Сентябрь перевалил за середину...

Сентябрь перевалил за середину. Моряк, прикрыв глаза, роняет трубку…
Вороны предвещают злую зиму, они-то знают, как нам будет трудно. Теряя волю, помыслы, стремленья, становимся опавшею листвою. Внутри ствола душа отныне – пленник, нам следовать под Северным конвоем. Моряк, ты помнишь дальние причалы? Течёт по венам пряный грог Гольфстрима. В конце всегда случается начало, и это просто, но необъяснимо. Взгляни в окно – там голые деревья, прозрачный вечер, розовые тени. Сентябрь это значит обострение, и будет хуже – зимние метели. Под сенью век смолой перебродившей застыли янтари-воспоминанья. Галдят вороны – проклятые птицы! – вороны врут, несносные канальи, мол, никаких нет вовсе волн далёких, есть гроздья подмороженной рябины. У моряка вода морская в лёгких и никого из близких и любимых. Осенний дым, а, может, дым из трубки рождает иероглифы фантазий. Деревья тянут к нам худые руки в каком-то феерическом экстазе.