Завоеватели

Мы встретились у вбитого в снег шанца
Где дыма всё стоял печальный след
Ты шёл, не поднимая глаз, германец,
В шинель чужую был лишь ты одет
Под Сталинградом кончилась дорога
Где вы шагали, веря в свой блицкриг
И до победы будто бы казалось вам немного
Но наш народ развеял этот миг
Ты молча сел. И шмайссер за плечами
Я закурил. Но глаз не отвожу
И только Волга, скованная льдами,
Шептала нам, что смерть свою найдут…
- Зачем пришёл? – спросил я страстно, с гневом
- Зачем ты шёл через мой край и дом?
Где детский плач был радостным напевом
Людей губили наших зверским тем судом…
Ты вспомнил ли сожжённые селенья
Где пепел вместо хлеба и икон
Где в матерей стреляли без сомненья
Где в воздухе застыл немой и мрачный стон?
А ты, каратель, вспомнил, как смеясь
Срывал платок с седой старухи вмиг?
Как жизнь ломалась, словно тонкий хрящ?
Как плакал весь в крови избитый тот старик?
Вы шли сюда – «победная порода»
Добычей нас считая, шелухой
Вы шли сюда, чтоб научить народы
Как жить под вашей волчьей той звездой
А что теперь? Где марши и знамёна?
Где гордый шаг? Где крик «вперёд» и «бей»?
Теперь вы – тень, всё гнётесь от поклона
И страх в глазах загубленных людей…
Не я вас гнал – вас гнала ваша злоба
Ваш каждый шаг утоплен был в крови
Но тут, под Сталинградом, мы вам сказали строго:
«За всё – ответ!». Себя ты назови!
Сидит…молчит…рука тряслась от страха
Глаза не прячь и на меня смотри!
Мелькнула тень лишь краткого замаха
И тут – удар! Взлетели снегири…
Ты поднял взгляд. Там не было вражды
Лишь пустота и позднее прозренье
И я тогда сказал, сказал без той вражды:
- Запомни это русское терпенье!
Мы не пришли к вам в города с огнём
Не жгли детей и не стреляли в спины
Но если враг приходит к нам с ножом –
Он ляжет здесь, у нашей же равнины!
Мы помолчали. Снег кружил устало
Смотрел я на того, кто был теперь в плену
И Волга, как живая, повторяла:
«Победою окончим мы ту страшную войну!»