Красное платье

Холодный город в дельте, в облаках из свинца.
Я в следующей жизни, вероятно, отсюда.
Здесь каждый камень – цитата без лица,
и небо – низкая известковая штукатурка.

И вот я жду тебя на Дворцовой, в красном,
как точка в схеме метро. Мне двадцать лет.
Завтра в восемь – первая пара. Прекрасно,
что мы к ней не готовы. В этом и есть секрет.

Утро будет мокрым, как газета,
смять в кармане конспекты – и вперёд.
Всё начинается. И никого за это
не спросят. Просто ветер с Невы поведёт

под локти, в коридоры, где гипсовый Гумбольдт
смотрит в окно на гранит. И ты появишься вдруг,
и шаги наши гулкие вместе растворятся в толпе,
и мир будет прост, как смычок, как извлечённый звук.

И всё начинается. Случайно? Не верю ни капли.
Смотри: сфинксы щурятся, видя мое красное платье.
Им века – как вода, а для нас этот миг – океан,
Где я – твой маяк, а ты – мой единственный шанс.
 
И будет Питер нам сниться зеленой водой и медью,
Где время, стекая с карнизов, не властно над нами двоими.
И слово «любовь» на перилах, что вывело чье-то перо,
Смывается. Чтоб написали его мы. Сначала. И снова.

И главное – даже не завтра, не лампа в далёком окне,
А то, что ничто не случайно в промозглом и вечном огне,
Что греет ладони у чашки. Всё так и начнётся опять:
Ты, я, Дворцовая, платье. И некуда больше бежать.