущее время о том, как они – эти отпуска, были мной использованы. Пока я совсем не переступил порог министерства, он всё же есть частицы моей жизни в чиновниках.

Оба отпуска я проводил в Египте. На вопрос – «Почему там?». Отвечу так – Очень хотелось коснуться древних строений – пирамид, Сфинкса.
Конечно, они есть не только в Египте. Хотелось побывать в империи инков, ацтеков. Но это так далеко. Кроме того, попасть в те края трудно. Тянуло увидеть и прикоснуться к Белой пирамиде, самой большой в мире, которая находится в Китае. Только вот китайцы закрыли тот район для посещения.

Первая моя поездка была в Шарм-эль-Шейх. Сподобила меня одна проходная подруга. Ей был нужен пляжный отдых, мне же интересна древняя цивилизация.
Кончено, Красное море богато на пестрядины в окрасе рыб – словно лоскутные одеяла из наших деревень. Разноцветное плавало прямо под ногами. Некоторые из них (рыбы попугаи) при этом пытались атаковать мои ноги. Мимо носились сарганы среди распушившихся ядовитых крылаток. Но так было каждый день. Ночью в море заходить категорически запрещалось – всё дно было усеяно морскими ежами. А может еще, какой опасностью для человека.

Была экскурсия в какой-то уникальный залив. В нём было много морских черепах, медленно скользящих в лазурной воде. Опять же обилие разноцветных рыбёшек. Но это есть другой мир – интересный на один раз. Хотя, об этом сугубо моё личное мнение.
Потом нас привезли в мангровый лес. Если честно довольно хилый. В нём повеселили маленькие крабы, живущие в норах, вырытых в мокром песке. Их было такое множество, что и глазом не сосчитать. При приближении к ним все они, как по команде, вставали в боевую стойку … Вояки!
Более всего понравился обед у бедуинов. Он проходил под полотняным навесом на пестрядинных коврах. Они свей фактурой и цветовой гаммой напоминали наши деревенские домотканые дорожки. Во время обеда ели что-то из баранины, тунца … Но самое самое, это был бедуинский чай, заваренный из травы, росшей в пустыне.
Если честно, то кроме бедуинов меня ничего особенно не привлекло. По-хорошему можно было бы и не ездить.

Была и вторая экскурсия. В ней предусматривались маршруты по Каиру и в Гизу.
Дорога в Каир проходила по пустыни, посему мне писать о песках не очень интересно. Может быть, художник Мартирос Сароян и нашёл бы в окружающих барханах и природной скудности, интересные сюжеты, которые мелькали в автобусное окошко, я же нет.
Поразил вид Суэцкого канала. Точнее, самого канала видно не было. О его наличии говорили огромные контейнеровозы, плывущие над песком. Потом вид на проходящие суда скрал туннель под каналом.

Каир подтвердил мнение, что в нём на дорогах никакого порядка нет. Думаю это мягко сказано.
Движения транспорта в городских границах напоминало собой броуновское движение. Причём оно было на грани вселенского хаоса перед глобальным взрывом.
Скорее всего, этому способствовала жара от климата проживания. Чем сильнее и беспорядочнее движение – тем сильнее обдувает воздух разгорячённые умы ... Тех, кто за рулём, и тех, у кого нет его (руля).

Каирский музей был крайне интересен, но первые 40 минут … В силу того, что экспозиция была однообразная. Если бы я был археологом, то в нём можно было бы профессионально пожить.

Обедали мы в египетском общепите, который располагался на понтоне, наведённом на Ниле. А пообедавши, нас ждала прогулка по Нилу на прогулочном пароходике. Поток был мощный и грязного цвета. Как в таком могут жить крокодилы? Ну да это их дело.

В Гизе нас подвели к главной пирамиде – пирамида Хеопса. Но кроме, как походить вокруг да около неё, экскурсантам было нельзя. Я рискнул и забрался не без труда к зияющему чернотой пролому в северной части сооружения. Заглянул внутрь. И ничего там не увидел … Войти в него не представлялось возможным – его заблокировали глыбами. Я стал спускаться на землю.

Полицейские заметили мою вольность. Они начали бегать вдоль подошвы пирамиды в ожидании моей поимки. Я заметил это и стал искать пути безопасного для меня спуска.
Есть Бог на свете – внимание стражей отвлекло какое-то значительное событие в среде туристической толпы. Они переключили свою активность на тот инцидент и сконцентрировались в стороне.
Под этот шумок я спокойно спустился и затерялся в толпе.

Большого Сфинкса все наблюдали на изрядном расстоянии. А очень хотелось прикоснуться к нему.
К сожалению и камушка на память я не привёз из Гизы – не было!
Из этого отдыха коллекция инструментов в избе пополнилась небольшой расписной дарбукой.

Вторая поездка  была в отель, который располагался в 40 с лишним км от Хургады. Путешествовал я вместе с подругой Ларисой Геннадьевной, в ту пору возглавлявшую отдел маркетинга в газете «Ведомости». Она собственно и подбила меня на эту поездку.
Сам отдых носил именно пляжный характер и был для меня скучен. Я бродил по берегу до границ отеля в обе стороны с. Наблюдал египетских ибисов.
Кроме них в море я вызывал безумство у рыб, когда им бросал корочки хлеба. Из-за еды в море творилась битва не на жизнь ... И, похоже, не без хищников, которые на полной скорости со всех сторон, как торпеды, прореживали ряды небольших любителей белого хлеба. Хоть какое-то разнообразие.

Вечерами на открытом воздухе египетская художественная самодеятельность радовала столующихся национальными танцами, музыкой. И, надо заметить, что все участники были в национальных костюмах. Особенно впечатлял национальный мужской танец с юбками – танура. Это нечто! Есть смысл увидеть.

Из этого места я для дома в деревне привёз египетскую мужскую рубашку чёрного цвета с жёлтым орнаментом – галабею.
А к ней добавил шапочки, разных бамбуковых дудок, в которые иногда нет, нет, да и да – посвищу или подую в наше время.

Особенно дуделось в отеле некоторыми вечерами. Я одевал галабею, длинной до пяток, выходил через балкон на газон (номер был на первом этаже), и насвистывал на дуде, как мог и что в голову придёт. Мой вид и музицирование вызывали неописуемый восторг у идущих мимо газона. Шли на ужин, были особи из среды праздно шатающихся, а также возвращающиеся из ресторана, ходили также просто так. Правда, денег мне под ноги не бросали.

Мы так привыкли ходить в люди через и на территорию отеля через балкон, что один раз закрыли за собой стеклянную дверь напрочь.
Войти в номер можно было только через входную дверь, как это делали многие отдыхающие. Войдя в подъезд, мы с трудом определили, какая дверь ведёт в наш номер. Чуть было не обмишурились.

С такими приятными мыслями я получил хорошую компенсацию за то, что не отдыхал, как человек-чиновник.

В отделе кадров, его начальница, выдала мне мою Трудовую книжку и справку о моём стаже – Мало ли, там одумаются … И пенсию госслужащим установят приличную … И ты будешь там тут, как тут!

Часть 10

«НАВСЕГДА В ЛЮДИ И НА НЕБО»

Свободная жизнь, о которой я мечтал всю свою трудовую жизнь, началась.
Перво на перво, в собесе получил Пенсионное удостоверение, Удостоверение ветерана, Социальную карту жителя Подмосковья.

Правда, дня через два мне пришлось опять появиться на Ильинке. Нет, не по бывшей работе, а встретиться с бывшими коллегами по Роструду.
Такое желание высказала Ирина Александровна, тогда она была начальником управления. Напомню, что она меня взяла в штат. Второй персоной оказалась Женя Соловьёва. Когда-то она работала в нашем управлении ФМС первого созыва. На работу в наше коллектив её в то время брал я.

А в рамках старинной дружбы и с целью оказания помощи в работе, я Женю посоветовал Ирине Александровне взять секретарём. В итоге моих стараний обе остались довольны … И не только в рамках Роструда, а даже потом, когда Ирина Александровна ушла на работу в Совбез.
В ближайшем кафе я дамам накрыл поляну. Ирина Александровна между тостами благодарила меня за то, что я научил её – научного деятеля, работе с ответственными (и не очень) бумагами.
Расстались чуть ли не со слезами, а я ещё и с подарком. В руках держал совбезовский подстаканник с Российским гербом и хрустальным стаканчиком в нём.

Ясно дело, что сразу же каких-то сверхординарных событий в моей жизни не произошло и не могло быть. Но сам факт, что не надо утром вставать, лететь на работу и переживать, что опоздаешь на прохождение турникета до начала рабочего времени, уже существенное изменение.

Пока шло лето, то свободное время я начал проводить в деревне. Но привычка быть в постоянном общении, и отсутствие такого, начала сказываться в моём людском вакууме. Хорошо было побыть одному, но не надолго.
Это заложило в дальнейшем основу моих посещений избы. Они складывалось из чередования событий – «неделя в деревне» и какое-то время дома.
Кроме рыбалки, там пока одному делать было нечего. А если коллективом – то можно побыть и без оной ... Но за ней своим кругом и ехали.

Новизну и свежесть в мою юную пенсионную жизнь внесло шапочное знакомство с профессиональной актрисой Еленой, состоявшееся ещё в то время, когда я ещё работал в министерстве.
В одну из прогулочных на ВДНХ встреч Лена выслушав мою приверженность к актёрской жизни, предложила пройти соответствующий кастинг.
Она знала, что мне предлагала. В то время её профессиональная деятельность была в качестве второго режиссёра в сериале «Понять простить». А также иногда она играла в нём некоторые роли.

В один пригожий светлый день мы вышли (вспомните стихотворение Сергея Михалкова «В музее Ленина») – … Нет не со двора, а из м. «Войковская» … Лена повела … Нет, не в музей, а в место, где варились актёрская, режиссёрская кухни. И шли мы не через площадь, а мимо ломбарда, который был рядом с метро.
Проходя мимо него, мне вспомнилась любимая тёща (царство небесное) Татьяна Ивановна, мам Аллы, одна из Машиных бабушек.

Татьяна Ивановна в целях нехватки денег на жизнь постоянно пользовалась услугами ломбардов. Для оптимизации процесса, она, раскладывала пасьянс (метафора, конечно), из закладных квитанций – оборот вещей, выкуп их и закладывание вновь. Пасьянс охватывал ряд ломбардов. Одним из них был этот.
Такие воспоминания охватили мою голову, шедшую на кастинг.

Идти от ломбарда до того места было около пяти минут. На входе вахтёр поинтересовался – «Кто мы и по какой, такой нужде сюда пришли?». Лена показала ему какие-то веские для прохода на территорию удостоверения, а я захваченный с собой паспорт.

Внутри здания моя ведущая отвела меня на первом этаже к месту, где перед одной дверью сидело много разного возраста и пола людей. Очередь выглядела так, словно она была образована из страждущих в поликлинике.
Люди сидела с лицами мучеников.
В дверь заходили по одному по вызову – «Следующий». Также по одному выходили из неё же, но уже с просветлённым лицом – вроде, как бы вылечились.

Пока я ждал своего неизвестного мне «лечения», ко мне подлетела (буквально) одна симпатичная молодайка блондинистого облика – «Вы мне очень понравились … После зайдите ко мне в комнату № … на третьем этаже … Обязательно».
«Вот те раз, начинается!» – такими мыслями, после услышанных слов, я опешил.
Находится, мне в «опешенном» состоянии, долго не пришлось.

Невидимый голос особым возгласом позвал уже конкретно меня на «просветление».
Внутри была сооружена маленькая сцена. Перед ней стояла кинокамера. Сбоку стоял мужчина.
Он задал мне импровизацию, которую я должен сыграть – «Я скупой дедушка. Внук просит у меня денег на гулянки. Мне надо изобразить реакцию на беспутного просящего внука!».
По его команде я начал. От меня тут и почалось! Как это было со стороны сказать не могу.

По итогам кастинга меня внесли в «библиотеку» (моё название) непрофессиональных актёров.
Как я потом узнал, в этом заведении также формировалась «библиотека» из кандидатур профессиональных актёров.
В дальнейшем из этих «библиотек» выбирались те, кто привлекаем для съёмок разных сериалов. Может и не только их …

После кастинга я поднялся по адресному приглашению от той дамы. Она пригласила меня сняться в одной из серии, входящей в какой-то судебный сериал.
Дама выдала мне сценарий и обозначила мою роль – субтильный старик с плохим зрением. Смысл сюжета был таков – афера почтальонши с доставляемыми ею пенсиями. Старик был соучастником аферистки. Мне была озвучена дата встречи с режиссёром, а к этой встрече я должен выучить текст роли.

К назначенному времени я приехал в это же здание. Роль выучил «назубок». В комнате собралось довольно таки много будущих актёров. Как я потом понял, та дама пригласила претендентов на съёмки с троекратным запасом. Режиссёр начала отбор того, кто ей действительно нужен.
Меня она для роли субтильного старика сразу забраковала. Глядя на мою стать режиссёр прокомментировала – Тебя надо в спортивных сериалах снимать … Например в баскетбольных страстях …
За сим, мой первый опыт оставить свой след в кинематографе, закончился.
Об этом я известил Лену.

Через некоторое время мне на электронную почту пришёл сценарий с названием «Капкан», написанный для сериала «Детективы». Мне предлагалась роль врача. Роль небольшая, с длительностью по времени не более двух минут. Напомню, что все серии в любом сериале длились не более получаса.
Об этом я тоже сказал Лене. Оказалось, что это она попросила коллег, работавших над тем сериалом, пригласить меня на съёмки.
Я позвонил по прилагаемому телефону и уточнился – Куда и когда мне надо прибыть?

В обозначенное время и день я был пред режиссёром. Место это находилось не далеко от м. «Электрозаводская», в здании какого-то НИИ. Оказалось, что здесь кроме «Детективов», располагались съёмочные группы «Понять простить» и ещё известного сериала (к сожалению, забылось – да и ладно).
Режиссёр поглядел на меня и оценил моё соответствие роли. Остался доволен и наказал – Чтоб слова от зубов отлетали … Без сучка и задоринки! Съёмка тогда-то, во столько-то … Здесь в здании.

Для съёмки меня одели в медицинский халат и шапочку голубого цвета. Больше мне ничего не потребовалось.
Мой врачебный диалог с лисьим капканом в руке, облитым красным вареньем (якобы человеческая кровь), проходил в приёмной директора института, в фильме – приёмный покой больницы. Снимали с разных ракурсов. Одновременно с озвучкой. Дублей было два. Удалось сразу всё с первого. Второй был на всякий случай.
При сдаче костюмов в гардеробную я по ведомости получил за актёрское мастерство 2.5 т. руб. Дело сделано. Гуляй смело!

Забегая вперёд, скажу так. После участия в обозначенных съёмках, на мою кандидатуру в «библиотеке» потенциальных непрофессиональных актёров, был наложен карантин на участие в съёмках. Он составлял один год. На профессиональных актёров тоже налагался карантин, но его длительность была меньше.

Так вот бурно, интересно и совсем неожиданно, в конце 2011 года началась моя пенсионная жизнь.


Продолжение следует